***

Лежу в палате с двумя милыми бабушками. Обе не глухие. Это очень неплохо. Алевтина уже 17 лет живет с кардиостимулятором. Но храпит. И днем тоже. Тамара рассказала, что очень тяжело переносила лысый период. Даже двухлетний внук плакал, когда ба полысела. Тер глазки. «Маленький, а переживал».

Дочь заказывала ей на озоне капсулы экстракта лопуха. А сын-алкаш лопухов нарвал на рассвете, в лесу. Варила, процеживала, пила, а остатки – на голову. Кудрявые седые волосы, очень симпатично.

Письмо депутату

Ездить в Каменск на химию очень проблематично жителям моего города. Мы с Любой решили, что я напишу письмо в городскую Думу.

Депутату Думы Д. А. Брусникину

От жительницы города М. А. Томиловой

Начну с главного. Прошу рассмотреть возможность организации регулярных рейсов из Минералдара до Каменска и обратно. Это нужно большому количеству жителей с онкологией, а также их родственникам.

Далее я описываю варианты «как добраться туда и обратно». По сути, никак. Прямых рейсов нет. Только такси. А потом дополнила письмо реальными историями. Поняла, что разучилась писать.

Из Минералдара я не одна такая. Нас очень много, и мужчин, и женщин. И проблема «как добраться туда и обратно» – актуальна для всех. Есть химии, когда промежуток между курсами еще короче – 2 недели, 10 дней. Есть онкопациенты, у кого неограниченное количество химий. Это паллиативная помощь, продлевающая человеку жизнь. Кто-то едет на дообследование, на консультации, в разные отделения: хирургическое, химиотерапевтическое, радиологическое.

В хирургии со мной лежала Ирина Анатольевна Б. 63 года. Боевая, позитивная. Борется с онкологией восемь лет. Раньше она ездила на лечение в центр. В этот раз направили на очередную операцию в Каменск. Приехала с мужем из Минералдара на такси, за 2900 р. Звонит мужу. По голосу заподозрила, что он выпил банку пива. Разоблачила. Признался. Поклялся, что только одну, за 39,50 по акции. «Саша! Я тебе дала пятитысячную купюру. Мы заплатили за такси. На сдачу ты должен прожить до Нового года, иначе я приеду и придушу тебя!». Смех смехом, но это реальность. Ездить Ирине Анатольевна еще не раз и не два. Впереди – лучевая и химиотерапия. Много курсов.

На одной из химий в палате со мной лежала Марина Алексеевна П. 54года. Воспитательница из детского садика. Химию переносит плохо. Разделили химию на «поменьше, но почаще» плюс капельницы с поддерживающими лекарствами, чтобы другие органы не отказали. Сама Марина за рулем, но после химии садиться за руль боится. Ее возит дочь, с маленькими внуками в машине. Каждый раз Марина сидит и «греется», как дочь доехала обратно.

В хирургии мне повстречался дедушка Виктор Степанович С. Ему 73 года. Выглядит довольно бодро. С онкологией борется уже 14 лет. Я его видела уже в очередях на прием к онкологу в Минералдаре. Занимает очередь в 9.00. Заходит в кабинет в 16.30 с улыбкой и со словами «Доброе утро!». Ездит на химию за рулем. Оставляет машину на стоянке у диспансера или во дворе недалеко от больницы. Выходит на улицу после выписки, глотает горстями таблетки (от давления, до головы, от боли в суставах) и быстрее едет домой, «пока не накрыло». Супруге он умудрялся врать два года, что его возит товарищ. Она ему в принципе не разрешала садиться за руль. У Виктора Степановича была легенда – машина сломалась, стоит на якоре в гараже. Жена туда не ходила. В ямку за овощами и соленьями он ходил сам.

Многие онко-пациенты начинают помогать друг другу в теме «как добраться?» Доходит до смешного. На обходе врач одну женщину выписывал в палате, а вторую – нет, хотел бы еще пару дней понаблюдать. Первая взмолилась: «Оставьте ее, мы вместе уедем, за ней муж приезжает!». И ведь оставил.

В хирургии у меня появилась подруга Светлана из Каменска, всегда говорит, если что, приезжай, можешь переночевать, или сын встретит с автовокзала или сама встречу.

Люди с онко-диагнозом разные. Но в основном, это стоики. Раньше я не понимала выражения «борется с раком». Кто там борется? Ты просто исполняешь предписания врачей. Нет, бороться за свою жизнь еще как придется. Бороться, чтобы получить лечение, чтобы добраться до кабинета, попасть на прием, получить талон, прорваться сквозь очередь, дождаться анализов, дождаться результатов анализов, ждать и ждать, сидеть в очередях, продлевать больничный, бороться с побочками химии, бороться со страхом выйти в люди, лысой в шапке, без груди, бороться со страхом рецидива, бороться с постоянной физической болью. Бороться с апатией, с желанием все бросить и не остановиться на этом пути.

А новенькие все идут и идут на прием. Они в начале пути. Растерянные, еще не знают, сколько им придется на начальном этапе пройти, чтобы получить направление в областной онкоцентр – первая маленькая победа! А дальше новая задача – как добраться до места лечения? И другие бесконечные вводные данные…

Вопрос рейсов до Каменска и обратно актуален не только для пациентов, но и для родственников. Они в беде не бросают, помогают. Но надо отпрашиваться с работы на неделе. И не только приехать, доставить пациента и забрать обратно. Кто-то лежит долго. А нужно приехать, привезти передачки, сходить в аптеку, повидаться через окно «по телефону». Это многое значит для больного и родственников.