Цитаты из книг автора «Марио Пьюзо»

если ты проявляешь щедрость, то придай этой щедрости личную окраску.

Матери, они вроде полицейских. Всегда верят худшему.

не было бы счастья в иных случаях, если б несчастье не помогло

И снова сложенной ладонью Кей ударила себя в то место, где находится сердце. Перед нею стоял священник. Запрокинув голову, она открыла рот, готовая принять тоненькую, как папиросная бумага, облатку. Настал тот миг, который более всего внушал ей трепет. Пока не растает облатка и можно будет сделать глоток и совершить то, ради чего она сюда пришла.

– Ты почему сбежала? – Потому что Майкл мне солгал, – сказала она. – Потому что он дурачил меня, когда согласился быть крестным отцом на конфирмации сына Конни. Он меня предал. Я не могу любить такого человека. Я не могу так жить. Не хочу, чтобы у моих детей был такой отец.

– Не завтракала? – Нет, – отозвалась Кей. Женщина одобрительно покивала. Был случай, когда Кей забыла, что от полуночи и до святого причастия нельзя ничего есть. Прошло много времени, но мама Корлеоне с тех пор больше не полагалась на нее и неизменно устраивала ей проверку. – А чувствуешь себя не худо? – Нет, хорошо.

Теперь, когда главенство семьи Корлеоне стало незыблемым, Клеменца отпочковался от нее с собственным семейством. На должности caporegime остался Рокко Лампоне. В Неваде Альберт Нери возглавил службу безопасности во всех контролируемых семейством игорных отелях. Работал на западный синдикат, возглавляемый Майклом, и Хейген.

Год тонких дипломатических ухищрений понадобился Майклу Корлеоне на то, чтобы утвердиться в положении наиболее могущественного из главарей семейных синдикатов Америки и тем завершить наконец кровавую победу своего семейства.

Семейство Корлеоне могло торжествовать победу. За те же сутки Клеменца и Лампоне, спустив с цепи свои regimes, расправились с каждым из тех, кто вторгся в пределы владений Корлеоне. Нери был отряжен возглавить regime Тессио. «Точки» букмекеров Барзини разнесли дотла, двух заплечных дел мастеров, людей высшего ранга в его организации, застрелили, когда они мирно ковыряли в зубах после обеда в итальянском ресторане на Малбери-стрит. Убили ангела-хранителя спортивного тотализатора – знаменитого посредника между семейством Барзини и властями, когда он после удачного вечера возвращался домой с ипподрома. Бесследно сгинули два самых крупных ростовщика из портовых кварталов – останки их через много месяцев обнаружились на болотах Нью-Джерси. Единым жестоким ударом Майкл Корлеоне добыл себе славу и вернул семейству главенствующее положение среди преступных синдикатов Нью-Йорка. Показав себя как блистательный тактик, он еще и потому снискал себе уважение, что некоторые из наиболее влиятельных caporegimes у Барзини и Татталья незамедлительно перешли на его сторону. Да, Майкл Корлеоне вполне мог бы торжествовать победу – когда б не выходка, которую учинила его сестра Конни.

В воздухе вдруг распространилось зловоние. Сфинктер желудка, расслабясь с приближением смерти, не удержал содержимого. Еще несколько мгновений Клеменца для верности продолжал сжимать гарроту, потом отпустил и спрятал обратно в карман. Переводя дух, откинулся на спинку сиденья. Тело Карло Рицци тяжело привалилось к дверце. Только тогда Клеменца открыл окно и проветрил машину.