Глава 6

Беатрис

«Trouble» — Natalia Kills

— Иду! — крикнула я, бросаясь к двери и наспех смывая маску с лица.

Почему кто-то обязательно появляется именно в самый неподходящий момент? Я заглянула в глазок и увидела ухмыляющегося Рубена. Он наклонился и показал своё глазное яблоко крупным планом, словно это было самое остроумное, что только можно придумать. Я не смогла удержаться и улыбнулась, открывая дверь.

— С днём рождения, девочка! — сказал он, протягивая мне огромный букет и охапку воздушных шаров.

— Спасибо, Рубен. Ты не должен был... — я поставила цветы на столик и потянулась обнять его.

— Эм... вообще-то это не от меня, — с озорной улыбкой ответил он, доставая из кармана подарочную карту в мою любимую кофейню. — Я всего лишь курьер.

— Эй, это моё любимое место! Спасибо! — я снова обняла его, надеясь, что он не чувствует себя неловко.

— И кто же твой тайный поклонник? — прищурился Рубен, оглядывая цветы и шарики. Потом заметил открытку, и, подняв брови, с намёком на ухмылку начал ими играть, будто подталкивая меня прочитать её вслух.

— Что? — я прищурилась.

— Ты ведь получаешь подарки и записки не впервые. Кто-то явно неравнодушен, — сказал он, беря открытку и бросая на меня взгляд, полный предвкушения.

Я нахмурилась, осознав, что Рубен прав. В последние дни в моей жизни царил такой хаос, что я просто перестала замечать подобные мелочи.

— Открой, — попросил он, не скрывая любопытства.

Я аккуратно вскрыла конверт, достала небольшую открытку и прочитала короткую записку: «Думаю о тебе в твой особенный день».

— Миссис Джонс сказала, что у тебя появился новый друг, — подмигнул Рубен, на лице играла хитрая улыбка. — Это от него?

Я закатила глаза и вздохнула:

— Нет, конечно. Ты же знаешь, как она любит всё преувеличивать.

Я перевернула открытку, надеясь найти хоть какую-то зацепку — имя, подпись, хоть что-то. Но она была совершенно пустой. К тому же тот «друг», о котором упомянула миссис Джонс, даже не знал, что у меня сегодня день рождения.

— Скорее всего, это от клиента, — сказала я, стараясь убедить себя. Но, пролистывая стопку писем, вдруг ощутила лёгкий холодок тревоги.

— Кстати, о клиентах, — продолжил Рубен, переходя на деловой, но всё же шутливый тон. — Я ведь ещё числюсь в их числе? Мы же собирались устроить семейную фотосъёмку на праздники. Зная, как быстро у тебя всё разбирают, я бы хотел записаться заранее.

— Конечно, — ответила я с улыбкой, стараясь вернуть голосу обычное звучание. — Запишу вас на семейную съёмку.

— Так, какие у тебя планы на вечер? — неожиданно серьёзным тоном спросил он. — Только не говори, что собираешься провести день рождения дома.

Резкая смена его настроения заставила меня закатить глаза:

— Да, я не собираюсь сидеть дома. Думаю, Клара уже в пути. Не мог бы ты впустить её наверх, когда она приедет?

— Будет сделано, — кивнул Рубен. — Ну, постарайся повеселиться... но не слишком.

Когда дверь за ним закрылась, я вздохнула и обвела взглядом стол, заваленный конвертами. Начала разбирать почту, и взгляд сразу зацепился за четыре письма без обратного адреса и большой конверт, который Рубен принёс мне несколько дней назад.

На каждом из писем были напечатаны моё имя и адрес. Первое было датировано двумя неделями после того, как я уехала к родителям. Руки задрожали, когда я вскрыла его. Внутри лежал лист с короткой фразой: «Куда ты уехала?» Второе письмо пришло месяц спустя: «Наслаждайся отдыхом, пока можешь». А третье было отправлено всего месяц назад: «Я найду тебя, Беатрис!»

Моё дыхание сбилось. Руки дрожали так сильно, что я едва смогла вскрыть последний конверт. Внутри было лишь одно короткое предложение: «Твои родители не смогут тебя защитить. У нас с тобой незаконченное дело».

Записка выскользнула из моих пальцев. Я вцепилась в край кухонного острова, пытаясь удержаться на ногах, будто земля подо мной вот-вот провалится. В тишине вдруг раздался громкий стук в дверь — я вздрогнула так сильно, что сердце забилось в груди, словно готовое вырваться наружу. Схватив сумочку, я судорожно достала из неё перочинный нож.

— Беа! Открой, это Клара!

Волна облегчения накрыла меня с головой. Я бросилась к двери и распахнула её.

— С днём...

Я не дала ей договорить — просто обняла её, прижимая к себе.

— Беа, я не могу дышать! — засмеялась Клара, но, едва отстранившись, заметила мой вид. В её глазах мелькнула тревога. — Что случилось? Ты вся бледная.

Я оглянулась по сторонам, убедившись, что в коридоре никого нет, и потянула её внутрь.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — мой голос предательски дрожал.

Клара нахмурилась, ожидая продолжения.

— Я... уже некоторое время получаю странные записки и... подарки, — произнесла я наконец.

Я протянула ей письма. Она взяла их, молча просматривая одно за другим, и с каждой строкой выражение её лица становилось всё мрачнее.

— Ту розу прислали в тот вечер, когда мы были на мероприятии быстрых свиданий, — сказала я, указывая на увядший цветок, одиноко лежащий на кухонном острове. — А эти цветы и шарики пришли сегодня.

Клара бросила взгляд на букет, потом снова перевела глаза на меня.

— И вот ещё кое-что, — добавила я, беря в руки большой нераспечатанный конверт.

— Давай откроем, — не выдержала Клара и, выхватив конверт, с силой разорвала его.

На пол посыпались фотографии. Я наклонилась, чтобы их собрать, и сердце болезненно сжалось. Чёрно-белые снимки... все до одной — мои. Снятые в разные моменты: на улице, возле дома, даже на работе.

Мир вокруг будто сжался, и я услышала собственное дыхание: тяжёлое, неровное, словно доносящееся издалека.

— Что это, чёрт возьми, такое? — Клара заглянула мне через плечо. Её голос дрожал от шока и тревоги.

Я почти не слышала её — только гулкое биение сердца, отдающееся в висках.

— Ты же не думаешь, что это тот парень, который... — начала Клара, но договорить не успела.

В этот момент зазвонил телефон, и я вздрогнула, будто от выстрела. Снова взглянув на Клару, я тихо ответила на её незаконченный вопрос:

— Его так и не поймали. Помнишь?

— Ты рассказала родителям? — спросила она, и в её голосе звучал страх, который я сама пыталась скрыть.

— Ты шутишь? Именно поэтому они и хотят, чтобы я вышла замуж за этого нелепого Паоло! Если я покажу им это, они заставят меня выйти за него сегодня же! — воскликнула я, чувствуя, как паника подступает к горлу.

— Спокойно. Сделай глубокий вдох, Беа, — мягко сказала Клара и сама продемонстрировала: вдох, выдох, будто надеялась, что я последую её примеру. — А как же полиция?

Я покачала головой:

— Что хорошего они сделали в прошлый раз? Не думаю, что это их вина — просто у них не было никаких улик, ни одной зацепки. Они даже не знали, кто на меня напал.

Снова зазвонил телефон. На экране высветилось имя Карла. Я глубоко вдохнула и ответила, стараясь, чтобы в голосе не прозвучала паника.

— С днём рождения, Беа! — из динамика послышались радостные голоса Карлы и Луны. Я вздрогнула, не ожидая такого контраста после всего, что произошло.

— Тащи свою задницу сюда, Беа! — закричала Луна. — Я знаю, ты всё ещё злишься на родителей и не хочешь видеть Паоло, но они всё ещё твои родители. Они скучают по тебе и хотят тебя увидеть в твой день рождения!

— А что мешает им приехать сюда? — вмешалась Клара, мгновенно встав на мою защиту.

Я улыбнулась ей с благодарностью. После того, что я только что обнаружила, мне и правда хотелось увидеть родителей. Я знала, что не смогу рассказать им о происходящем, но их присутствие, возможно, помогло бы мне хоть немного успокоиться.

— Я приеду, но ненадолго, — сказала я, стараясь говорить уверенно.

— Хорошо, тогда до скорой встречи, — ответила Карла и повесила трубку.

Мы поспешно собрались и выскочили в коридор. Я попыталась аккуратно прикрыть дверь, но, как всегда, у миссис Джонс был слух, как у летучей мыши. Стоило мне обернуться, чтобы подтолкнуть Клару вперёд, как дверь распахнулась настежь.

— О, вот ты где, Беа! — воскликнула миссис Джонс. Я едва сдержала стон раздражения. — Здравствуй, Клара. Давненько не виделись. Как ты?

— Всё хорошо, миссис Джонс. А вы? — ответила Клара, стараясь звучать спокойно.

— Не жалуюсь, хотя мой радикулит снова даёт о себе знать. Наверное, из-за перемены погоды, — вздохнула она, а затем повернулась ко мне. — Беа, я не видела тебя с тех пор, как у тебя был тот красавчик. — Миссис Джонс многозначительно подмигнула, и я заметила, как Клара с интересом посмотрела на меня.

— Да, я просто была занята, пыталась вернуться к обычной жизни. К тому же у меня было несколько съёмок, так что... — я мягко подтолкнула Клару, призывая её идти дальше.

— А как Габриэль? — не унималась миссис Джонс. — Он что-то давно не заходил. Скажи, что ты его не прогнала, дорогая.

Я стиснула зубы, стараясь не взорваться, но она всё говорила и говорила:

— Он показался мне таким милым. В ту ночь он так заботился о тебе и потом ещё какое-то время оставался после того, как вы вошли в квартиру.

В этот момент мне потребовалось всё самообладание, чтобы не сказать лишнего. Никогда прежде я не испытывала такого сильного желания ударить пожилого человека.

— Знаю, как трудно снова доверять чувствам после разбитого сердца, — произнесла миссис Джонс с видом всезнающей мудрости. — Но если я и усвоила что-то за свои семьдесят три года, так это то, что любовь всегда стоит риска. Поверь мне, дорогая.

Я натянуто улыбнулась, стараясь скрыть раздражение:

— Я буду иметь это в виду. Спасибо, миссис Джонс, но нам правда пора.

— О, конечно, вижу, ты вся при параде. Сегодня ведь твой день рождения, не так ли? Собираешься как следует повеселиться? — спросила она, оценивающе глядя на нас.

— Да, — ответила Клара с лёгкой улыбкой.

— Ах, помню, как мы с подругами зажигали в молодости! — оживилась миссис Джонс. — Напивались до беспамятства, не помнили, как добрались домой, а иногда и просыпались рядом с симпатичным незнакомцем. — Она звонко рассмеялась. — В общем, веселитесь и берегите себя, девочки.

С этими словами она наконец скрылась за своей дверью.

— Так когда ты собиралась рассказать мне, что у тебя был в гостях Габриэль? — с укором произнесла Клара, щёлкнув языком, пока мы заходили в лифт.

— Это не то, что ты подумала, — быстро ответила я. — Он просто подвёз меня после того ужина, когда я пыталась объяснить родителям, что не собираюсь соглашаться на их условия. И, конечно же, миссис Джонс не упустила шанс познакомиться и рассказать ему всю историю моих неудачных отношений. С тех пор я с ним не общалась. Так что не смотри на меня так, ладно?

— Будь осторожна с ним. Я слышала, что Габриэля арестовывали за наркотики и другие мелкие правонарушения. Он сидел в тюрьме, Беа!

— Сидел? — удивлённо переспросила я.

Клара кивнула:

— Помнишь то двойное свидание с Карлой и Лукой, перед тем как он бросил её, как последний придурок? Так вот, Лука тогда особо не распространялся, но сказал, что Габриэль чуть не забил кого-то до смерти. Его посадили. Благодаря фамилии отделался восемнадцатью месяцами. Ему было всего девятнадцать. Но, видимо, после тюрьмы он сумел взять себя в руки: поступил в Колумбийский университет вместе с Лукой и вроде бы исправился.

Я переваривала услышанное, чувствуя, как холодное осознание ползёт по спине. Оказалось, я понятия не имела, кто он на самом деле. И теперь, зная хоть немного, я ясно понимала: с ним нужно держать дистанцию.

— Ну, учитывая, что я его терпеть не могу, можешь не волноваться, — сказала я. — Кстати, о Луке. Что, по-твоему, случилось? Мне казалось, он всерьёз увлёкся Карлой.

Клара фыркнула:

— Очередной испарился, как дым. Чёртовы мужики.

— ¡Bea, qué hermosa te ves! (Беа, как же ты прекрасно выглядишь!) — воскликнул Рубен из-за своего стола, приветливо улыбаясь.

— Спасибо, Рубен, — ответила я.

— Веселитесь и будьте осторожны, — добавил он, подмигнув.

∞∞∞

Когда мы подъехали к дому моих родителей, я прищурилась и заметила у входа роскошный итальянский автомобиль.

— Что он здесь делает? — спросила я, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Сомневаюсь, что это просто совпадение.

— Кто? — насторожилась Клара.

— Габриэль, — ответила я, выходя из внедорожника.

— Ты уверена, что это его машина?

— Уверена, — кивнула я, бросив ещё один взгляд на блестящий кузов.