Цитаты из книг автора «Марио Пьюзо»

Карло Рицци повернул голову, чтобы посмотреть, кто сидит у него за спиной, и в этот миг Клеменца изящным, ловким движением – так девочка повязывает ленточку своему котенку – накинул ему на шею гарроту.

и очутился перед Рокфеллеровским центром, напротив собора Святого Патрика.

В Бронксе, у себя на квартире, Альберт Нери кончил приводить в порядок полицейскую форму и стал неторопливо облачаться. Натянул брюки и рубашку, повязал галстук, надел мундир. Снял со стула ремень с кобурой. Оружие его заставили сдать, когда увольняли, но полицейскую бляху, по чьему-то административно-хозяйственному недосмотру, не востребовали. Пистолетом его снабдил Клеменца, новеньким «полис-спешл» 38-го калибра, неопознаваемым. Нери переломил его, смазал, проверил курок и защелкнул обратно. Взвел курок, зарядил барабан. Теперь он был готов.

…В маленькой пиццерии на боковой улочке города Буффало, штат Нью-Йорк, было в обеденный час не протолкнуться.

– Два дня жду, на третий сама за тобой прилечу, – пригрозила она. Карло ответил ей вежливой улыбкой законного сообщника в плотских усладах: – Долго ждать не придется.

Готовясь к переезду на постоянное жительство в Лас-Вегас, семейство Карло Рицци пока что отправлялось туда на отдых.

Майкл как-то раз спросил: – Каким образом тебе удавалось использовать такого неуправляемого зверя, как Люка Брази? И дон объяснил ему. – Бывают на свете люди, – сказал он, – которые ходят и просят – прямо-таки требуют, – чтобы их убили. Ты сам, наверно, замечал. Они скандалят за игорным столом, набрасываются на тебя с кулаками, если ты оставил царапину на крыле их машины, оскорбляют первого встречного, не утруждая себя вопросом, на что этот человек способен. Я наблюдал однажды глупца, который приставал к компании опасных людей, нарочно стараясь разозлить их, сам будучи при этом, что называется, с голыми руками. Люди этой породы топают по земле, вопя: «Вот он я! Убейте меня!» И в желающих, как правило, нет недостатка. Мы каждый день читаем про это в газетах. Естественно, что люди этой породы приносят и другим много вреда. Таким человеком был Люка Брази. Но с тем существенным отличием, что его-то очень долго убить никому не удавалось. Большей частью с этой публикой связываться нет расчета – однако личность, подобная Люке Брази, может в умелых руках стать грозным оружием. Понимаешь, раз он не страшится смерти – и, больше того, сам ищет ее, – то фокус состоит в том, чтобы сделаться для него тем единственным в мире человеком, от которого он смерть принять не хочет. Чтобы одного лишь он страшился – не смерти, но того, что может принять ее от тебя. И тогда он твой. То был один из самых ценных уроков, преподанных ему доном, – и Майкл воспользовался им, чтобы сделать из Альберта Нери собственного Люку Брази.

Майкл кивнул в ответ. Да, ему это удалось. Альберт Нери до гробовой доски принадлежал ему безраздельно.

Его определили в regime Клеменцы, и этот непревзойденный мастер отбора и муштры рекрутов подверг его тщательнейшей проверке. Такая мера предосторожности диктовалась необходимостью – все же Нери был в прошлом полицейский. Впрочем, если Нери и испытывал укоры совести по поводу того, что перешел в стан противника, врожденная свирепость помогла ему с ними справиться. Года не минуло, как в его послужном списке стало значиться «мокрое дело». Пути назад были отрезаны навсегда.

Ну, это формальности, мелочи, их нетрудно устранить. Забудьте, что вы поднадзорный, а если в банке вздумают придраться к вашей биографии, изымем из бумаг ваш желтый листок. Желтым листком называлась карточка с перечнем правонарушений, совершенных человеком. Ее обыкновенно представляли судье, когда тот решал, какую меру наказания применить к осужденному. Нери, достаточно долго прослужив в полиции, знал, как часто судья при вынесении приговора проявляет мягкосердечие к злостному хулигану, ибо чиновник из полицейского архивного отдела подсунул ему за взятку чистый желтый листок. Его поэтому не слишком поразило, что Майклу Корлеоне под силу подобная операция, – поразило только, что Майкл согласен идти на такие хлопоты ради его персоны.