Отзывы на книги автора «Лев Данилкин»

Это первое мое знакомство с Данилкиным, если не считать его классных рецензий в старой «Афише» и того впечатления, которое он произвел на меня, как участник программы «Наблюдатель». В ней сотрудники Пушкинского его журили, как мальчика, прокравшегося в музей без билета, и вытащившего на свет не то, что следовало бы. Особенно кипела гневом Виктория Маркова – та самая дама, что нынче практически лицо Пушкинского, хотя как по мне, она довольно скучна и занудна. А он пытался быть вежливым (пусть и периодически возводя очи долу).

На этом фоне мне страшно захотелось почитать книгу. Как-то автор выглядел симпатичнее окружающих его персон. Знаете, такое – немного назло. И я почти сразу ее купила, потому что ждать электронной версии было как-то совсем невозможно.

Причем, не скажу, что меня как-то особенно вдохновляла фигура Ирины Антоновой. Этим летом читала ее воспоминания – восторга они точно не оставили, скорее ощущение того, что вот повезло человеку в сложное время попасть в нужное место и там прочно закрепиться. Мемуары не нарисовали ни хорошего искусствоведа, ни вообще профессионала. Скорее номенклатурного работника, эдакую «Маргариту Палну» из «Покровских ворот» (впрочем, спойлер, после книги Данилкина я мнение несколько поменяла).

Но меня всегда привлекала внутренняя жизнь самого музея. С детства живет где-то в подсознании мечта спрятаться за деревянным алтарем или рыцарскими доспехами в Итальянском дворике, и потом гулять но музею ночью, когда там никого нет. И где-то подсознательно я и от этой книги ждала своего рода «ночи в музее». Оправдалось ли это? Сразу скажу, что нет. Расстроило ли это меня? Тоже нет. Она другая и о другом, и пожалуй, такого я еще не читала.

Книга именно об Ирине Антоновой (далее – ИА для краткости), причем она напрочь лишена художественности в любом виде, так что хоть музей и является главной и основной точкой приложения сил ИА, но сам по себе он практически лишен внимания автора, как ни парадоксально это звучит.

Стоило ли читать этот кирпич? Однозначно! Пусть это и немного мазохистское удовольствие. Почему? Попробую пояснить.

Начнем с того, что книга написана довольно вычурным языком. Ни строчки в простоте (впрочем, такая манера повествования мне скорее понравилась, хотя термин «нарратив» можно использовать и пореже). Кроме того, она весьма хаотична. Это мозаика фрагментов, которую автор словно подбирает в процессе написания. От того много повторов, возвращения к одним и тем же событиям, размышлений, углов зрения. Подойдет ли сюда этот кусочек пазла? Вроде да, или может лучше сюда?

Иногда собственно биография, как описание пути из точки А в точку В, несколько теряется за всеми этими уточнениями, отступлениями и наслоениями, и местами в книге становится больше Данилкина, чем Антоновой.

Но это все было про формальные вещи. А надо бы уже к сути.

Каждая глава начинается с описания одной из картин (плюс ужасного качества репродукция) чаще Пушкинского, но не обязательно (однако так или иначе с Пушкинским соприкоснувшаяся). Подразумевается, что картина дает некую отсылку, намек или отправную точку для дальнейшего повествования, однако будем справедливы – удачно получается это от силы в половине случаев. В остальных – это приятная красивость, такое дорогое, но плохо пришитое кружево, не более (хотя про картины у Данилкина получается очень неплохо, как и про остальное, впрочем).

Дальше следует экскурс в биографию ИА, поначалу вроде бы хронологический, но каждый раз прерываемый перескоками из 20-го века в 21-й, массой сносок (порой на полстраницы), лирическими (точнее еще более документальными) отступлениями, порой с интригующим (если не сказать скандальным) подтекстом (например, обсуждение коллекции Дрезденского музея или вопроса насколько Антонова была вампир) и возвращениями к основному тексту. Большей частью все сказанное в сносках (особенно, когда слушаешь аудиоверсию в начитке автора – отличной, кстати!), вполне вписалось бы в повествование, и в выделении кусков текста мелким шрифтом никакого смысла я не узрела. Но автору виднее, конечно.

Пожалуй, это первая в моей практике биография, в которой личность главного героя ограничена (и воспринимается это вполне естественно) почти исключительно его работой. Да, Антонова была директором примерно полвека, так что рассказать есть о чем. Иные столько и не живут, не то что работают - она перестала быть директором в 91 год (!!!), и из книги явно следует, что вполне могла бы проработать и до 100, если бы не увольнение, а потом ковид. Кстати, я оценила насколько аккуратен и тактичен Данилкин был во всем, что касалось ее личной, не связанной с музеем, жизни. Минимум общих сведений о семье, как некоторой исходной точке, но не более. И здесь можно только аплодировать. Мало кому удается удержаться на этой грани и не использовать желтый маркер, составляя биографию.

Так что книга почти исключительно о жизни общественной и том, как в этой жизни реализовывалась, сверкала и бронзовела личность ИА. Я бы сказала, что для биографии сам такой подход - это уже довольно смелый выбор.

Мечтой ИА было преобразовать Пушкинский в музей, не менее значимый, чем Эрмитаж, музей мирового уровня, музей, в который будут приезжать туристы изо всех стран.  Отсюда вечное соперничество с Эрмитажем и его директором (о династии Пиотровских с легкой неприязнью), бесконечные переговоры и контакты, результатом которых были значимые выставки в Пушкинском (например, именно Антонова добилась того, чтобы показать в Пушкинском Джоконду, именно ее идеей были Декабрьские вечера, именно она пыталась показывать ставший модным авангард) и ряд произведений, которыми пополнялся музей. Но были и неудачи. И вечная борьба за «сохранить и преумножить».

Совершенно трагична на мой взгляд история передачи коллекции Дрезденской галереи Германии, которая одна уже делала музей. И передача которой обратно стране, уничтожившей и укравшей огромное количество наших шедевров, абсолютно аморальна с позиции нормального человека. ИА пыталась сберечь ее всеми силами. Увы. Чертова горбачевщина.

Не самая простая история с золотом Шлимана, к которой тоже подбирались со всех сторон. И лучше бы, конечно, отдали ее, чем Дрезденскую. Но тут сыграло слово «золото».

При этом ИА на протяжении всей своей деятельности постоянно вынуждена была взвешивать: насколько рискованна модная выставка? Что можно позволить себе в Пушкинском, а что нельзя? Как выиграть очередной раунд у Эрмитажа? Как заполучить для музея те или иные работы? В ход шло все: обаяние, власть, интриги, дружеские связи. И при этом она осталась (со слов Данилкина, но сомнений это не вызывает) абсолютно честным, неподкупным и некоррумпированным человеком.

Поначалу кажется, что автор не испытывает никакого пиетета перед своей героиней, и разбирает ее деятельность и личность с интересом ученого, расчленяющего скелет динозавра. Но чем дальше, чем больше он проникается масштабом ее личности (и тоже самое вслед за ним делает и читатель), тем больше человеческого видит в грандиозной фигуре. Более того, после последних (очень трогательных и нежных) страниц мне хахотелось еще раз вернуться в начало. И нет, я таки ошибалась насчет пиетета. С первых страниц Данилкин проявляет массу такта и уважения, просто манера изложения настраивает на несколько ироничный лад.

На мой взгляд, книга более чем удалась. Это грандиозное исследование профессии, власти и силы личности. Читается медленно, но определенно стоит того. Однако, при всем при этом, полагаю, что она из тех книг, у которых вряд ли будет много читателей.

Кому бы я ее рекомендовала, кроме людей, которых привлекает личность ИА?

• Интересующимся музейными интригами и устройством отрасли на уровне крупнейших музеев. Причем не столько изнутри, сколько с точки зрения сверху.

• Тем, кто любит серьезные умные и хорошо написанные исследования аспектов профессиональной жизни.

• Тем, кому импонирует стиль Данилкина. Я, например, точно теперь прочту у него что-нибудь еще. Да и «Палаццо», пожалуй, фрагментами перечитаю.

Из мелких минусов.

Как ни странно, у книги нет оглавления. Не очень удобно.

Не могу не пожаловаться на то, что плохие черно-белые копии картин – не дают вообще никакого представления о живописи. Понятно, что все можно посмотреть в интернете, но уж лучше бы добавили рублей 200 к цене и сделали хорошие цветные вкладки.

Ну и шрифт. Хотелось бы покрупнее, особенно с учетом кучи сносок, где совсем все мелко. Но тогда вышло бы страниц 800, наверное.

Впервые взялся за работу Льва Данилкина, ранее то откладывал знакомство, то недостаточно был заинтересован темой. На этот раз решился и ни разу не пожалел: Лев Данилкин не только влюбляет в героиню, но и заряжает настоящей жаждой большого искусства, желанием если не скорее бежать в музей, то хотя бы начать усердно гуглить дополнительную информацию.

Огромный плюс этой книги — нетривиальная оптика автора, вместе с которым читатель видит Ирину Антонову, великого искусствоведа и бессменного директора Пушкинского музея, сквозь истории 38 предметов искусства, или являющихся частью постоянной экспозиции музея, или показываемых в нём временно в различные периоды. Истории эти не только с особым юмором и теплотой переплетены с главными вехами судьбы Ирины Антоновой, но и сами сплошь порождение пытливого зрителя, за каждой стоит работа Данилкина-исследователя, не только мастерского биографа, но и первоклассного посетителя Пушкинского музея.

Книга привлекательна и тем, что в её главах Ирина Антонова не бронзовеет и не мифологизируется, не обращается в сказочного титана, однажды сошедшего к вратам Пушкинского и через более полувека ушедшего из него навсегда. Вовсе нет: автор знакомит с обстоятельствами, из-за которых ИА сумела не только закрепиться в должности директора большого музея, но и со временем сделать его одним из ведущих не только в стране, но и в мире (путь этот очень непрост и увлекателен). Лев Данилкин изображает свою героиню мудрой талантливой женщиной, множество раз сталкивающейся с вызовами государственного масштаба, ошибавшейся, попадавшей в неприятности, но раз за разом выходившей из любого положения с гордо поднятой головой. Для меня после этого чтения она кажется уникальным человеком, не только получившим правильное образование, но и вовремя сумевшим свои навыки применить. Да, не обходилось без везения, но фортуна, как мы знаем, любит победителей: а ИА была как раз такой. Во всём исследовании звучат голоса людей, знавших её, работавших рядом и заслуженно уважавших как первоклассного менеджера и большого специалиста. Пожалуй, не лишним будет прочесть эту работу каждому управленцу, желающему обучиться не только запускать процессы, но и вести их от начала до конца, брать на себя ответственность и справляться с возложенными обязательствами.

Заслуг героини не перечесть, но гораздо интимнее кажется собственно галерея работ, которыми Лев Данилкин попытался для читателей преподнести ИА: среди них я сам встретил множество знаменитых полотен, которые видел своими глазами или теперь неукоснительно мечтаю увидеть. Провёл часы в википедии, а это, наверно, самая важная заслуга хорошей биографии. Вышел прекрасный учебник по истории Пушкинского музея и одновременно ода его ценнейшему сотруднику, обучившему целое поколение музейных управленцев и навсегда изменившей статус этого музея в мире.