***

Утром моя мама героически понесла его в ветклинику. У нее случился полный разрыв шаблона. «Моя дочь больна раком и загибается от химиотерапии, а я стою и держу кота, чтобы ему побрили пузико и сделали узи за пять тысяч рублей». What?!? Масика после узи оставили в ветклинике до вечера под наблюдением и поставили капельницу.

В смешанных чувствах, моя бедная мама пришла домой и сказала: «Маша, выбирай, кого мы лечим, либо тебя, либо кота». На приеме ветеринары сказали ей, что у Масика стресс. На фоне того, что хозяйка уехала на три дня из дома. «Шотландцы очень нежные. Елку поставили – стресс. Елку убрали – стресс». Жесть. Масик в стрессе. Спазм, закупорка, интоксикация.

Мама и сестра были в полной решимости – усыпить. Ради Олежика я взяла себя в руки, закидывалась таблетками и несколько дней подряд в химическом полуобмороке занималась котом, отвозила и забирала его в переноске до клиники и обратно. Кажется, из-за этого у меня и разошелся шов. Мне нельзя поднимать ничего тяжелее двух килограммов.

Стас тогда отказал мне в помощи («Это твоя кошка! Всё на меня свесили! Я не двужильный! Мне это нахер не надо!»). Когда Олег был не в школе, он помогал. Капельницы, катетер в лапе, катетер в кошачьей писе, памперсы, воротник, кормление, поение, лекарства из шприца без иголки в ротик. Специальный корм, антибиотики, капли антистресс. Про деньги я молчу. Внезапно мне перевел 5 тысяч брат Андрей. Они с женой кошатники (вернее, жена), он знает эти проблемы не понаслышке. На работе у Вити Космоса (начальника производства) и Оли (менеджер по оптовой продаже) был порыв, они перевели мне 6 тысяч, не зная про Масика в стрессе. Вот тебе «дал зайку, дал и на лужайку». Не такой уж и злобный Бог, не только грудь отнимает за то, что улыбаешься мужчинам. Еще помогает спасать Масиков в стрессе.

Я вылезала из такси с переноской. Блевала на снег. Сморкалась кровью. Тяжело дышала. Шла с жгучей болью в груди и несла кота на лечение. Ждала. Снова блевала. Вытирала слезы. Кровавые сопли. Снова вызывала такси… И так каждый день. Как-то попался вредный таксист. Я села с переноской в машину, еле дыша, чувствуя, как огнем горит мой шов.

– А вот вы вызвали такси, да? А почему не указали, что перевозите животное? А если аллергия, примеру, у водителя? А если он задыхаться, к примеру, начнет? Вы подумали об этом?

Масик неподвижным безмолвным камнем лежал в переноске, в памперсе, воротнике, с катетером в лапе и писе, я еле сдерживала рвоту и утиралась носовым платком, пропитанным кровью. Хотелось сказать: «Мальчик, водочки нам принеси, мы домой летим».

***

Я думаю, что Масик забрал у меня часть побочек от химиотерапии. И я должна спасти его за это. Вот бы кто меня из цистита выводил за 15 тысяч рублей. Моя схема в этом случае проста и сурова. При первых симптомах я бегу в аптеку, покупаю порошок Монурал, выпиваю и утром иду на работу.

Очень надеюсь, что это разовый «Масик в стрессе». Мне еще 17 раз придется уехать на химиотерапию из дома. Я поговорила с ним по-кошачьи. Объяснила ситуацию. Вариантов у нас нет, Масян. Как только ты дашь слабину, так сразу тебя загребет Наташа и усыпит к монахам, как говаривала бабушка. Так что не впадай в стресс, будь мужиком. Даже без яиц. Я лечусь, и буду уезжать, но всегда буду возвращаться. Крепись, братан.

Масик выпучил свои желтые, медовые глаза. Пару раз жалобно мяукнул. Спать лег рядом на подушке, положив свой хвост мне на голову как ободок.

***

11-й день после первой химии. Волосы на месте. У меня еще неделя до второй химии. Вполне адекватное состояние, если не считать кровавого насморка. Может попробовать выйти на работу? Может, сходить к Любе на день рождения? Я читала на форумах: «У вас будут хорошие дни, когда вы будете в силах. Ловите их, успевайте, живите ими».

***

Я хочу выйти на работу. Хочу попытаться. Смогу ли я. Что тебя пугает, останавливает? Стас? Если он там, то встретиться с ним неизбежно. Волосы? Если им суждено выпасть, они выпадут. Это тоже неизбежно. Коллеги, косые взгляды, вопросы? Это неизбежно. Так что тебя останавливает? Деньги не возьмутся из ниоткуда. У тебя дети. Вставай и иди работать.

Я боюсь. Вдруг у меня не получится. Разрыдаюсь при всех. Не смогу выровнять камень, подвинуть его, поменять иголку на станке. Увижу Стаса. Он скажет мне что-то гадкое. Но вариантов нет.

Поболтали с Донцовой на кухне

18 января

Конечно, мне нужны были книги. Журналист собирает информацию.

Первым делом я заказала и прочла книгу российского символа борьбы с раком груди – Дарьи Донцовой «Я очень хочу жить. Мой личный опыт».

Просто, легко. Никакой классической драматургии. Интересно, иронично. Хронология событий рассыпана бисером, сумбурно, женственно. Как всегда жизнеутверждающе.

«…мне стало очень жаль себя. Ах, бедная Грушенька! И тошнит ее, и шов болит, и рука плохо поднимается, и волос теперь нет… Как жить дальше?

Внезапно жалость сменилась на злость. Именно жить дальше! В любом состоянии, с тошнотой, лысиной и неработающей рукой! Только теперь пришло понимание того, что имел в виду доктор Грушев, предупреждая меня:

– У вас будет иное качество жизни.

Но ведь я не умерла, мои дети не плачут на могиле матери, нужно не жалеть себя, а радоваться. Нечего завидовать здоровым людям. Я тоже буду здоровой!

Я топнула ногой и сама себе показала кулак. Хватит, милая, ныть! Ты дышишь, двигаешься, давай-ка выходи на работу, ученики заждались, нечего из себя инвалида корчить. Всё будет хорошо, волосы вырастут, рука поднимется. Вперед и с песней на службу».

Донцова утверждает: «Онкология – знак того, что человек жил неправильно».

Первые симптомы Дарья обнаружила в отпуске 1997 года. РМЖ 4 стадии. «Вам осталось жить 3 месяца». В течение нескольких лет женщина боролась за свою жизнь. Бесконечная череда обследований и анализов, четыре операции, 18 курсов химиотерапии. И болезнь отступила.

Мне понравилась книга, прочитала, будто поговорила с подружкой на кухне. «Рак – не приговор, а возможность изменить свою жизнь. Только заболев, понимаешь, как счастливо ты жила, когда была здоровой. Мы все устроены одинаково. Если я справилась с онкологией, то что мешает вам победить болезнь?».

Но давайте будем честны. Донцова – точно не одна из нас. Известная семья, творческая интеллигенция, элита, друзья профессоры институтов, литературные корни в родословной. Но ее любят и всё равно считают своей. И да, я согласна, блат и связи не помогут, если ты сам не борешься.

Книги о раке груди

20 января

Мама скинула мне подборку книг о раке груди, которые вышли в 2023 году на русском языке.

«Поговорим о раке груди. Полное руководство для онкопациентов и их близких». Авторы: профессор Триша Гринхальх и доктор Лиз О, Риордан. Очень крутая книга. Большой справочник и много той информации, которой так часто не успевают делиться врачи. Триша и Лиз – врачи, которые сами как пациентки пережили рак груди.

Конечно, всё написано с точки зрения британских порядков в плане организации лечения. Там после мастэктомии Триша поехала домой. А вечером следующего дня в красивом платье пила вино за ужином в ресторане с близкими.

Полезная, максимально информативная, настольная книга по сей день.

Надежда Мелешко «Утро наступает всегда». Жуткая книга с запахом смерти. Рак в 32 года вонзил в нее свои когти без шансов и пригвоздил ее. Книга оставляет осадок и страх крадется по спине. На книжных полках книга появилась после смерти автора. Поэтому если у вас есть диагноз РМЖ, но нет паллиативного статуса, то лучше, наверное, не читать.

Надя – современная блогерша. Гламурная «путышка» на первый взгляд. Муж – известный хоккеист из Беларуси. Двое маленьких сыновей. Вела блог. Лечилась в Германии. Ремиссия. Рецидив. И полная жопа.

Большая часть книги – принятие судьбы. Аффирмации, гипноз, медитации, йога, психологи, экспериментальные препараты для химии. Не помогло ничего. Я не знаю, как это работает, но обреченность – в каждой строчке.

«Подруга Маша сказала: „Не вздумай продавать свои вещи. Ты будешь их носить, когда поправишься“. И я ей поверила».

Зря.

«Муж сказал: «Ты поедешь лечиться в Германию. Да, у нас нет денег, но мы продадим дом, машину, вообще всё, чтобы только тебя спасти. Мне ничего этого не нужно без тебя».

Зря.

«Я не верила до конца, успокаивала себя, что диагноз – это просто страшный сон».

Зря.

«Поэтому новое лекарство, эти маленькие упаковки космической стоимости, ждала с большим оптимизмом».

Зря.

Глава 23. «Идеальные похороны: честный разговор о смерти». «Знаете, ведь не зря говорят, что рак – гуманная болезнь. Она забирает медленно. У болеющего человека и его близких есть возможность подготовиться, попрощаться, попытаться принять эту реальность…».

В этой главе Надежда планирует свои гламурные похороны и обсуждает детали с подругой: цвет гроба (молочный оттенок слоновой кости), белые пионы в вазах.

Последние строчки книги: «Я благодарна Богу за каждый прожитый день и говорю себе – утро наступает всегда».

Не всегда.

***

Кристина Сандберг «Одинокое место». Эта книга более всего оказалась близка мне по духу. Шведская писательница, 44 года, рак груди 3 стадии. Операция, химиотерапия, гормоны. Рак – никогда не только медицинская история. Лечение застрагивает всю семью (две дочери, муж). Меняются отношения с друзьями, работа становится на паузу. Но жизнь идет, и никто не отменяет все остальные проблемы, с которыми человек сталкивается в обычной жизни.

У Кристины умер отец, и они с сестрой пытаются привести в порядок огромный дом бабушки и дедушки, в котором последние годы жил папа.

Сандберг откровенна. Воспаленное влагалище, потрескавшиеся ногти. Неловкие и обременительные разговоры со свекровью, родственниками и малознакомыми людьми.

У Кристины наступила ремиссия, но это не принесло ей желанного облегчения сразу – ни в физическом, ни в психологическом плане. Окружающие не понимали, почему она не ведет себя как раньше? Волна неприятных разговоров…

Название книги взято из письма Йенни Тюнедаль: «Болезнь, должно быть, очень одинокое место». Да. Так и есть. Именно.

Швеция – это же родина моей любимой Астрид Линдгрен, это уютная культура хюгге. И Кристина такая женственная, тревожная, трепетная, уставшая, нежная. Вуаль меланхолии, элегантность, утонченность.

Сюжета нет. Это больничный дневник, воспоминания о детстве, мучительные размышления о хрупкости человеческого тела, страх за своих близких. Но прежде всего, о том, что болезнь делает человека бесконечно одиноким.

«Это ужасно, что самое одинокое место – это когда я вместе с другими, с теми, кто меня не понимает».

Камни есть, приходи

23 января

Волосы на месте. Выпадают, но очень деликатно и неторопливо. Если дергать по одному волоску, выпадают легко, без боли, как из масла. Да и хрен с ними! Когда-когда… Когда надо, тогда и выпадут.

Я собралась на работу завтра. У меня есть неделя в адекватном состоянии до следующей химии. Написала Гоге, вкратце описала режим жизни на год. Ответил, как красавчик: «Сурово. Камни есть. Приходи».

***

Сегодня на улице тепло. Я сходила погулять в лесок за «Пятерочку». Тропинки, сосны. Сквозь них – храм Владимира Равноапостольного. В утренней тишине звонили колокола. Идет какая-то служба. Я не пошла в храм. Моё впечатление и отношение к Богу испорчено Стасом.

Но мысленно помолилась своему Богу: «Милый Бог, пожалуйста, помоги мне выйти на работу завтра и справиться со своими обязанностями. Дай сил вынести взгляды, вопросы людские. Заткни варежкой своей господней рот Стасу, отведи его от меня, пусть не приближается ко мне и не смотрит в мою сторону. Пусть физически и морально у меня всё получится. А если не получится, дай сил это выдержать и не зареветь на весь цех. Аминь».

Для пущего решительного настроя мне нужны были голосовушки от моей земной и конкретной старшей сестры Наташи.

«Маша! Ты думаешь о фигне! Ты глупенькая. У тебя сверхзадача – выжить любой ценой. Ради детей – Дашеньки и Олежика. Ни одну секунду не думай о других людях. Ни о том, что скажут или подумают. Не бойся никакого Стаса. Тебя предали, швырнули на произвол судьбы, на обочину дороги подыхать без средств к существованию. А ты еще переживаешь, что он скажет, как себя поведет. Ты вообще в любой момент, на любой его выпад можешь сказать ему «Пошел ты на х..!».

Аминь.