Отзывы на книги автора «Ниал Фергюсон»

Почти борховский размах каждой книги автора: «Цивилизация», «Деньги», «Империя». Теперь – «Вырождение».

Не стоит обманываться относительно хлесткого: «Вырождение». Вполне себе западная интеллектуальная традиция – радикализм взглядов на себя самих. Без боязни поколебать некие основы. А поскольку комплекса неполноценности Запад в последние полтыщи лет не испытывает, то и написала она в первую и почти единственную очередь «для своих». Не перед кем ни отчитываяся, ни кланяяся, ни «пиетитясь». Пиетитясь – как звучит!

И ещё о «Великом вырождении» - таково полное название на русском. «Всё на продажу», - один из слонов на черепахе мироустройства по-западному, потому и мАркетинг и прочие деривативы. Лучше продается то, что звонче, звончее, самое звонкое. Жить в обществе и быть свободным от него…. Не получилось даже потомку скандинавов, судя по фамилии. Желтизна должна, должна засвидетельствовать своё почтение. Закон жанра!

Какое отношение к содержанию книжки имеют все эти обрывки? Интеллекта. Самое непосредственное. Подобно министру экономического развития России, который раз десять докладывал стране о достижении ею дна кризиса и теперь – только вверх и вперед, Mr. Фергюсон мыслью об исторической судьбе родной для него цивилизационной колыбели не однажды касается дна интеллектуальной исчерпанности предложений «на будущее». Да и объяснения прошлого.

В чём слабость книжки? Почти русская описательность: признание наличия болезни и её симптомов; чуть больше статистической фактуры; чуть больше исторического цитирования (обильные цитаты из Алексиса де Токвиля и его «Демократии в Америке»); снова – об усталости Запада; снова – о бюрократии, снова – об упадке Закона и торжестве законников. А куда ж без России с её никчемностью полуазиатского отстоя! В каждой главе. Супер! Ещё, разумеется, Китай – ну, это уже общее место.

В чём сильные стороны? Четкое, по-западному, формулирование мысли; реальный и плодотворный синтез гуманитарного образования автора с исключительным экономизмом рассмотрения всего – сугубо экономического и совсем не экономического.

Кратко, почти лаконично, показан «истинный смысл английской истории», заключающийся «в воплощении трех великих принципов. Первый: дом англичанина – это его крепость…Второй: делай всё, что тебе заблагорассудится, но не причиняй никому вреда…Третий: не суй нос ни в своё дело». Стр. 99. Всё. И нет никакого противоречия между моим «упреком» в описательности и краткости, чёткости изложения. Описательность в том, на что нет ответа. Четкость – интерпретация известного.

В книге невысказанное, но имеющееся в мозгах не западного читателя знание: Запад демонстрирует впечатляющую способность отвечать на вызовы. Один энергетический кризис начала 70-х чего стоит! И это тоже – чувство превосходства по умолчанию. И все же, и всё же. «Откуда у парня вселенская грусть»?

А чё ж не взгрустнуть? Когда-то русские большевики верили в иной столбовой путь для всего, не ведающего света истины единственного верного учения, человечества. И куча доктринеров до них, кстати сказать. Не случилось.

С какой стати должно получиться у западных либеральных и прочих пророков и учителей? Ведь для начала можно и должно задать не сложный вопрос: где было всё их визионерство о 1000-летнем триумфе «пакс американа», протянувшего в реалии чуть более … десяти лет? Вы учите мир глобальной супер перспективе, а для самих «…Аннушка уже масло пролила». Как там китайцы сказали в кризис 2008? «Что-то не слышно голосов учителей?»

Может, я какой замшелый анти-пиндос и квасной патриот по совместительству? Не, точно не. Кому интересно мое отношение к Западу – милости прошу в отзыв на книжку «Цивилизация». Может, злорадство какое-никакое? Ага! Больше делать не фиг. И главное – Западу-то как хреново от моего злорадства!

Опустимся вместе с потомком викингов на дно интеллектуального искания. Основная мысль, забота, проблема: почему Запад начал тормозить? Начал? Фергюссон пишет, что образовавшиеся государственные долги как самых демокрАтистых, так и «не очень самых», демократий, совершенно неподъемны. Они не могут быть отданы никогда. Нет-нет, вы не совсем поняли: н-и-к-о-г-д-а. Это не мои слова – автора. Означает сие, что экономическая столбовая дорога ведет куда-нибудь на Малхолланд Драйв. Или на известное Шоссе. Имени мистера Дэвида Линча. В никуда. В тупик. В задницу. Экономическая система не в состоянии себя воспроизводить.

Ладно, х. с ней, неспособностью. Импотенцией, если по-простому. Потомок викингов не задается и такой мелочью, как причина/виновник появления тихоокеанского мусорного пояса. Всех дел на 1,5 миллионов квадратных километров. В сравнении с демократическим наставничеством – ерунда. Чё так – ни словечка? Так «природа для народа – бесплатный магазин», - кому из бывших советских не известен сей слоган-логан? Демократия не может существовать без уничтожения окружающей среды – без всяких там политесов.

Ну, естественно, пытливый ум сразу же вопросик подкидывает: а как насчет тоталитаризма и его отношения с природой? Ну, а тут ещё более пытливый ум ответит по-еврейски, вопросом на вопрос: какой именно тоталитаризм – просвещенно-демократический к западу от Бреста или посконно-варварский к востоку от него?

Несколько вопросов автор задает себе, «своим», с высоты, разумеется, англо-саксонского перфекционизма. Есть общее право (англо-саксонское), есть – континентальное (в контексте – французское). В чем причина различий? И каковы следствия различий? Ведь все – почти свои, ближе не бывает. Позвольте цитату: «Потому что средневековые французские монархи защищали свои прерогативы решительнее, чем английские. И потому, что во Франции гражданский мир был более редким состоянием, чем в Англии. И потому, что Франция уязвимее для внешнего врага…Французы предпочли равенство свободе».

Смиренно вопросик просится: позволительно ли будет каким-нибудь русским-россиянам иметь собственное представление о праве? Тем самым, в парадигме, так сказать, физического выживания, существовавших, на границах-граничках цивилизаций оседлой и кочевой? Ну, чтобы, как бы, где-то, объяснить, объясниться перед учителями и пророками по поводу непохожести и, э-э, некоторого несогласия с предписанной столбовой дорогой. Для всех эскимосов с пигмеями и прочих китайских индийцев.

Что там с толерантностью? Да как бы всё тоже в порядке. В доктринах – точно! А в жизни, как у большевиков: «Железной рукой загоним человечество в счастье!» «Главная проблема Китая не в недостатке законов…» - почти дословная цитата из книги. «Китай ещё далек от верховенства права» - страница 123. Второй абзац сверху. Вторая строка.

Осведомлен ли Запад о том, что мир как бы вот такой разный? Лучше всех. И? Да ничего, всё путём! И знает, и понимает и…идет своим путем. К той же самой цели. Ну, точнее – финалу. Может быть, Запад в этом смысле – первопроходец? Да нет, всё клёво и у Древнего Рима было с этим финалом. Да и у Советского Союза, свидетелем чего мы были и без Древнего Рима – тоже. Что, никто ничего не видел – ни пути, ни финала? Все всё видели. И – шли. С флагом и песней.

Так в чём тогда дело? В неумолимой логике процесса. Одинаковой для любых систем. С определенного момента начинающих жить собственной жизнью. Будь это «Аль-Каида», порожденная спецслужбами, или цивилизация, рожденная…рожденная, ну, всем ходом вещей.

Так что « в имени тебе моем»? Нам-то что от всего этого? Стоит ли читать о «великом вырождении» и обо всем, что такому вырождению сопутствует? Ясный перец – да! С карандашиком. «Его пример – другим наука». «Но, боже мой, какая скука с…» - далее по тексту.

Историческая перспектива русских-россиянов – инкорпорация лучшего, что существовало, существует и будет существовать. В том числе – и у наших соседей со стороны Атлантики. Слышу, слышу пытливый вопрос о возможности/невозможности механических заимствований и проч.! Скоко попыток уже было! Дык я и пишу не о заимствованиях, а инкорпорации. Всего лучшего, что выработало человечество. А без этого – как же ты можешь стать коммунистом? Ну, или счастливым обитателем рая земного.

Откуда же такая уверенность в способности «обогатиться всем тем, что выработало человечество»? В изменившемся как вокруг, так и внутри этого самого человечества, мира. Например, когнитивных способностей. И возможностей, между прочим. Когда ранее мир был способен не ожидать будущего, а конструировать его? Никогда.

И с русскими – россиянами случилась метаморфоза. Никогда ещё русский-россиянский человек не жил так материально обеспеченно как сегодня. Но это – ещё полбеды. Бывшие братские, как они раньше назывались, тоже шагнули вперед. В квартиро-машино-кредито-ипотечном пространстве. Я – о другом.

Никогда ещё русский человек, от мыса Дежнева на востоке до мыса Таран на самом западе не был на таком интеллектуальном подъёме. Никогда! Не «отдельные представители мыслящего меньшинства» в форме интеллигенции, оказавшейся ничем не лучше обычного мещанина по части любви к этой самой мамоне. Все и всё, как оказалось, имеют свою цену. Речь – о сто сорока миллионном русском человеке, получившем возможность говорить, что хочет, делать, что хочет и жить, как хочет.

Откуда же тогда столько говна кругом? Оттуда же, откуда у маленького ребенка – из попы, точнее – жопы тех четвероногих домашних друзей, засравших все газоны страны. Не, ничего, подрастут – говна значительно меньше будет, да и хозяева станут подлинными интеллигентами. С целлофановыми мешочками для какашек. Как сейчас в каком-нибудь Централ Парк. Нью-Йорк Сити. То есть будут по-настоящему в ответе за тех, кого приучили. А как иначе?

Никогда в своей истории у русских людей (повторюсь: «русский» - это тот, кого поскребешь и найдешь …) не было столько мнений, собственных мнений, собственных мыслей. Высказываемых на LL. К примеру.

Никогда в своей истории русские люди не были так близки к изживанию в себе рабского комплекса неполноценности перед «передовой» культурой.

Никогда в своей 1000-летней истории русские люди не клали столько с прибором на выражение «руссиш швайн». Никогда. А это – дорогого стоит! Правильной дорогой идем, товарищ!

«Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья!»

«Мы, как послушные холопы,/ Держали щит меж двух враждебных рас…».

Всё это, повторюсь, многого стоит. Даже больше, чем победа «Едим Россию». Это не я сказал! Это злые языки сказали! Которые, как известно, «страшнее пистолетов». Я – за «Единую»!
«Урок» же книжки, имхо, очень прост: учиться, учиться и ещё раз учиться! Белый миллиард, куда нас не пустят ни при каких условиях, миллиард много чего знающий и умеющий. Уже одним этим заслуживающий и уважения, и внимания. Учиться – и быть благодарным даже тем, кто нас искренне презирает. И видит. И обижает. И смотрит. И ненавидит. «Русский язык для 7 класса». Правописание. Глаголы 1-го спряжения. Исключения. Второе среднее образование. Точка.

Ага, Ниал Фергюсон и его «Восхождение денег». Тот самый Нил Фергюсон, историк с хорошей прической, который объясняет, ну… все. Империи. Войны. Или вот - деньги.

И вот вы покупаете эту книгу. Она, кстати, довольно толстая. В названии есть слово «деньги», на обложке протянутая рука и слово «economica» в квадратных скобках. Вот таких - [ ]. И вы думаете: «Да. Вот это то, что мне нужно. Я прочитаю это. Я пойму облигации».

Вы не поймете облигации.

У Фергюсона есть тезис. У него всегда есть тезис. Нельзя же просто написать: «Сначала люди меняли коз на гвозди, потом придумали монеты, потом появились Ротшильды, потом все рухнуло, конец». Нет, ну можно, конечно - я же только что написал. Но нет. Нет. Нужен тезис, не спорьте. И тезис такой: дело не в деньгах.

Это книга о деньгах, в которой деньги играют второстепенную роль. Главный герой - доверие. Наличные - просто реквизит; гений здесь - бухгалтерская запись, которая заставляет армии маршировать, империи подниматься, а семьи покупать кухни в кредит.

Вот Флоренция. «Смотрите, - говорит Фергюсон, - они доверяют другу другу в бухгалтерских книгах! Вау!». Потом Амстердам. «Смотрите! Акции! Доверие к… будущему!». Потом мой любимый момент: Джон Ло во Франции. Парень приходит и говорит: «Смотрите, у нас нет золота, но у нас есть бумага». И все такие: «Да! Бумага! Мы богаты». А потом через пару лет люди понимают, что бумага - это, ну… просто бумага. И Фергюсон такой: «Видите? Это был кризис доверия». Нет, Ниал. Это был кризис бумаги. У них было слишком много бумаги.

Так что это быстрый, умный и увлекательный нон-фикшн о том, как человеческие обещания превращались в долговые расписки, банки, облигации, акции, страхование, ипотеку, деривативы и глобальные финансовые кризисы. От шумерских глиняных табличек до субстандартных ипотек; от Медичи и Ротшильдов до «Chimerica».

Да. Вся история. И знаете что? Я все еще понятия не имею что такое облигация. Правда. Но теперь благодаря Нилу я не понимаю ее исторически. С контекстом. Это, знаете, прогресс.

Как я люблю говорить, ничто так не поддерживает в смутные времена, как изучение истории. С этой точки зрения “Город и башня” Ниала Фергюсона - просто идеальное чтение.

На мировую историю со времен Средневековья и до 2017 года Фергюсон смотрит сквозь призму двух способов организации человеческих сообществ - сети и иерархии. Выясняется, что они не только постоянно сменяют и взаимодополняют, но и являются частью друг друга. Каждая иерархия - немного сеть, каждая сеть - немного иерархия и, похоже, их вечные антагонизм и единство совершенно необходимы для поддержания порядка в нашей жизни. Хотя в основном история человечества состоит из постоянных потерь и новых поисков этого баланса.

Фергюсон, будучи отличным историком, вдумчиво и последовательно анализирует основные вехи сотворения нашего Современного Мира. Религиозные войны в Европе, изобретение книгопечатания, колонизация испанцами и голландцами Латинской Америки и Китая, образование США, Французская революция, Наполеоновские войны, падение самодержавия в России, Первая и Мировая война, Великая рецессия, компьютерный бум, появление соцсетей - во всем этом сети и иерархии играли самую непосредственную роль. Выясняется утешительный момент - ничто не ново под луной, и не вечно. И тем событиям, которые так остро мы воспринимаем сейчас как персональный и мировой апокалипсис, в прошлом была масса аналогов. Фергюсон даже приводит отрывок из труда дипломата Генри Киссинджера о том, какие угрозы нависли над современным миром, сам рассуждает о том, как их преодолеть - и становится очевидным, что сложившаяся сегодня в мире ситуация - прямое следствие негативного сценария, описанного им с отсылками на труды политиков, социологов и специалистов по сетям. Книга оканчивается 2017 годом - и это надо постоянно держать в уме - тем интереснее посмотреть, насколько умозаключения Фергюсона оправдали себя теперь (спойлер - оправдали в значительной степени).

Помимо этого Фергюсон просто засыпает обилием разнообразных неочевидных и непривычных широкой аудитории фактов. Например, довольно детально описывает попытки противников во времена Первой мировой поставить себе на службу исламский радикализм, хотя мы привыкли считать его явлением самостоятельным и исключительной приметой нового времени.

Кстати, в уме надо держать еще пару вещей. Во-первых, по всей видимости Фергюсон является типичным представителем западной интеллектуальной элиты, что означает у него налиие “предсформированного” мнения о России и оценки ее действий. Только этим я могу объяснить тот, например, факт, что он с блеском и весьма иронично разносит миф об иллюминатах, но при этом несколько раз на протяжении книги обращается к мифу, согласно которому Путин обеспечил избрание Трампа президентом. Причем делает это довольно методично и уверенно, не допуская возможности, что (как теперь, кстати,официально и выяснилось) это не более чем мистификация американских демократов. Именно в силу такой позиции на месте современной России у него явно зияет незаполненная лакуна. Впрочем, надо отдать ему должное, о современной России он и не берется слишком много рассуждать.

Второй момент это то, что Фергюсон - яркий “антитрампист”. Причем не в разрезе “демократ, противник консерваторов” (вообще он англичанин), а именно противник Трампа. Это вынуждает его несколько искаженно воспринимать ситуацию с использованием сетевых цифровых гигантов Google и Facebook на выборах Трампа (a la Цукерберг был в шоке от того, как цинично использовали его детище в целях, прямо противоположных его собственным ценностям). Если бы Фергюсон писал свою книгу в 2022 году, то, несомненно, оценил бы, как быстро пришли в себя цифровые тайкуны и занялись на голосовании за Байдена настоящим цифровым террором “в интересах демократии”. Впрочем, современные события всегда воспринимаются искаженно, поскольку к ним невозможно подходить без эмоций и личных предпочтений. Это не отменяет того факта, что с историческими источниками, касающимися более ранних периодов, Фергюсон работает просто блестяще.

Читая Фергюсона, мне почему-то вспоминался другой автор на букву «Ф» - «наш» известный пропаганд-конспиролог А.Фурсов с его тезисом о «зловещем интеллектуальном превосходстве». Вот оно – превосходство британского аналитика-«сетевика». Сюжеты он берет самые «вкусные» для доморощенных «икспердов»: иллюминаты, масоны, Ротшильды, кембриджский гоминтерн, «круглый стол», родственные связи монархов, пентархия после Венского конгресса и распад европейского равновесия через 99 лет, Ост-Индская компания и т.д. и т.п. Но как же грамотно и «ловко» британец эти темы раскрывает, совсем в ином ключе, нежели наши «завтраки» и прочие дол-бы!
В позиции НФ чувствуется нечто чужое и враждебное, но видишь и его квалификацию, понимая многое про интеллектуальную мощь Запада (которую, правда, стараются свести на нет политкорректные «леваки»). Ну, а наши «левачата» никогда и не поднимались выше своих любимых мифов и провинциальных предрассудков…
Вообще книга посвящена соотнесению иерархий и сетей (образ в названии) и весьма познавательна и интересна, как с точки зрения фактуры, так и аналитическими построениями. Курьезом, пожалуй, является еще образчик восприятия этого труда представителем отечественной аудитории (хороших читателей воспитали «фурсовы» и прочие пи-болы). Так, в приведенном отзыве, великолепный научный труд, написанные легко и популярно, определяется как пригодный только для написания студенческих рефератов. Такая оценка дается после прочтения краткого отрывка.
Ну-ну. Зловещее интеллектуальное превосходство…

Эх, и в … на Западе всё не так. Все не так, как надо!
А ведь многие у нас до сих пор на этот абстрактный Запад готовы молиться.
Фергюсон же показывает, что Нам придется углубиться в историю институтов, чтобы уяснить сложную динамику, присущую современному миру. Недостаток демократии (гл. 1), регуляторная уязвимость (гл. 2), “верховенство законников” (гл. 3) и негражданское общество (гл. 4) – вот гораздо лучшие объяснения того, почему на Западе сейчас менее интенсивный, чем прежде, экономический рост и большее неравенство. То есть – почему Запад в состоянии застоя.
Банковские спекуляции, упадок демократии и сокращение политического и гражданского участия, чересчур сложное законодательство и зарегулированность, препятствия бизнесу, разбухшее государство и сокращение частной инициативы во всех сферах, плохое образование (особенно государственное), огромный госдолг и залезание поколения бебибумеров в карман еще даже не родившимся поколениям, и это - на фоне угроз новых войн и экологических бедствий – вот далеко не благостная картина глобального настоящего и будущего даже в «развитых» странах.
На периферии мирового развития эти и другие болезни ощущаются гораздо острее. Например, у нас. Плюс еще местные дурость и казнокрадство. Но многие проблемы, действительно, имеют глобальную природу.

Ниал Фергюсон написал кое-что о разных катастрофах (землетрясениях, извержениях вулканов, наводнениях, авариях на АЭС и т.п.). Всё это, надо сказать, и без него известно. Но в основном он впечатлён, разумеется, пандемиями. А более всего -- пандемией ковида. Это и понятно: книгу он писал где-то в американской деревенской глуши осенью 2020. Писал в тоскливой [само]изоляции.
Что ж, было интересно вспомнить то время.

Посочувствовал властям всех стран мира. Обычные люди только и делали, что ругали их. А потом, когда посчитали первую статистику, ругать стали ещё и эпидемиологи.
По сути ругать власти было не за что. На них свалилась болезнь, которая грозила в прямом смысле слова незнамо чем. И это всё при полном отсутствии каких-либо средств лечения. Ну вот они и предпринимали какие-то судорожные действия соответственно мере своей фантазии.
"Обычные" люди тоже не отставали:

Кстати, очень может быть, что это ещё далеко не конец истории. Какие-то отсроченные эффекты ковида ещё проявятся, как через годы после испанки возник таинственный летаргический энцефалит. О нём писал Оливер Сакс ( Пробуждения ), и болезнь эту связывают именно с испанкой.

Автор пишет для сравнения о пандемии гриппа, которая грянула в конце 1950-х. Тогда люди хладнокровно оценили предстоящие вероятные потери и продолжили жить как жили. Сегодня так уже не бывает. Мы стали нежны, ранимы и вообще, честно говоря, посходили с ума от долгого мирного времени. Расслабились, так сказать. Что ж, скоро, боюсь, добрые люди нас взбодрят. Вернут психику человечества к обычному средневековому состоянию...
А про ковид мы наверняка скоро забудем, как про тот грипп, про испанку столетней давности, про средневековую чуму. Напрочь, конечно, не забудем, будем думать обо всём этом как о Римской империи в известном меме. (Сам мем, думаю, забудем тоже, причём, очень скоро.)

Снимаю шляпу перед Ниалом Фергюсоном: он смог прочитать прорву источников на тему ковида. Одних только примечаний со ссылками в книге аж 1623! Я такого количества книг и статей не прочитал, кажется, за последнюю дюжину лет. Откровенно говоря, подробность, с которой он описывает события, меня достала. Думаю, даже американцу не будут интересны расклады по штатам и по неделям, тем более теперь.

Ближе к концу автор занялся отношениями США с Китаем. Надеюсь, дело не дойдёт до того, что китайцы потопят американский авианосец ракетой «Дунфэн-21» в рамках "спецоперации по освобождению Тайваня". К сожалению, ракета эта не из мультика, она реально угрожает авианосцам в радиусе 1700 км.
В остальном сверхдержавы пусть делают что хотят.

Чувствуется, что автор торопился. Торопились и переводчики с редакторами. Шлифовать текст было некогда, и я их понимаю. Надо было успеть, потому что сегодня только зануды типа меня будут это читать.

"Гибель одного человека -- трагедия, гибель миллиона -- статистика" сказал не Сталин. Гибель человека он воспринимал существенно по-другому. Сталину приписывают слова "Нет человека -- нет проблемы".
Единственное в жизни исключение он сделал для Надежды Аллилуевой.

Таинственная мысль:

Без своих фагов бактерии, вызывающие холеру и дифтерию, никому не могли бы навредить.

После бактерий появились одноклеточные простейшие, например плазмодии, которые вызывают малярию, а не столь давно (несколько тысячелетий тому назад) – вирусы[385]. Размножаются микробы по-разному, поэтому мы можем провести черту между бактериями, ДНК-содержащими вирусами (гепатита B, герпеса, оспы), РНК-содержащими вирусами (гриппа, кори, полиомиелита), ретровирусами (ВИЧ, Эболой, SARS и SARS-CoV-2), а также прионами (например ответственными за коровье бешенство, или коровью губчатую энцефалопатию).

По данным биологии, вирусы появились примерно тогда же, когда и первая жизнь -- это раз. Ну, а два: ВИЧ -- стопудовый ретровирус; насчёт эболы не знаю; но SARS и SARS-Cov-2 совершенно точно не ретро-.

И если бы сейчас СГА внезапно оказались отрезанными от TSMC, то ситуация бы кардинально изменилась: строительство нового литейного завода компании в Аризоне растянулось бы на годы, а если говорить о размерах, то он не смог бы заменить гораздо более крупные сооружения, выстроенные на Тайване

Не знаю, что такое СГА, зато знаю TSMC. Эта компания -- мировой лидер в производстве полупроводниковых устройств. Никаких литейных заводов она не имеет. Думаю, и не будет иметь.

Ну и в тексте полно фраз, которые понять вообще невозможно -- при абсолютно правильном синтаксисе.

В 2022 году Ниал Фергюсон дополнил книгу послесловием. Вот оно написано намного лучше основного текста. Прямо зачитался его рассказом о литературных версиях всякого рода катастроф. Если будете читать, пропускайте любые надоевшие куски, но посмотрите послесловие. Думаю, не пожалеете.

А вот мои личные воспоминания от ковидной весны:
27 марта 2020: люди есть
27 апреля 2020: людей нет

Вот эта книга изрядно разочаровала.

Название и аннотация вроде как обещали, что серьезные историки сейчас немного расслабятся и пофантазируют на вечную тему "что если". И подбор развилок выглядел очень интригующе: тут и поражение США в войне за независимость, и неучастие Британии в Первой мировой, и взятие нацистами Лондона, и промах Освальда. В общем, простор для фантазии огромный.

Вот я и настроился на интригующее чтение, от которого невозможно будет оторваться. И серьезно напрягся уже на первых ста страницах. Там у нас неудобоваримое введение, в котором Ниал Фергюсон дает обзор вечной борьбы детерминистов и стохастиков, то есть историков, которые считают, что у всего происходящего есть некое общее предназначение (и потому никаких альтернативных гипотез нельзя даже обсуждать), и историков, которые считают все происходящее рандомом и готовы обсуждать любые альтернативы. Сам Фергюсон, понятное дело, относится ко второй категории (лично мне вообще не очень понятно, как можно относиться к первой), и потому всячески поддерживает стохастические идеи. Это все хорошо, но ясно же, что человек, купивший эту книгу, нормально относится к альтернативной истоири и без всех этих нечитабельных и скучных рассуждений.

Пережив введение (а многие, чувствую, его не дочитают), я наконец дорвался до текстов. Но и тут меня ждало сплошное разочарование. Казалось, что авторы должны брать какой-то узловой момент и расписывать, что бы произошло, если бы история пошла в другую сторону. Это было бы интересно, ради этого я книгу и брал. А по факту большинство авторов посвятили свои тексты все тем же попыткам доказать, что событие в принципе могло закончиться иначе. То есть они и близко не собираются расписывать, что было бы, если бы США не добились независимости — вместо этого они сто страниц в деталях расписывают, почему чисто теоретически такое действительно было возможно. Да черт возьми, конечно, возможно! В мире, где были Брексит и победа Трампа, вообще не надо доказывать, что что-то возможно.

Выгодно на этом фоне отличаются буквально несколько очерков. В самом первом довольно толково рассматриваются перспективы победы Карла I в Гражданской войне, а в одном из последних есть любопытные рассуждения о Кеннеди — автор предлагает перестать рассматривать его как икону и показывает, что Вьетнам и расовые столкновения были бы в любом случае. Звучит даже мысль о том, что пуля Освальда в какой-то степени спасла Кеннеди от перспективы войти в историю как один из самых невзрачных и незадачливых президентов.

Настоящая историческая альтернатива начинается только в послесловии. Здесь Фергюсон берет рассуждения всех предыдущих авторов и разворачивает альтернативный, но достаточно реалистичный сценарий, в котором Карл I выиграл Гражданскую войну и США остались в Британской империи (а дальше читайте сами, чего спойлерить). Вот тут действительно интересно, захватывающе и познавательно, но это только 50 страниц. 50 последних страниц.

В общем и целом вообще не зашло. Скучно, вяло, да и нового не особо много. 3/5

Что пошло не так на Западе?

В 1989 году Фрэнсис Фукуяма написал книгу «Конец истории», где говорил о финальной победы капитализма и либеральной демократии. В свое время это стало мемом и еще долго наносило ему имиджевые потери. Казалось бы эти крупные западные идеи должны бы только прогрессировать и доминировать дальше, но теперь они в глубоком упадке.

Книга Нила Фергюсона рассматривает причины застоя Западного мира, и его институтов. В этой книге идет речь об основных политических институтов, такие как: парламент или американский конгресс. И собственно демократия - это ряд взаимосвязанных институтов. Для людей политические институты как ульи для пчел, дают нам возможность организовываться в группы.

Черные ящики в студию!

Чтобы показать, что западные институты в упадке Фергюсон откроет запечатанные черные ящики Пандоры. На первой из них написано «демократия» на второй - «капитализм» на третий - «верховенство права» на четвертой - «гражданское общество» Вместе они составляют четыре столба на которых построена наша цивилизация. Внутри этих сундуков находятся чрезвычайно сложные и взаимосвязанные институты, которые являются двигателем современных государств. Но если он перестал работать то одного созерцания мало, нужно залезать под капот.

1 «Демократия» (Политический ящик). Развитие западного мира Фергюсон видит в эволюции и переходе с «экстрактивных» до «инклюзивных» политических институтов. Он приводит пример Англии, где в 1688 произошел основной институциональный перелом. Когда власть короны была ограничена и перешла к парламентаризму. Парламент стал упорно принимать законы, которые поддерживают экономическое развитие, защищать промышленность, поощрять ограждать общинные земли. Славная революция 1689 вызвала улучшение сельского хозяйства, и привела к появлению промышленной революции.

Далее автор плавно переходит в наше время и пишет, что с нашими политическими институтами что-то не так. Наиболее очевидным симптомом этой болезни - стали огромные долги. Согласно данным Международного валютного фонда, общий государственный долг западных стран - растет. Огромные проблемы государственного долга позволяют нынешнему поколению жить за счет тех, кто еще не родился. На них будет расти бремя тех, кто работает сейчас и будет работать в будущем. Нынешняя экономическая система является достаточно мошеннической. Большие проблемы просто скрытые подальше от глаз. По мнению автора, необходимо полное реформирование сферы государственных финансов, если этого не произойдет то в дальнейшем нас ожидает дефолт и инфляция.

2 Капитализм (экономический ящик). Какая самая большая проблема стоит перед мировой экономикой? Большинство экспертов сходятся во мнении, что недостаточная финансовая регуляция. Причиной кризиса которая началась в 2007, было именно сверхсложное регулирование. Слишком сложное регулирование самом деле может стать болезнью, которую оно должно лечить

3 Верховенство права (правовой ящик). Фергюсон описывает эволюцию верховенства права в Англии и его семь критериев. Далее спрашивает хорошо ли функционирует верховенство права в наше время? Он видит четыре основные угрозы: влияние государства на гражданские свободы, вмешательство европейского права, рост сложности статутного права и рост цены юридических услуг. По данным Всемирного банка, США переживает упадок в вопросе качества управления по четырем измерениям: отчетность и эффективность правительства, качество регулирования и контроль за коррупцией. Соединенные Штаты были верховенством права. Но то, что мы видим сегодня - это верховенство юристов, и это уже нечто иное.. Фергюсон спрашивает, как можно реформировать систему которая уже сильно сгнила изнутри? Ее должны возбуждать ассоциации гражданского общества.

4 Гражданское общество (социальный ящик). Фергюсон вспоминает как он когда-то приобрел дом в Южном Уэльсе. Это был дом у моря, вокруг которого было очень засорено. Пластик и бутылки валялись везде. Только помощь волонтеров помогли ему очистить пляж и дома у него. Это привело к задумчивость автора о силе добровольных ассоциаций. Он начал изучать историю добровольных ассоциаций и их развитие. И пришел к выводу, что они сейчас в глубоком упадке. Он приводит примеры резкого падения активности в группах добровольных организаций. И вина в этом не Интернета или социальных сетей, а государства. За последние пятьдесят лет государство слишком зашло на территорию гражданского общества и взяло его обязанности.

Итоги:

В конце книги Фергюсон критикует Пинкера и техно оптимистов, он не верит, что будет технологический прорыв который изменит ситуацию и приводит свою аргументацию. Западная цивилизация переживает кризис. Государственный долг стал способом, которым старшее поколение живет на средства молодых еще не родившихся, регулирования стало таким искажением, что только увеличивает хрупкость системы.

Юристы в застойном обществе стали паразитами, а гражданское общество свелось к нейтральной полосы между корпорациями и правительством. Это и есть глубокий упадок. Книга Фергюсона не является откровением. Об изменении мирового порядка писал Киссинджер и Фарид Захария. В 2019 вышел мировой бестселлер Макса Отто «Крах мировой системы». Поэтому эта проблема будет становиться актуальной и ее решение еще впереди.

Решил частично последовать рекомендации, которую дал ELiashkovich , см. тут. Евгений советовал ограничиться послесловием, но я прочитал ещё и самую первую главу (про Карла I) и восьмую (про Кеннеди).

Про Карла было не особенно интересно.
Рассматриваются политические, религиозные, финансовые, юридические и военные аспекты. А самого-то главного вывода я не увидел. Могла бы не случиться промышленная революция, основы которой как раз тогда и были заложены. Тогда наш сегодняшний мир был бы совсем другим. Про это ничего не сказано.
Впрочем, может быть, промышленная революция и случилась бы. Даже наверняка случилась бы, но по-другому. Возможно, даже и не в Британии. Не могу судить о деталях, моих дилетантских знаний для этого явно мало. Например, про архиепископа Лода и графа Страффорда я услышал впервые. И, боюсь, в последний раз тоже.
Так или иначе, сегодняшний мир без Кромвеля совершенно точно был бы сильно другим.

Далее про Кеннеди.
Если Ниал Фергюсон американец, то он наверняка приверженец республиканской партии.
Чёрт возьми, полное безобразие: мы знаем об американских партиях! Ставлю рубль прямо сейчас за то, что в США не наберётся и сотни граждан, знающих что-либо о партиях российских.

Разумеется, Карл I (и особенно его казнь) и Оливер Кромвель повлияли на нашу цивилизацию куда больше, чем Джон Кеннеди с Мартином Лютером Кингом, но читать про Кеннеди лично мне в 16 раз интереснее было.
На Джонсона немного по-другому теперь смотрю.
Но в целом тоже не особенно захватывает.

Идея с царём Иосифом I Джугашвили мне нравится. Это было бы очень логично. Да что там говорить, Сталин фактически и был царём.
Не очень ясно только, как после него царём стал Леонид. Видимо, порядок престолонаследия был каким-то нестандартным. Не очень внимательно читал, не понял.
Всё остальное мура, пустое. Не знаю многих из упомянутых людей, поэтому не понимаю, насколько альтернативное их поведение отличается от исторического.
По-моему, автор явно наплодил сущностей сверх необходимого.
Ну ладно, бог с ним, ему виднее.

Если Вселенная всё-таки не ограничивается тем, что нам доступно для наблюдения, а бесконечна, и если современные представления о квантовой природе мира справедливы, тогда где-то есть ещё одна планета, на которой история в точности повторяет нашу вплоть до момента выстрела Ли Харви Освальда. Разница начинается с момента, когда в той реальности винтовка дала осечку.
Жаль, что (опять же, по современным представлениям) мы никоим образом не сможем никогда почитать их учебники истории. Так что спасибо Ниалу Фергюсону, что он представил нам один из вариантов такого учебника.

Однако в целом книга, а точнее, две главы и послесловие, не стоят потраченного на чтение времени. Не могу представить себе никого, кому были бы нужны такие мелкие детали, как имена и возраст британских политиков середины XVII века.
Думаю, даже британцы многих из этих имён не знают. Может быть, даже большинства.

А вот, если кому интересно, мой прогноз реального близкого будущего. Через 2-3 десятилетия СССР станет единственным виновником Второй мировой войны. И это не фантастика, это так и будет, вот увидите.
А что мы хотим? К этому идём, к этому стремимся.
Какой у нас праздник отмечается 4 октября? С удивлением узнал сегодня: это День космических войск России.
Вообще-то 4 октября годовщина запуска первого искусственного спутника Земли. Почему это не День, например, космической науки? Почему именно войск? На Спутнике-1 не было никакого вооружения, это был настоящий и очевидный триумф науки и техники, открытие космической эры. Откуда эти войска? Не понимаю.
Никаких космических войск 4 октября 1957 и в помине не было. Если уж на то пошло, есть у нас День ракетных войск и артиллерии 19 ноября. Я имел некоторое отношение к ракетам когда-то и с удовольствием выпивал в этот день.
Давайте учредим ещё какой-нибудь День атомной бомбы и гиперзвуковой ракеты, другие праздники такого типа, соседи нашу страну ещё более мирной считать станут.
Одним словом, проверьте мой прогноз.

И да, и праздником! С годовщиной начала космической эры!

Если рассматривать историю с точки зрения завершенных и стабильных периодов. То мы увидим, что мир и общество является сложной самоорганизующейся системой подверженной постоянным изменениям и нигде не обнаружим устойчивых социальных форм на длительный период. Об этом нам поведает междисциплинарная наука - синергетика.


Автор грустит по гражданскому обществу и его потенциальным возможностям. Институты власти становятся менее гуманными и капитализм приобретает совсем другой оттенок. Вроде бы кто-то писал о проблематике такого строя. Настроение декаданса и ностальгия по прежнему периоду прослеживается на протяжении всей книги. Вы стареете мой дорогой автор.  И склонны как и все идеализировать прошлое. Мир меняется и не всегда так как хочется нам. Ничего с этим не поделать...