Глава 14. Никита

Никита, уперевшись руками себе в бока, внимательно смотрел за тем, как Степан орудует болгаркой из принесённых с собой инструментов, безжалостно разрезая металл толстенных труб. Свист и скрежет стояли такие, что было трудно вытерпеть, не закрыв от раздражения уши, а рабочий, неизменно сопровождавший их в этом небольшом путешествии, отошёл подальше, и отвернулся, стараясь таким образом минимизировать степень воздействия.

Выпилив на побагровевшем докрасна листе три полоски, помощник выудил из сумки мощные зажимы и отогнул обрезанный кусок в сторону, предоставив свободную возможность заглянуть внутрь. Инженер же, поправив сведённую от дискомфортного звука челюсть, подошёл поближе, решив лично посмотреть на предмет проблемы с давлением.

Внутри оказалось практически сухо. Степан специально взял чуть ниже перекрытия, чтобы можно было посмотреть за потоками воды, однако реальность оказалась значительно хуже, чем казалось до этого. Поднимающийся узенькой струйкой поток упирался в затвор и тут же стекал каплями обратно вниз, постепенно уменьшаясь в объемах. Этот эффект был сравним с тем состоянием, когда полностью перекрывают источник водоснабжения, а сама жидкость медленно по инерции течёт дальше.

Засунув внутрь трубы голову, Никита дал знак, чтобы все замолчали, и лишь звук работы механизмов за пределами помещения мог отвлечь его от важного занятия. Однако инженер старался сосредоточиться на предмете своего интереса и даже задержал дыхание, чтобы не слышать своих вздохов. Бульканье потоков вдали постепенно уменьшалось, и все больше становилось слышно, как падают вниз, срываясь со стенок и ударяясь об металлическую поверхность массивные капли.

– Засуха, – прошептал Степан, поняв, что хочет узнать его начальник, – воды нет совсем.

– Мда, – разочарованно согласился с ним Никита, вытащив голову из трубы. – Но как это возможно? Я понимаю, если бы был такой эффект при условии, что мы взяли пробу выше от перекрытия, но не здесь же!

После этого он подошёл к проходящей рядом и куда более толстой трубе, которая питала все помещения бункера от самого низа до верху, выступая в роли основного связующего элемента в этой монструозного размера конструкции. Прислонив к ней ухо, мужчина вновь сделал знак рукой, означающий просьбу замолчать, после чего стал внимательно слушать.

Через секунду последовал облегчённый выдох: внутри активно журчала вода, переливами начиная биться об металлические стенки, отражаясь во все стороны гулким бурлящим эхом. Однако радость оказалась совершенно преждевременной. С каждым мигом звуки воды все больше уменьшались, становясь тихими, как будто текли на кладбище. Ещё несколько мгновений, и жидкость уже практически не было слышно, и то лишь изредка и крупные наплывы.

– Открывай, срочно! – скомандовал начальник, отойдя в сторону.

– Но как же так! Там вода бьет под напором, нас окатит струей, как из брандспойта, откинет в сторону, а потом заварить уже не сможем. А в этой закрытой со всех сторон комнате ещё и останемся в западне с затруднительными возможностями исправить ситуацию.

– Я сказал открывай, это приказ! Я знаю, что делаю, – возразил ему инженер, грозно покачав головой.

Степану ничего не оставалось делать, как молча последовать указанию, распилив кусок трубы, а затем прочно зажав лист металла, с усилием отогнув его вниз, оголив внутреннее убранство. Оттуда тут же хлынула вода, однако не таким большим напором, который моментально и неминуемо должен сбивать с ног. То была узенькая струйка, которая с каждой секундой оказывалась все меньше. Бурление уже едва было слышно, а отражающееся от стенок заметное бульканье становилось тише.

Никита молча подошёл ближе, тут же промочив ноги, став смотреть вниз и слушать. Ледяная вода текла прямо по его комбинезону, однако это его совершенно не волновало, ведь предмет интереса был намного глубже. Простояв так около минуты, задумчиво покачивая головой, он отошёл в сторону.

– Мне все понятно, закрывай и заваривай обе створки, – хрипло прошептал инженер, став почёсывать щетину на подбородке.

– Что понятно? – удивленно заявил помощник, остановившись на месте, как вкопанный.

– В подвале перестали работать главные насосы, а это значит только одно – бункер не просто без воды. В ближайшие несколько часов произойдут несколько взрывов на остальных предприятиях, оставшихся без охлаждения, а также полностью накроется электричество без энергии для его выработки. Начнётся неконтролируемый пожар, который без жидкости тушить даже нечем. А выйти на поверхность никто не сможет из–за «Стужи». Система вентиляции тоже не справится с таким потоком дыма. Кто не сгорит в бесконечном и неконтролируемом пламени, попросту задохнётся в невообразимом облаке пепла и угарного газа. В убежище случится коллапс.

– И что нам делать? – продолжал задавать вопросы Степан.

– Остаётся только спуститься в шахту и разобраться с насосами. Других вариантов у нас нет. Времени на все про все, думаю, не больше часа, иначе все станут покойниками, – подытожил Никита, многозначительно смотря на термометр, значения которого вновь начали расти, приближаясь к красной зоне.

Глава 15. Савва

Нескончаемых стук молотков не давал сосредоточиться. Однако то был вовсе не обычный металлический звук, который ежесекундно бьет по ушам, заставляя морщиться от недовольства и интуитивно отворачиваться. Это были удары сердца, каждый из которых играл на струнах тонкой душевной организации, проникая в самые отдаленные ее уголки, манипулируя чувствами и эмоциями.

Савва сидел молча в своём кабинете за компьютером, уставившись молчаливым и практически мертвым взглядом на экран толстенного лампового монитора, которым одним ударом можно было убить любого человека, правда, для начала нужно было его поднять с места. Поговорив с Андреем, мысли о проведении праздничных мероприятий в честь юбилея бункера отпали сами собой.

Пульс управляющего зашкаливал. Он не понимал, как бороться с этим недугом, но факт оставался фактом: таким разбитым Савва не был ещё никогда.

Полумрак, царивший в его небольшом служебном помещении, разрезался лишь двумя источниками света: ярко горящим монитором компьютера, а также белоснежным окном на воображаемую улицу. А от шкафа, битком заполненного книгами, расположившегося за его спиной, на пол падали чёрные тени. Однако управляющий был сейчас совершенно отрешенным от окружающей его обстановки. Он внимательно всматривался в экран, на котором воспроизводилось видео с камеры одного из скафандров заключённого, отправленного на разведку «Стужи». На записи все покрылось клубами дыма, окутавшего округу, после чего стала видна приоткрывающаяся герметичная дверь, а внутрь потянуло потоком воздуха. Однако мужчина, и по совместительству автор видео, уверенной чеканящей походкой двинулся в ту сторону, начав медленно подниматься по лестнице.

По грохоту сзади стало понятно, что за спиной закрылась герметичная дверь, навеки запретив возвращаться в давно знакомое и понятное укрытие. Оставался единственный путь – только вперёд. Казалось, что ступеньки тянутся бесконечно вверх, однако скорой поступью заключённый быстро преодолел это препятствие, оказавшись за пределами бункера. И вот, наконец, взгляду Саввы предстала картина за пределами убежища. Однако, к его большому удивлению, там ничего не было видно: лишь полностью белая пелена и ужасный стрекот. Камера чуть повернулась, однако изображение практически не изменилось: все та же белая пелена, но в углу виднелась заметная чёрная точка. После этого заключённый упал на землю, а камера отключилась.

– Давай ещё раз, – прошептал Савва, став ползунком перематывать последние секунды видео.

Он перемещал курсор вперёд и назад, однако видел лишь белую пустоту, пока не заметил чёрную точку в углу. Поставив перемотку на более медленную скорость, тот стал всматриваться в объект, когда понял, что это ботинок одного из жителей бункера. Подумав, что ему показалось, управляющий пригляделся внимательнее, но ещё больше уверился в мысли, что это обувь.

– Значит, это не пелена, там на самом деле все настолько белое! – воскликнул он, схватившись за голову от волнения. – Но как это может соотноситься с тем, что ему сказал Андрей. Ведь весь ход его мыслей прямо противоположен сделанной записи.

Савва вскочил со своего места и стал ходить по темному кабинету, такому же мрачному, как и его мысли сейчас. Он совершенно не понимал, кому ему верить, то ли безумным, но очень правдоподобным предположениям физика, то ли тем устоям, которые знал с самого детства. Эта дилемма сжирала его без остатка, не давая успокоиться и с холодным рассудком думать о случившемся.

В этот момент в колонках прозвучало заметное бренчание, означавшее звук прихода уведомления. Отвлекшись от размышлений, Савва вновь вернулся к своему компьютеру и уселся за стол. На экране появился значок о поступившем сообщении от неизвестного источника. В этот момент руки управляющего затряслись ещё больше. Он прекрасно понимал, что это именно тот неизвестный источник, который по какой–то причине прекрасно осведомлён о всех его действиях и с такой же уверенностью раздаёт нужные ему указания, которые всегда сходились с позицией Саввы, по крайней мере, до этого дня.

Управляющий в глубине души понимал, в чем причина нового уведомления, но боялся его смотреть, осознавая, какими будут последствия. Совладав со своими мыслями, мужчина все–таки открыл вкладку диалога.

– Насколько мы знаем, сегодня ты пообщался с задержанным, – отобразилось на экране сообщение от неизвестного источника.

– Да, это было его желание, мы обязаны его исполнить, это закон, – согласился с ним управляющий, решив зайти с этого угла.

– Это понятно, о чем он сообщил? – продолжать донимать его незнакомец.

– Просто пообщались, ничего особенного, – попробовал соврать Савва, но сразу понял, что это большая ошибка.

– Не играй с нами! Мы прекрасно осведомлены о ходе вашего разговора! О том, что он поставил под сомнения устои бункера! Ты же сам знаешь, что за такую наглую и откровенную ложь физик должен быть казнен путём отправки на разведку «Стужи» немедленно!

– Я все это прекрасно знаю, но разве это так необходимо? Андрей представил мне исчерпывающие доказательства, которые позволяют усомниться во всем, что мы знаем! Необходимо провести расследование, забрать из архива запретные документы и изучить их! – возразил Савва, пальцы которого начали трястись во время стуков по клавиатуре.

С каждой секундой нарастало напряжение. Оно витало в воздухе, чувствовалось невооружённым взглядом. Мужчина видел, как, немного опешив от такой фразы, собеседник начал быстро набирать текст, пока не выдал своё указание.

– Ты нас не услышал? Ученого надо отправить наверх, и точка! Советуем не тянуть с этим и сделать все быстро и завтра, иначе познаете неприятные последствия.

Управляющий колебался. С одной стороны он понимал, что это явно кто–то влиятельный, и отказывать ему себе дороже, но, с другой стороны, просто несправедливо сейчас было отправлять физика на казнь, ведь все ещё не так очевидно, нужно больше информации.

– Нет, я тут власть и принимаю решения. Мой ответ нет. Я сам определю, что с ним делать, – гордо заявил Савва, вскочив со своего кресла и тут же направившись к выходу.

Он и не успел увидеть, как за его спиной прогрузилось последнее сообщение от неизвестного: «Значит ты выбрал смерть».