Цитаты из книг автора «Роберт Льюис Стивенсон»

. И вот я увидел две человеческие фигуры: крошечный человечек шел на восток очень быстрой походкой, а вдоль поперечной улицы бежала девочка лет восьми или десяти. И вот, сэр, они столкнулись на углу; тогда-то произошло нечто ужасное: прохожий спокойно наступил на упавшую девочку и пошел дальше, не обращая внимания на ее стоны.

они питали глубокое взаимное уважение и к тому же (что далеко не всегда сопутствует подобному уважению у людей, также уважающих и самих себя) очень любили общество друг друга.

возвращения мисс Ванделер с рынка

Жизнь человека – такой пустяк, а между тем какие широкие возможности она открывает! У

Я очень благодарен тому недоразумению, которое познакомило меня с вами и дало мне возможность довольно долго наслаждаться вашим обществом. Я буду надеяться, что мы еще встретимся с вами на более правильной почве. А теперь я не буду больше задерживать вас вдали от ваших друзей…

Юность труслива, – возразил доктор, – и свои личные затруднения вообще всегда кажутся серьезнее, чем они есть. Я

Адвокат мистер Утерсон казался суровым, его лицо никогда не освещалось улыбкой; говорил он холодно, кратко, скупясь на слова и нередко подыскивая выражения. Чувств своих Утерсон не любил показывать. Он был высокий, худощавый, угрюмый, человек, но все-таки до известной степени привлекательный. Во время дружеских пирушек, в особенности же, когда вино приходилось по вкусу Утерсону, в его глазах мелькало что-то мягкое, человечное, что-то, никогда не проскальзывающее в его речах, но проявлявшееся не в одних молчаливых взглядах после обеда;

Разумеется, принц не позабыл ни одного из тех, кто ему помог в этом большом деле. Своим влиянием и авторитетом он сильно двигал вперед их карьеру, а его благосклонная дружба вносила много очарования в их частную жизнь

Тот, кто держал президента, теперь отпустил его, и президент, подойдя к столу стал внимательно выбирать себе шпагу. Он сделался вдруг очень важен и казался вполне уверенным в своей победе. Такая самоуверенность смутила свидетелей, и они стали просить принца еще раз обдумать свое решение

Председатель выбрал, наконец, себе шпагу и объявил о своей готовности жестом, который не был лишен некоторого благородства. Близкая опасность и прилив храбрости даже этому отъявленному негодяю придали вид мужества и, если угодно, известную грацию.