Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Детство. Отрочество. Юность

Детство. Отрочество. Юность
Слушать
Читайте в приложениях:
Бесплатно
365 уже добавило
Оценка читателей
4.45

Удивительная, пронзительная и лиричная трилогия, в которую Лев Толстой вложил немало автобиографических мотивов.

Перед читателем день за днем проходит жизнь Николеньки Иртенева, мальчика из аристократической русской семьи, – детские игры, отношения с друзьями, первая влюбленность, смерть матери, нелепые и смешные ошибки первых шагов «в свете», представляющиеся в юности судьбоносными и трагическими. Герой трилогии взрослеет буквально на наших глазах – и мы невольно переживаем его радости и горести, победы и поражения как свои собственные.

Лучшие рецензии и отзывы
JewelJul
JewelJul
Оценка:
59

Что-то на этот раз Толстой слегка не торт.
Нет, он, конечно, как и прежде, как и в "Войне и мире" зрит вглубь людей, и ведь реально зрит, разделывает, можно сказать, под орех, всех окружающих персонажей, да и себя не щадит. Что-то давно меня так не раздражало от главного героя. Даже рецензию решила писать чуть попозже, чтобы отпустило, но не отпустило.

Главный герой, Николенька Иртеньев, альтер-эго самого автора, бесит пипец как. Извините. Я понимаю, юный изнеженный падаван, растет в дворянской семье, в основном с гувернером Карл Иванычем, маменькой и папенькой, братцем Володей и сестренкой Любочкой. Растет, значит, живет, закатывает истерики Карл Иванычу, закатывает истерики Володе (за случай с Володей, когда Николенька ему книги изорвал, я бы поколотила засранца, а ему ничего, папеньке выплакался, что его никто не любит, и норм). Живет. Влюбляется он в Катеньку. А потом в Софийку. А потом еще в кого-то. И влюбленности у него случаются по десяти раз на дню. Завидует Володе (Бедный Коля, он моложе, он завидует ну не Сереже, Володе (с)). Поступает в университет. Ненавидит нового гувернера-учителя. Потом не ненавидит, помирился. Из вот таких мелких животрепещущих вопросов состоит вся его жизнь. Жарили яблоки, жарили, и, представьте, нажарили (с).

В общем-то, книга представляет собой обычные такие, бытовые, зарисовки, и они, кстати, довольно интересны в плане устройства дворянского быта времен детства Толстого. Все было бы хорошо, если бы не одно но. НО. Бесконечный нудеж, то есть бесконечный психоанализ и невероятное самокопание доставляют. Толстой, очевидно, рефлексирует себя очень глубоко. Очень-очень глубоко. Даже слишком глубоко. До мельчайших подробностей, до наноподробностей даже. И так получается, что он делает упор на самых негативных чертах своего характера, которые мне, как человеку радикально другого склада характера, очень тяжело переносить даже на бумаге, а в жизни я б такого ребенка/подростка/юношу обходила бы за три версты. Нытье, нытье, сплошное нытье, как с ним Софья то жила?

Однако с другой стороны такой честный взгляд на себя (вглубь себя) требует огромной смелости, раз, и невероятного понимания и принятия человеческой натуры, два, так что Лев Николаевич вызвал на этот раз смешанные чувства, из-за которых невозможно объективно написать рецензию и оценить книгу. Все-таки талант. Не торт, но талант. Эх, колеблюсь я, аки маятник при землетрясении. Но что поделать, такая книга.

Читать полностью
Lihodey
Lihodey
Оценка:
46

Трилогию Льва Толстого, описывающую жизнь типичного отпрыска дворянского сословия начала 19 века Николая Иртеньева и, к сожалению, так и не вылившуюся в тетралогию, нельзя назвать автобиографической - слишком много расхождений с настоящей жизнью автора, но она несомненна автопсихологична. В трех повестях рассматривается период жизни молодого человека с 10 до 18 лет. Толстой фокусируется на определенных, значительных моментах жизни Николая Иртеньева: первая влюбленность, первая обида, впечатления от смерти матери, расставание с беззаботным детством, противопоставление себя окружающему миру, смена подростковых интересов и ценностей на "взрослые", поступление в университет, взаимодействие с людьми в абсолютно новой и непривычной среде, крах юношеской системы ценностей, потеря себя, нравственный срыв и раскаяние.

С первых страниц повести "Детство" поражаешься глубине проникновения в переживания и мысли главного героя, которые изображены так четко, что их источник - собственная память автора - сразу становится ясен. И в тоже время Толстой пытается в каких-то моментах сделать Николая Иртеньева универсальным героем книги о взрослении человека. Особенно это становится заметным в повестях "Отрочество" и "Юность". Очень органично выписан период переходного возраста подростка со всеми присущими ему завихами в поведении и психологическом развитии. Не менее правдоподобны и универсальны, в общем-то, для каждого человека, устремления и заблуждения юности Николая. Уверен, что читатель, не привыкший лгать самому себе, всенепременно найдет в образе Иртеньева и собственные, наиболее характерные черты взросления.

Нужно заметить, что в этой книге Лев Толстой проявился не только как тонкий психолог или мудрый философ, но и как блестящий художник. Книга насыщенна замечательно живыми описаниями природы, людей, событий, которые сразу западают в душу. Так видеть мир, а самое главное уметь свое видение так ладно переложить на бумагу в столь еще юном возрасте ( трилогия написана Толстым в возрасте 23-29 лет), способен только действительно настоящий гений литературы, коим является великий русский классик.

Читать полностью
Galoria
Galoria
Оценка:
42

Ни к одной книге я не подбиралась так долго, как к этой, хотя на полке она у меня стоит очень давно, со дня вручения ее мне в день вступления в пионеры (sic!) и имеет соответствующую дарственную надпись на обороте форзаца; более того, из разложенных на учительском столе книг я, воспользовавшись правом выбора, указала не нее сама – остальные были слишком пестрыми (”несерьезными“), и я специально выбрала ее слегка ”навырост“, но приступить к чтению не могла долго: сначала спотыкалась о фразы на немецком и французском (в книге есть перевод в сносках, но все равно было неудобно), потом что-то не складывалось и останавливало; и вот наконец я ее прочла, с интересом и удовольствием (даже несмотря на то, что язык Толстого из-за некоторых стилистических особенностей я недолюбливаю – что, впрочем, не мешает мне любить многие его произведения за точность психологической проработки героев).

* * *

Это автобиографическое произведение, написанное молодым Л.Н. Толстым в период с зимы 1850-51 по 1855 год; однако это прежде всего художественное произведение, и автобиографично оно в большей степени в описании душевного состояния героя, чем в событийной части, где есть расхождения с биографией. Книга была задумана в четырех частях, и финальная фраза третьей части – «Юности» – обещает продолжение, но четвертая часть тетралогии – «Молодость» – так и не была написана.

Толстой описывает переход главного героя, Николая Иртеньева, из детства в отрочество и затем в юность на фоне сентиментальной эпохи, когда мужчинам, и тем более молодым людям и мальчикам, еще было не зазорно рыдать и быстрые слезы по разным чувствительным поводам служили доказательством тонкой и восприимчивой организации души («Я продолжал плакать, и мысль, что слезы мои доказывают мою чувствительность, доставляла мне удовольствие и отраду» – из «Детства»), а к отношениям – в юношеской среде – предъявлялись абсолютные, свойственные этому возрасту максималистские требования: либо возвышенная, чистая и крепкая дружба, либо полная невозможность общения, третьего не дано. Время высоких стремлений, крайностей в оценках, идей самоусовершенствования (в морально-этическом отношении) и жажды воплощения идеала, – и неизбежных заблуждений на этом пути.
Все это отражалось на взрослении Николая, накладывалось на естественные для его возраста изменения в характере, сказывалось на его самооценке и в оценках происходящего вокруг, сбивало его с толку, но вместе с тем и удерживало от опасных крайностей.
Герой книги искренен и всегда предельно откровенен – в описании как своих страхов, так и надежд, в переживаниях о своей внешности, в описании и в моральных оценках тех или иных событий, участником или свидетелем которых он становился, – вначале незрелых и идеалистичных, но становящихся все более осмысленными по мере взросления.

Книга содержит также множество бытовых подробностей жизни того времени, которые позволяют ощутить дух описываемого времени, живой язык Толстого, не пропускающего малейший подробностей, создает ”эффект присутствия“, дает возможность практически почувствовать обстановку, в которой происходят описываемые события; местами эти подробности описаны так скрупулезно, что становятся утомительными (такими для меня оказались описания сборов на охоту и перед поездкой в «Детстве»), но в целом они, без сомнения, необходимы в этой книге не только как свидетельства времени, но и как элементы, создающие ”атмосферу“ происходящего и даже объясняющие то или иное душевное состояние героев.

— Знаете, отчего мы так сошлись с вами, … отчего я люблю вас больше, чем людей, с которыми больше знаком и с которыми у меня больше общего? … У вас есть удивительное, редкое качество – откровенность.
— Да, я всегда говорю именно те вещи, в которых мне стыдно признаться, — подтвердил я, — но только тем, в ком я уверен.

Одно из главных достоинств книги – проникновение в движения души героя, в его восприятие мира и окружающих его людей, его попытки понимания и объяснения происходящего и изменения этого понимания с течением времени или под влиянием новых событий; все это передано очень точно, и очень приятно оказаться в числе тех, в ком герой книги уверен, и которым поэтому доверяет во всех подробностях свои мысли и чувства.

Читать полностью
Лучшая цитата
Здесь, напротив, беспрестанно новые живописные места и предметы останавливают и развлекают мое внимание, а весенняя природа вселяет в душу отрадные чувства – довольства настоящим и светлой надежды на будущее.
1 В мои цитаты Удалить из цитат
Оглавление
Другие книги серии «Эксклюзив: Русская классика»