0,0
0 читателей оценили
110 печ. страниц
2018 год
5

Не горюй!
Людмила Максимовна Козлова

Редактор Н. М. Николаев

© Людмила Максимовна Козлова, 2018

ISBN 978-5-4490-3951-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сообщаю, что я – патриот и оптимист, и поэтому (именно поэтому!) стараюсь быть объективной и говорить правду о времени и о себе. В поэзии это абсолютно необходимо!

ПАМЯТЬ ДЕТСТВА

Нет особенного счастья,

Но оглянешься назад —

И твоею доброй властью

Видишь яблоневый сад.

Видишь узкую тропинку,

Уходящую в лесок,

Утра алую росинку,

Солнца красного кусок.

Видишь милое окошко,

Кособокое крыльцо,

Счастья полное лукошко,

Детства ясное лицо.

БЕССОННОЙ НОЧЬЮ

Бессонной ночью гаснут сны,

Дорогу Млечную смывая,

Седое зарево луны

Опять за соснами всплывает.

Поля ночные, лай собак

И дым из труб в хрустальном небе,

Снегов сверкающая небыль,

Большой Медведицы черпак.

Земным дыханием наполняясь,

Прольётся в космос тишина.

В его безжизненные волны

Вплетётся тёплая волна.

КУКУШКА

Расплывалось солнце, разливалось,

И кукушка где-то куковала.

Тосковала, жалобно считала,

Сколько жить на свете мне осталось.

И летело эхо, и металось,

С тишиной лесной перекликалось.

Век назад здесь так же заходило

Алое светило. И была

Чья-то дума песенно-светла…

Только неба синь

Не бороздила

Лайнера блестящая стрела.

ЛЕС

Мерцает изморозью тонкой

В снега закутавшийся лес.

И месяц новенький и ломкий,

Поднялся в сумраке небес.

Тропинка заячья темнеет.

Ныряя в сосны за сугроб.

И, перекрещиваясь с нею.

Бежит узор мышиных троп.

Замшелый пень берёзы древней —

В блестящей шапке старичок —

Не спит, а так – вполглаза дремлет

И видит всё лесовичок.

РИСУНОК

Там, в вышине, над закатом

Странен рисунок небес:

Заревом алым объятый

Вырос невиданный лес.

Вот в тишине невесомой

Гаснут и вянут цветы,

И проступают знакомо

Чёрного взрыва черты.

Даже летучим туманом,

Облаком в синем плену,

Каждым кустом и поляной

Помнит Россия войну.

ВСПЫХНУЛ ВЕЧЕР

Вспыхнул вечер и сгорел.

И остался только пепел.

День прожив на белом свете,

Ничего ты не заметил,

Не узнал.

Не смог,

не смел.

Вот и этот синий вечер

Вспыхнул ало

И сгорел.

КЛАДБИЩЕ

Ели и кедры.

Ветры и ливни

Смыли холмы могил.

Пахнет смолою,

Веет покоем

Тихо

От тех, кто был.

ТРИ КРЕСТА

В овсяном поле три креста

Прямы и высоки.

Как будто час уже настал —

Обходят мужики

Свои посевы по межам,

Назавтра поутру

Им снова в поле выезжать,

В полдневную жару

Найти оконце родника

И, словно бы во сне,

Напиться, тронув облака,

Блеснувшие на дне.

В широком поле три души

Задумались о том,

Как скоро времечко бежит

Под августом-мостом.

Грустят от дома вдалеке,

что солнышко зашло

К дороге б выйти налегке

И двинуться в село.

В овсяном поле три креста

Прямы и высоки —

В родной земле,

В родных местах

Заснули мужики.

22 ИЮНЯ

Тополиный пух

Невесом.

Весь зелёный луг

Занесён.

До утра звенел

Чей-то смех.

Женский голос пел:

«Снова снег…»

И летел июнь

Под откос.

Сорок тысяч лун

Пронеслось.

Но июню вновь

Не срастись.

Слева – смерть и кровь.

Справа – жизнь.

Пулей лист пробит

Над тобой.

Снова бой кипит,

Первый бой.

ИЮНЬСКИЕ СБОРЫ

Как в Сахаре, жара.

Обжигающим зноем

Ветер с юга.

Пора

Распрощаться с покоем.

Слышишь? Рельсы гудят.

Слышишь? Трубы запели.

Поцелую тебя

В тополиной метели.

И пронзительно-нервно

В сердце вклинится боль —

Как бы там,

В сорок первом,

Я простилась с тобой?

ГОРЯТ ЛЕСА

Горят леса за Ангарой.

В неверном отблеске пожара

Тревожным кажется и старым

Луны взошедшей серебро.

И тени мечутся, как пламя.

За много вёрст горят леса,

Но слышно ясно, как слезами

Зайчонок серый залился.

РИСУНКИ НАДИ РУШЕВОЙ

Будет жить

Эта песнь отныне,

Будет звать

И дразнить родством

С древним танцем

Наскальных линий

И языческим колдовством.

Оживают и свет,

И тени.

Голоса,

Серебристый взгляд —

Словно грифель

Рассёк мгновенье

Двести лет

Или час назад.

ЖЕНЩИНА

Женщина трясёт половичок.

Руки, не привыкшие к безделью,

Узкое озябшее плечо…

Видно ли кого-то за метелью?

Не на шутку к ночи разошлась

Снежная неласковая вьюга.

И недобрый чей-то чёрный глаз

Присушил единственного друга.

Где он бродит,

Помнит ли о том,

Что всегда с надеждою тревожной

Ждёт его притихший старый дом,

Из-под крыши глядя осторожно.

И опять, откинувши крючок,

В сотый раз выхолит в платье тонком

И трясёт цветной половичок

Не жена, не мать и не девчонка.

Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
182 000 книг 
и 12 000 аудиокниг
Получить 7 дней бесплатно
5