Глава 17

—Не знаю, —растерялась Аня, не понимая, как ей поступить. Но ситуацию разрешил Федя, вернувшийся с зеленой красавицей из леса.

–О! Гости? Здоро́во! —Федя, оставив ель в сенях и вошел во вторую дверь. —Как звать? —снял рукавицу и протянул незнакомцу руку.

–Добрый вечер, —раскрасневшийся от духоты мужчина ответил рукопожатием, —извините, нам бы погреться…

–Нам? —Федя снял шапку, затем принялся за валенки. —Да ты проходи, не стой. В ногах правды нет. Ань, поставь чайник, стол накрой. Видишь, он весь замерз.

–У меня там, в машине, жена, —мужчина показал рукой на дверь, – не заводится.

–Жена или машина? —Усмехнулся Федор, приставив валенки к горячей печной кладке.

–Машина. У вас дорогу замело, а мы не туда заехали. Заглохли.

Федя, уставившись на гостя, внимательно посмотрел на него, а потом вдруг начал опять одеваться.

–Пошли, посмотрим. —быстро сунул ноги в валенки. —Ань, чайник! —уходя, напомнил он и увел за собой мужчину.

Аня задумалась на мгновение. Никогда таких красивых мужиков не видела. Ботинки, пальто, шапка, голос – гость держался так, словно он с другой планеты.

–Интеллигент, —со вздохом сказала Аня, зажигая конфорку.

Мужчины дошли до изгиба дороги, которая уходила в сторону трассы и там сливалась с ней в одну длинную полосу, откуда свернула сюда супружеская пара. «Москвич» стоял на обочине, почти полностью присыпанный снегом. Внутри сидела миловидная девушка и дышала на свои озябшие пальцы.

–Вероника, дорогая, выходи, —мужчина открыл дверь, —нас приютят на часок.

–Зачем же на часок? —увидев городскую прелестницу, Федор немного опешил. —Новый год же. Отметим, закусим…

Вероника, поставив на снег тоненькие ножки в красных кожаных сапогах, протянула руку мужу, чтобы он помог. Мужчина крепко взялся за ее запястье и потянул хрупкое тело на себя. Федя не сводил глаз с очаровательной девушки, которая была одета в светлое пальто, поясок которого подчеркивал тонкую талию красотки.

–Вадик, я жутко замерзла, —пролепетала незнакомка и прижалась к груди своего мужа.

–Это Федор, познакомься. Он любезно пригласил нас на чай, —сказал мужчина, растирая ее спину через пальто.

–Да, Федя! —громко поддакнул улыбчивый Федор, собравшись пожать руку девушки, но она не подала ее.

–А это – Вероника, моя жена, —сказал Вадим.

–Ну что, —Федя закурил, —трактор пригоним завтра. Пусть стоит, —кивнул на авто, —никто не украдет. Айда чаи распивать, а то околеете.

По дороге сюда Вадим успел рассказать Феде, что они свернули не на ту проселочную дорогу, потому что Вадим задумался. А когда понял, что надо было проехать чуть дальше, машину вдруг откинуло на обочину, и она заглохла.

–Мы в гости ехали, —напомнил Вадим, возвращаясь к дому Феди. —И как я так опростоволосился…

–Бывает! —Федя шел рядом с ним и косился на его жену. —У нас тут чертов перекресток. На пустом месте аварии случаются.

–Ой, Вадим, нам так повезло, что мы ехали одни, —испугавшись слов Федора, Вероника прильнула к мужу.

–Да лаааадно! —расхохотался Федя. —Не так страшен черт, как его малюют. Телега боротом за грузовик зацепилась. Тот, дурак, разворачивался, а второй скорости прибавил. А в другой раз бабы местные на этом самом месте драку затеяли!

Федя так громко хохотал, что его смех отзывался эхом в голове Вероники. Взглянув на неотесанного мужика, она поморщилась и подумала, что он глуп, как пробка.

–Ну вот, пришли, —Федя по-джентльменски открыл калитку и пропустил гостей.

Вероника мельком глянула на дом, подходя к крылечку. Ступив на первую ступень, она обернулась. За ней шел Вадим, чуть дальше – Федор. Вероника чувствовала себя не в своей тарелке, потому что не любила бывать в гостях у не знакомых ей людей. Все трое вошли в дом, и Аня поприветствовала семейную пару.

–Это ваша сестра? —тихо спросила у Феди Вероника.

–Жена. Почти. —ответил он, расстегнув фуфайку.

–Жена?? —Вероника не смогла скрыть свое удивление. Такая юная, а уже жена.

Но гостья еще больше была поражена, когда увидела их сына Семена. Мальчик спал в кроватке прямо в большой комнате, где Аня собиралась наряжать елку.

–Он у нас привыкший к шуму, —сказала хозяйка, притащив коробку с самодельными елочными игрушками. —Так что можно веселиться хоть до утра.

Пока гости пили чай, Федор и Аня установили и украсили лесную красавицу. Вероника сказала, что ей очень неудобно от того, что они с мужем нагрянули как снег на голову, с пустыми руками.

–А нам ничего и не надо, —ответила Аня, накрывая стол для праздника, —у нас все есть.

–М-да-а, —оглядывая ужасного вида комнату, шепнула Вероника.

Она старалась не обращать внимание на бедную обстановку и молчать, чтобы не обидеть хозяев, но ее муж заметил, что Веронике не нравится здесь находиться.

–Отдохнем, а утром поедем дальше, —вполголоса сказал он ей на ушко. —Не волнуйся.

–Если бы не твоя мать, мы бы здесь не оказались, —огрызнулась Вероника.

Глава 18

Вадим с виноватым видом посмотрел на нее.

–Не злись, пожалуйста. Никто не мог предугадать…

–Ты никогда ничего не можешь. Все делаешь мне назло. И зачем я только поддалась на твои уговоры?

Заметив легкую перепалку между гостями, Федя встал и предложил выпить: проводить Старый год, так сказать. Вероника за долю секунды настроилась на игристое вино, но, когда увидела, как Федор заносит в комнату бутылку с водкой, от разочарования закатила глаза.

–Неужели ваша жена пьет этот кошмар? —покосилась она на Аню.

–Я не пью, —ответила та, расставляя стаканы на столе. —Я еще ни разу не пила.

–А я люблю шампанское и красное вино, —кокетливо ответила Вероника, и тут ее муж спохватился:

–Ой, мы же сумку забыли в машине! Там шампанское и фрукты! —он вопрошающе посмотрел на Федю.

–Эх, придется идти, – вздохнул Федор, собираясь одеваться.

–Не надо, —незаметно ущипнув мужа за бедро, сказала Вероника, – это подарки.

–Мы потом всё объясним маме, она не обидится. —Торопливо ответил ей Вадим и поспешил собираться.

Федя, пожав плечами, пошел за ним. Оставшись вдвоем, женщины переглянулись.

–И как вы здесь живете? —спросила Вероника, еще раз брезгливо оглядевшись. —Никаких условий, такая серость.

–А что? —изумилась ее словам Аня. —Дом, как дом. Это на время, а летом Федя будет строить новый.

–Не понимаю, как можно жить в таком забытым богом месте. —продолжила Вероника, —Ни приличной мебели, а люстра? —подняла она глаза к потолку. —У вас даже люстры нет.

–А что такого? —Аня последовала ее примеру и посмотрела на одинокую лампочку, болтающуюся на проводе. —Главное, свет горит и ладно.

–Аня, я вас категорически отказываюсь понимать. —Уставилась на нее гостья. —Вы же женщина. Неужели не хочется элементарных удобств? Я не удивлюсь, если у вас и ванной комнаты не имеется.

–Ванной? —задумчиво спросила Аня и через секунду поняла, о чем говорит эта девушка. —У нас все в бане моются. А в ванной только одному можно поместиться.

–Все? Как это «все»? —Вероника была удивлена до предела. —Все? Голыми?

–Ну не в платье же мыться! —рассмеялась Аня, представив, как женщины, одетые в сарафаны, трут себя мочалкой.

–Глупость какая, —сложила руки на груди Вероника. —И не стыдно…

–А что тут такого? У нас и дети с мамками моются.

–Да вы что? Фу, как неприлично.

–А вы где живете? —поинтересовалась Аня. —В городе, да?

–Вообще, мы москвичи. В Новгород переехали из-за новой работы Вадима. Он инженер, проводит какие-то испытания. Скоро вернемся домой. И, надеюсь, больше сюда не приедем.

–Почему? Тут ведь так хорошо.

–Что может быть хорошего в этой глуши? Глаза бы мои не видели весь этот ужас. А вот Москва-а-а, это самое замечательно место, где живешь счастливо.

–Ну не знаю, —пожала плечами Аня, —лучше нашей деревни и всех наших окрестностей я не видала.

–Наверное, вы просто нигде не были, —усмехнулась над ней Вероника, но Аня промолчала.

Действительно, нигде не была. Да и не хочется! На что там смотреть? Всюду одинаково.

–Я поняла, что ваш муж здесь родился, —выдала она, —вы же к его маме ехали.

Вероника смутилась. Отвечать не стала, но все же решила поддеть хозяйку:

–Лучше вам переехать, потому что здесь жить невыносимо. Город – это возможности, а глушь – деградация.

Аня не знала значения последнего слова, сказанного Вероникой, поэтому не обиделась. Вскоре вернулись мужчины. Вадим поставил на стол шампанское, выложил мандарины, бананы и коробку с шоколадными конфетами. Аня никогда не видела бананов и очень удивилась.

–А что это? —осторожно потрогала пальцем желтую кожуру.

–Деградация, —пробормотала Вероника, сдерживаясь, чтобы не рассмеяться над деревенской клушей.

Вадим вежливо объяснил, очистил фрукт и подал Ане. Побаиваясь новому, Аня не стала пробовать, а вот Федя, показав свою смелость, откусил огромный кусок и, жуя, сказал:

–Ничего интересного, трава и есть. На мятую сладкую картоху похоже.

Потом они пили шампанское. После двух глотков Аня хохотала так, будто находилась не дома, а в цирке, в котором, кстати, она тоже никогда не была. Вероника поглядывала на нее и фыркала про себя:

–Боже, каких только личностей не встретишь на своем пути.

Федя, слушая, как хохочет Анюта, тоже рассмеялся. Он никогда не слышал от нее такого задорного смеха. И не забывал украдкой смотреть на Веронику, которая поразила его утонченными манерами. Вилку она держала двумя пальчиками, хлеб откусывала по крошечке и жевала так незаметно, словно вовсе не ела, а медленно растворяла еду в своем прелестном ротике. Пригубив водки, Вадим расслабился. Он ощутил весь спектр усталости и начал зевать за столом.

–Веди себя прилично, —заворчала покрасневшая от выпитого шампанского Вероника. —Вечно ты так, позоришь меня перед посторонними.

–Вы, наверное, спать хотите, —спохватилась Аня, видя уставшего гостя. —Я вам сейчас постелю. Только у нас лишнего постельного белья нету.

–Белья? —прыснула Вероника. —Боже, что за нищета!

Ее язык начал ворочаться быстрее мысли, девушка не думала, что может обидеть хозяев скромного дома.

–С ума сойти! Вадим, мы с тобой попали к первобытным людям, ха-ха!! Уму непостижимо, что в наше время можно жить хуже полевой мыши!

Аня обиженно посмотрела на невоспитанную девушку исподлобья и тихо сказала:

–Зря вы сюда приехали. Надо было оставаться в вашей Москве.

–В какой Москве? —удивленный Вадим повернул голову на Аню. —Мы местные. Родились и выросли здесь, в Новгородской области. После учебы меня направили в Подмосковье, но на днях я вернулся сюда. Насовсем.

–Закрой свой рот, —еще гуще покраснела Вероника.