Цитаты из книг автора «Роберт Льюис Стивенсон»

В передней несколько других лакеев приняли от него палку, шляпу, пальто, дали ему билет с номером и вежливо повели по лестнице, убранной тропическими цветами. Величественный дворецкий спросил его фамилию, проводил его в гостиную и громогласно доложил: «Поручик Брэкенбюри Рич».

Вы сами же изволили сказать: «Куда хотите, туда и везите», – со смехом отвечал кэбмен. – Вот я вас и привез.

Но он Лондона совсем не знал. Из провинциальной школы он попал сначала в военное училище, а оттуда был выпущен прямо в ост-индскую армию. Теперь он рассчитывал познакомиться с Лондоном, который был для него почти совершенно незнакомой землей. Помахивая тросточкой, он пошел на запад.

Поручик Брэкенбюри Рич сильно отличился в одну из последних индийских горных войн. Он собственноручно захватил в плен главного вождя. Его храбрость прогремела на весь свет. Когда он возвращался домой с безобразным шрамом от сабельного удара и весь трясясь от болотной лихорадки, благоприобретенной в джунглях, общество готовилось устроить ему торжественную встречу, какая полагается знаменитости небольшого чина. Но поручик Брэкенбюри был очень скромный мужчина.

Я с каждым днем все больше и больше убеждался, что человек не одно существо, а два. Я говорю два, потому что размер моего знания не больше. Другие пойдут по тому же пути, другие превзойдут меня, и я предвижу, что когда-нибудь наука признает человека сложным существом, состоящим из разнообразных, несходных и независимых индивидуумов. Благодаря характеру моей жизни, я шел в одном направлении, и только в одном. Я понял, что с нравственной стороны человек вполне двойствен; я убедился в этом на самом себе. Я убедился, что если из двух натур, боровшихся на арене моего сознания, одну и можно было назвать истинно моей природой, то лишь потому, что они обе неоспоримо и всецело принадлежали мне.

Таково свойство вещей, увиденных впервые или впервые после долгого забвения, как цветы весной, – пробуждать в нас остроту чувств и то впечатление таинственной новизны, которое без этого с годами уходит;

но созерцание любимого лица – вот что обновляет человека, возвращая его к истокам жизни.

Фонарь упал, разбился, потух. Лошадь, испуганная необычным волнением, прыгнула вперед и понеслась к Эдинбургу, увлекая за собой единственного седока, оставшегося в гиге, – труп мертвого и давно изрезанного на куски Грея.

Прошло несколько часов. Стали собираться студенты. Куски тела несчастного Грея раздавались то одному, то другому; их принимали без всяких замечаний. Ричардсон был счастлив, получив голову; и раньше чем пробил час отдыха, Феттс с дрожью ликования увидел, насколько разрезанное на куски тело изменилось и стало безопаснее.

Вы, верно, не знаете, что такое человеческая жизнь. На свете существует два рода людей – львы и ягнята.