Шаровая молния

4,2
42 читателя оценили
363 печ. страниц
2019 год
16+
Оцените книгу
  1. CoffeeT
    Оценил книгу

    Вся мои история книгочтения если и научила меня чему-то в этой жизни (кроме того, что книги — это здорово, плюс они значительно увеличивают энтэлэкт), так только тому, что нужно читать произведения любого автора в хронологическом порядке. Даже не связанные между собой, даже написанные под другим псевдонимом, даже Глуховского. Поймите, я говорю не о возможности словить случайный спойлер или мучительному поиску контекста в пятой части Гарри Поттера. Моя позиция (очень хочется написать суперпозиция) имеет несколько иную природу. Может быть, рано или поздно технологии дойдут до того момента, когда бутылка выдержанного вина будет состоять из многих небольших емкостей, которые расскажут о том, как менялся вкус напитка с интервалом, скажем, в 10 лет. В мире литературы такие бутылки придумывать не нужно, все происходит естественно, главное заглядывать в подноготную автора, и будет понятно, где он посеял виноград, а где его топтал ногами. Забавно, что этот читательский принцип я выработал далеко не в самой обязательной ситуации (как и все свои остальные принципы) – во время выхода «Кода да Винчи» Дэна Брауна back in the day (демонстративно и маргинально разгуливая в общественных местах с первой книгой про профессора Лэнгдона «Ангелы и демоны»). Получил ли я какое-то преимущество над другими читателями? Конечно, нет. Просто я знал, что за отсылки делает автор про какой-то замес в Ватикане, а другие – нет. Как это назвать, я не знаю, но мне нравится почему-то всегда быть в первой группе. А когда я во второй – мне беспокойно и неуютно, вот и все.

    Поэтому представьте себе, как я себя чувствовал, когда издательство «Рипол» начало выпускать (тоже относительно давно) цикл романов шотландского автора Стюарта Макбрайда про полицейского Логана Макрая ("эй легавый, т****и себя теркой для сыра"). Порядок был такой: четвёртый роман, первый роман, седьмой роман. Развитие героя, сюжетные повороты, логика – все это пыль и тщета для человека, который принимал это решение. Я не знаю, больше ли денег заработало издательство в ходе этой циничной операции, но с трудом верится, что да. Причем, ладно бы этот самый четвертый порядковый роман Макбрайда стал мировым бестселлером и потянул за собой выход всех остальных произведений. Нет. Это просто оказалась прихотью людей, которые в конечном итоге руководствовались чем-то совершенно банальным, например, к какой книге быстрее закончили перевод. Ну либо, другой вариант, что отвечающий за процесс издания человек жил в далеком будущем, следуя неясным нам законам неевклидовой географии. Третьего не дано. До сих пор, к слову, эта загадка внятно не разгадана (наиболее похожий вариант что an=a1+d(n−1))

    Также, не следует забывать про такую вещь, как читательский выбор. Я знаю многих людей, которым, например, абсолютно непринципиально, в каком порядке читать романы того же Стивена Кинга. У них нет вот этого вот желания вместе с автором следовать за эпохой и временем, когда герои начинают пользоваться айфонами и даже в глубинке ездить на автоматической коробке передач. И мне нечего таким людям сказать, если они и теряют какой-то элемент восприятия, то очень незначительный (как с тем же Дэном Брауном). Хотя, возможно, со своим любимым писателем они бы поступили иначе. Опять же, это все работает, когда помимо буквального восприятия художественного произведения должно быть желание как следует прочувствовать бэкграунд. Как с тем же Кингом - отмечать, какое сильное влияние на его истории оказали автокатастрофа, в которую он попал в 1999 году или «убийство» своего альтер-это Ричарда Бахмана, которому целиком посвящен целый, достаточно необязательный роман «Темная половина». И ладно Кинг, подобные параллели можно провести у любого автора, вопрос только в том, хочется ли вам погружаться так глубоко. Представим, что да.

    Также, представим, что, вы до сих пор относитесь к числу тех счастливых людей, кто не знает, что такое трилогия «Память о прошлом Земли» китайского писателя Лю Цысиня. Для краткой справки – это классическая научная фантастика (с налетом восточной философии), которая вышла в Китае в конце нулевых и за 10 лет проделала путь к огромным тиражам, переводам на десятки языков и премиям Хьюго и Локус. И это я оставляю за скобками неминуемую экранизацию, которую собирается делать Amazon (пока, правда, больше собирается с силами). Что касается вашего скромного слуги, то я включил трилогию Лю Цысиня в свой топ-10 самых важных книг десятилетия, поставив ее на 4-е место (полукриминально пользуясь тем фактом, что англоязычные и русскоязычные версии вышли именно в десятые). ССЫЛКА В ОПИСАНИИ. Нет, если серьезно, то в подборках ищите, кому интересно. Ни за что не отгадаете, кто на пятом месте.

    Да, вот именно так хороша эта трилогия. Конечно, как это часто бывает с фантастикой, понадобится какое-то время, чтобы у нее появился классический статус. Как этот механизм работает, я не очень понимаю, но как-то работает. Может, что-то должно сбыться. Ведь у хороших фантастов всегда что-то сбывается. Но мы пока договорились, что вы с трилогией «Память о прошлом Земли» не знакомы. Предположим, что вам пока просто захотелось познакомить себя с современной китайской фантастикой. И пользуясь моим методом последовательного чтения, вы начнете свое знакомство с китайским писателем с «Шаровой молнии», романом, который был написан в 2004 году; романом, который, сам того не зная, предвосхитил одну из главных жемчужин жанра XXI века.

    И сразу же первый парадокс. «Шаровую молнию», даже уже зная, кто ее автор, очень сложно назвать хорошим образцом жанра. Он скорее даже тяготеет к низким стандартам – здесь и общая суетливость, и слабый научный базис, и крайне кособокие герои (особенно, сверхроковая главная героиня). Общий сюжет, да, в первой части достаточно занятен, но потом появляются русские с водкой (пьют из стаканов, я серьезно) и все интриги погибают в зародыше. А без нее остается то ли технотриллер, то ли и вовсе жанр «боевичок со стивеном сигалом». В общем, если подытожить, и не пытаться назвать козу козлом, то «Шаровая молния» - это сверхпосредственная книга, которая, если была бы, например, трилогией, то мало бы чем отличалась от ширпотребного творчества Рамеза Наама (его трилогия «Нексус была написана в начале нулевых и спровоцировала несколько приступов аппендицита у людей с удаленным аппендицитом).

    Я знаю, что вы мне теперь скажете. Вот видишь, если бы мы правда читали произведения Лю Цысиня по порядку, то какие шансы, что мы потом бы прочитали трилогию? Да, согласен. Очень близкие к нулю, ведь зачем после книги, которая тебе не понравилась, обрекать себя еще на три таких же. И, давайте посмотрим правде в глаза, если меня спросят теперь, нужно ли читать «Шаровую молнию» перед трилогией – конечно, я отвечу нет. Зачем? Это плохая книга. А как же тогда становление писателя, его развитие и все вот это вот? А как же это чувство неуюта, когда ты читаешь произведение, но знаешь, что до него была еще парочка тобой нечитанных? Что же, все очень справедливо. Как же быть, а то получается какой-то фильм Кристофера Нолана, когда парадокс на парадоксе, а за шкафом летает мужик в скафандре.

    Ну, во-первых, сама ситуация, что после такой плохой книги Лю Цысинь перескакивает несколько ремесленных этапов и превращается в Азимова наших дней – это уже само по себе редкость. Объяснения этому тоже нет. Предпосылок в «Шаровой молнии» тоже не особо. Ветер подул и собрал самолет. Во-вторых, до «Шаровой молнии» Лю Цысинь написал пять романов - возможно, там есть шедевры и тогда «Шаровая молния» просто спад? Как вам такая мысль? Или вот еще, «Память о прошлом Земли» на самом деле не такая уж и сильная работа, просто литературному истеблишменту нужны были новые герои, а тут еще и китайский рынок, как кстати. Мужик в скафандре все еще летает за шкафом, ситуация более внятной не стала. Вы слышали эту избитую дурацкую фразу, когда кто-то не прав и рассказывает вам про «исключение, которое подтверждает правило»? Может, это как раз оно? Ладно, сдаюсь. Я понятия не имею, как это работает и как так случилось. Просто набор непоследовательных фактов. Что лично меня смущает, но не настолько пока, чтобы бросить свои литературные последовательности Фибоначчи.

    А вообще, конечно, ребят, читайте как хотите, главное – читайте. Я вот сейчас читаю Исигуро – и читаю его хронологически задом наперед, от последнего романа к первым. И ничего страшного пока, хотя где-то глубоко внутри меня скребется тот, другой, который исступленно кричит ВРЕМЯ НЕ ПОВЕРНУТЬ ВСПЯТЬ. Но, ребята, хорошие книги так устроены, что они вырваны из контекста, вырваны из времени и всего остального. Они сами по себе мир. И, кстати, благодаря такому объяснению все вдруг резко сходится. Это не "Шаровая молния" какая-то не такая, она, как и другие 5 романов Лю Цысиня - нормальная, а вот "Память о прошлом земли", живя по своим космическим законам, просто выпадает из контекста. И тогда все резко сходится. Мужик в скафандре за шкафом пропал, теория струн зазвучала.

    Всех с наступающим, друзья, всем любви и добра!

    Ваш КЧ

  2. majj-s
    Оценил книгу
    С точки зрения квантовой механики смерть является переходом от сильного наблюдателя к слабому наблюдателю а затем к отсутствию наблюдателя

    Строчка из "Починки стены" Роберта Фроста, которой озаглавила этот текст, кажется лучше выражает основную идею романа, чем "Неизбранная дорога", хотя герои "Шаровой молнии" постоянно вспоминают именно это стихотворение. Первое знакомство с китайским фантастом Лю Цысинем – «Задачу трех тел» полтора года назад, воспринимала как ярчайшее открытие примерно до половины книги. После восторги резко пошли на убыль и вторая половина показалась нуднейшим переливанием из пустого в порожнее. Оттого и продолжения той трилогии читать-слушать не стала. Анализируя сейчас причины тогдашнего разочарования, понимаю, что дело в отравленности постмодерном с его клиповым мышлением, открытыми финалами, притчеобразностью. Тем или иным способом к этому тяготеет вся культура современности, даже когда произведение маскируется под старую добрую историю с линейным сюжетом, подсознательно читатель ждет инверсии, которая выскочит чертом из табакерки, перевернув все с ног на голову.

    Лю Цысинь рассказывает свою (нелинейную) историю средствами консервативной повествовательной манеры, а поскольку научная составляющая достаточно непроста для восприятия массовым читателем, многократно возвращается к объяснению. Своего рода урок или лекция: а теперь вернемся и проверим, хорошо ли вы усвоили то, что я в прошлый раз объяснил? Отлично, можно двигаться дальше, но прежде закрепим тему повторением. Неспешность даоса, начинающего путь в тысячу ли первым шагом, в век мегаскоростей может показаться неуместной и раздражающей, но для избранной автором наукоемкости это единственно оптимальный способ изложения материала.

    Наукоемкость в литературе отличается от наукообразия тем, что первая терпеливо вкладывает в голову читателя понятие о вещах, о каких прежде не имел представления; как школьная форма или повседневная одежда, в которой изо дня в день грызешь черствый сухарь опыта. Второе ослепляет фейерверком разноцветных вспышек, о каждой из которых у читателя останется самое расплывчатое представление (если вообще какое-нибудь останется) разбрасывает радужный ворох ярких нарядов: красный, белый, голубой – выбирай себе любой, можешь примерить по очереди, а можешь взять что-то одно, но восхищенные взгляды встречных тебе обеспечены. Думаю, не нужно уточнять, что более привлекательно. Тот и другой подходы хороши, потому что расширяют горизонты, открывают сознание восприятию нового, что в противном случае прошло бы мимо. Из прочитанного в последнее время, яркие примеры науообразия книги Дукая и Збешковского. Наукоемкость в традициях каверинской «Открытой книги», гранинского «Зубра» и «Белых одежд» Дудинцева - Цысинь.

    Итак, когда и если вы готовы не только отправиться в Китай, соединяющий в себе древние традиции, конфуцианские трудолюбие, стремление к знаниям и образу достойного мужа; новейшие технологии и коммунизм с человеческим лицом. Не только услышать увлекательную историю утраты, любви и войны, окончательной утраты и неожиданного обретения. Но и получить представление о сложнейших понятиях из области квантовой физики – тогда за мной, мой читатель. Начало в равных долях соединяет тривиальность с необычностью. Во время празднования четырнадцатого дня рождения героя-рассказчика в тесном семейном кругу, в комнату влетает шаровая молния, за долю секунды испепелившая его мать и отца. Пережитый опыт психотравмы и сиротство определенным образом формируют его характер, направляя стремления к научным изысканиям, цель которых – постичь природу шаровой молнии, превратить ее из проводника непостижимой воли жестокого бога в инструмент в потенциально познаваемое явление. В идеале – поставить на службу человеку.

    Научная работа приводит его на гору Таймынь, где шаровые молнии появлялись чаще всего, сводит со многими интересными людьми, но безусловной жемчужиной в коллекции станет майор Линь Юнь (ну, вы ж понимаете, что все по-настоящему значимые и финансируемые проекты проходят по ведомству военных?) Прекрасная дочь генерала Линя четырехлетней потеряла мать, погибшую в ходе одного из инцидентов китайско-вьетнамской войны, командира подразделения связистов насмерть закусали шершни во время выполнения боевого задания. Линь Юнь, соединяющая в одном лице все возможные достоинства, выросла дочерью полка, как богиня войны обращается с любым оружием, блестящий молодой ученый. Наконец она просто красавица. Разумеется, герой покорен сразу и навек, хотя и понимает, что не ему соперничать в борьбе за сердце девушки с ее женихом, командиром головного эсминца китайского флота.

    Изыскания, меж тем, идут своим чередом, долгая полоса неудач, от которой опускаются руки и хочется все бросить, сменяется невероятным прорывом, когда к делу подключается гениальный физик, чья специализация ниспровержение незыблемых авторитетов и разрыв шаблонов мышления, Динг И. И это только начало основных событий. Роман невероятно интересный и написан так, что даже я, гуманитарий по складу ума, далекая от квантовой физики, как от планеты Сатурн, все поняла. Если вы имеете представление о коте Шредингера – вы тоже поймете, не сомневайтесь. Если нет, Лю Цысинь найдет способ объяснить. Огромный спектр поднимаемых тем; достаточно высокая событийная плотность; любезная мужским сердцам в большей степени, чем женским, тема войны, полигонов и оружия. Любезная женским сердцам более, чем мужским, романтическая линия – все это ориентирует роман на самую разную читательскую аудиторию. Исполнение Игоря Князева, как всегда превосходно, а музыкальные заставки, отбивающие границы частей книги, чистое эстетическое наслаждение.

  3. LBlack
    Оценил книгу

    Лю Цысинь теперь точно входит в число моих любимых авторов. Меня покоряет его фантазия и умение рассказчика. Его идеи просто завораживают, и при всем обилии научных примочек читается ясно-понятно, даже если с физикой и математикой на "вы" и шепотом".

    В этой книге автор решил пофантазировать на тему "что есть шаровая молния и с чем ее можно было бы скушать". Шаровая молния, надо сказать, явление не только не изученное в современном мире, но и не подтвержденное. Есть многочисленные свидетельства и даже какие-то фото и видео документы, но тем не менее, четкого доказательства ее существования нет. Поэтому не удивительно, что данное явление будоражит умы, заставляя выстраивать немыслимые теории, и, конечно же, этот бум не проходит стороной мимо писателей-фантастов. И то, что придумал Лю Цысинь, действительно интересно и прекрасно.

    Идеи, лежащие в основе книги, абсолютно и полностью покорили меня. Это реально круто и захватывающе, представляешь - и сердце замирает от грандиозности и масштабности этой теории. Макромиры, кванты, шикарные возможности для человечества, основанные отнюдь не на выходе в космос, а лишь благодаря открытиям здесь, на Земле... Как я уже сказала, фантазия автора невероятно продуктивна. За одно это я могла бы закинуть книгу в любимое.

    Но, к сожалению, с сюжетом особой любви у меня не случилось. Автор слишком сильно ударился в военно-боевую тематику, что было мне ну совершенно не интересно, поэтому местами читала книжку на автомате. Также не могу признаться в особой любви к персонажам, по-настоящему меня заинтересовал лишь китайский аналог Хокинга. А вот главгероиня наоборот раздражала, есть у Цысиня страсть к таким сложным сильным женщинам. Ну и финал: для автора несколько простоват, хоть и не без изюминки.

    Но все равно книга хороша. Очень надеюсь, что Лю Цысинь будет много и часто писать, и все его книги будут переводить, потому что хорошей НФ раз-два - и обчелся, ждешь не дождешься интересных новинок.

Цитаты из книги «Шаровая молния»

  1. . Возьми сложную задачу, мирового масштаба, такую, для которой требуются лист бумаги и карандаш, вроде проблемы Гольдбаха[1] или Великой теоремы Ферма[2], или вопрос чистой естественной философии, для которого карандаш и бумага вообще не нужны, например происхождение вселенной, после чего полностью погрузись в исследования. Думай только о том, как сажать и выращивать, а не о том, как пожинать плоды, и если ты абсолютно сосредоточишься, то не успеешь заметить, как пройдет вся жизнь. Вот что подразумевают люди, говоря о том, чтобы остепениться. Или возьми другую крайность, и пусть единственной целью в жизни для тебя будет зарабатывать деньги
    22 декабря 2019
  2. Идеалисты и циники жалеют друг друга, однако на самом деле и те и другие счастливы
    28 сентября 2019