Глава 8

«Хорошее решение — результат опыта. А опыт — результат плохих решений».

Уолтер Ристон

Беатрис

«Bury a Friend» — Billie Eilish

— Клара! — выдохнула я, задыхаясь от смущения и пытаясь поспешно спрятать подарок обратно в крошечную коробку. Я едва успела подержать его в руках, прежде чем поняла, что это такое. Оглядев ресторан, я отчаянно надеялась, что никто вокруг ничего не заметил.

— Что? — Клара ухмыльнулась.

— Зачем ты мне это купила? — прошептала я, тщетно пытаясь закрыть коробку крышкой.

Она рассмеялась и потянулась отобрать её, но я прижала подарок к себе, словно от этого зависела моя жизнь. Тут Луна ловко выхватила коробку с другой стороны.

— Луна, не надо!

— А что такого, Беа? — спросила она и, вместе с Кларой, распаковала подарок. Луна приподняла кусочек ткани.

— Это просто нижнее бельё, блин! — заявила Карла, делая глоток мохито.

— Нет, дурочка, — хмыкнула Луна. — Это вибрирующие трусики. Смотри: вот сюда вставляется эта штуковина, а к ним идёт пульт. А, вот он! — Она нажала на кнопку, и в воздухе раздалось тихое электронное жужжание.

— Да ладно! Они и правда работают? — Карла выхватила их из рук Луны. — О, я хочу такие!

— Купи себе свои. Это подарок для Беа, — осадила их Клара.

— Девчонки, уберите это! Люди пялятся, — прошептала я, чувствуя, как пылают щёки.

— Кого это волнует? — отмахнулась Луна. — По крайней мере, теперь все знают, что мы носим нижнее бельё. В наше время никогда не знаешь наверняка.

— Учитывая наше везение, кто-то обязательно сделает фото и отправит его отцу, — пробормотала я, отпивая глоток «Тома Коллинза». — И тогда nonno (дед) получит тот самый повод, которого так долго ждал, чтобы меня прикончить.

После третьего стакана я уже чувствовала, как алкоголь приятно кружит голову.

— Так ты действительно собираешься выйти замуж за Габриэля Барроне? — спросила Клара.

— Нет, мы просто... «встречаемся», если это вообще можно так назвать. Папа уверен, что семья, которая нам угрожает, отступит, узнав, насколько влиятельны Барроне. Они ведь постоянно мелькают в новостях: то на благотворительных приёмах, то с репортажами о своей сети отелей. А та семья, что охотится на моего отца, не рискнёт привлекать к себе внимание. Ведь мафии же не существует, верно?

— Но ведь все знают, что Барроне тоже связаны с мафией, — заметила Луна, потягивая «Космо».

— У них достаточно денег, чтобы это скрыть.

В этот момент зазвонил телефон Карлы.

— Это папа, — сказала она.

— Видишь? Кто-то уже успел отправить ему фото, где я держу те самые трусики! — рассмеялась я.

— Нет, он просто спрашивает, в какой клуб мы собираемся, — ответила Карла, набирая сообщение. Но Клара быстро накрыла её руку ладонью.

— Ты ведь не собираешься всерьёз сказать ему, куда мы идём?

— А почему бы и нет? — удивилась Карла.

— А зачем ему это знать? С нами Карло и ещё один парень… не помню, как его зовут, — Клара подняла брови и посмотрела на Карлу, давая понять, что рассказывать всё вовсе не обязательно. — Мы собираемся пройтись по нескольким клубам, а не застревать в одном месте.

— Тогда я просто скажу ему про первый клуб, чтобы не чувствовать себя виноватой за то, что умолчала, — ответила Карла и отправила сообщение отцу. Луна закатила глаза.

— Ладно, пошли. Но сначала ты наденешь это, дорогуша! — Клара схватила меня за руку, прихватила коробку и потащила через весь ресторан.

— Что? Ни за что!

— Почему бы и нет? Сегодня твой день рождения, Беа. Ты заслуживаешь немного веселья и удовольствия. И самое приятное — тебе не нужен мужчина, чтобы чувствовать себя хорошо. К тому же никто об этом не узнает.

Я стояла в кабинке туалета, глядя на трусики в руках и размышляя о своей жизни. Вокруг — полный хаос, а я думаю о каком-то вибрирующем белье. Клара права: пора хоть немного повеселиться. Я заслуживаю этого.

— Ладно, я готова, — сказала я, выходя из кабинки.

Клара прищурилась, нажала кнопку на маленьком пульте — и внезапный толчок между ног заставил меня вздрогнуть. Я едва не задохнулась от неожиданности.

Клара довольно усмехнулась:

— Просто хотела убедиться.

— Я возьму это, — сказала я и выхватила пульт из её рук. После этого мы направились к машине.

∞∞∞

Первый клуб, куда мы отправились, оказался отличной разминкой: по рюмочке для настроения, немного танцев, и уже хотелось продолжения.

Во втором клубе началось настоящее веселье. Там стоял механический бык, и я умудрилась продержаться на нём дольше всех. Толпа аплодировала, подруги визжали от восторга, а я чувствовала себя чемпионкой. В каждом месте мы знакомились с новыми, приятными людьми, и многие с радостью присоединялись к нашему празднику. Некоторые из них пошли с нами дальше — сначала в третий, а потом и в четвёртый клуб под названием «Third Rail».

Танцы были безумно весёлыми! Я уже и не помнила имени парня, с которым крутилась на танцполе, да, кажется, и он моего не знал. Это только добавляло нам веселья. Музыка гремела, задавая бешеный ритм, и вскоре я поняла, что срочно нужно в туалет.

Я дёрнула парня за плечо и закричала, перекрикивая музыку:

— Мне надо в туалет!

— Что?

— Пи-пи! Я сейчас описаюсь! — выкрикнула я, едва сдерживая смех.

Он рассмеялся, запрокинув голову:

— Так на тебе же нет штанов!

Я опустила взгляд на своё короткое платье и прыснула от смеха:

— А куда они делись?

Он пожал плечами, и я, спотыкаясь, направилась к уборной.

— А-а-а-а! — простонала я с облегчением, когда наконец смогла справить нужду.

Я достала телефон и, чтобы лучше видеть, прикрыла один глаз. Всё вокруг расплывалось. Пролистывая список контактов, я наткнулась на незнакомое имя. Прищурилась, пытаясь понять, не мерещится ли мне это, и, убедившись, что не знаю никого по имени «Ликалотофпус», озадаченно замерла. В этот момент телефон завибрировал — пришло сообщение от того же контакта.

Л: Где ты, чёрт возьми, находишься?

Я: Кто это?

Л: Хватит придуриваться! Ты же знаешь, что это я.

Я: Не знаю никаких «я».

Л: Это Габ.

Я: Что? Кап-кап-кап...

Л: Понятно, ты уже успела надраться.

Я: Ага. И где-то потеряла свои штаны.

Л: Ты имеешь в виду трусики. Класс!

Я: Нет, они всё ещё тут, под ногами.

Л: ГДЕ ТЫ?!?!?

Я: Нааааайди меняяяяя...

Я добавила кучу детективных эмодзи. Через несколько секунд телефон зазвонил — я подпрыгнула от неожиданности и уронила его на пол. Подняв, поставила на держатель для туалетной бумаги и направилась к раковине, чтобы вымыть руки. Звонок не прекращался.

— Хорошо, иду! Подожди! — крикнула я.

— Привееет?

— Скажи мне, где ты, мать твою! Сейчас же, Беатрис!

— Сегодня мой день рождения, так что перестань орать! Я в коридоре, — сказала я, выходя из уборной.

Я услышала, как Габриэль ругался с кем-то по другую сторону телефона, а потом резко выкрикнул:

— Найдите её немедленно!

— «Он бегун, он звезда лёгкой атлетики. Он убежит, когда станет трудно…» — пропела я, качаясь, будто на волнах. — Да, я часто пела эту песню после ухода Лео. Но теперь мне не грустно. Совсем нет. Сегодня у меня новая песня — «Мне всё равно». Знаешь такую?

Я начала напевать, пошатываясь от выпитого.

— Я уже пытался выяснить, где она, но она чертовски пьяна и несёт какую-то ахинею! — услышала я раздражённый голос Габриэля.

— Нет, нет, нет, всё не так! — я покачала головой. — Послушай: «Даже если звёзды и луна столкнутся, я никогда не захочу, чтобы ты возвращался в мою жизнь. Можешь забрать обратно свои слова и всю свою ложь. О-о-о! Мне правда всё равно!» Чёрт, а у меня ведь хороший голос, не так ли? Мне нужно пить чаще — мой голос звучит просто потрясающе!

— Беатрис, послушай, скажи мне, как называется клуб, в котором ты сейчас находишься.

— Подожди, здесь слишком темно, я тебя плохо слышу. Выйду на улицу — там будет лучше...

— Нет, нет! Не выходи! Оставайся внутри! Где твои сёстры?

Я огляделась, пытаясь сфокусировать взгляд:

— Луна с кем-то целуется, Карла спит в кабинке, а Клара сидит на каком-то парне, — сообщила я, стараясь не рассмеяться.

— Чёрт побери! Просто скажи, где ты! — взорвался Габриэль прямо мне в ухо.

— Подожди, здесь слишком темно, я тебя плохо слышу. Дай я выйду на улицу, — сказала я и тут же направилась к выходу, полностью игнорируя его предупреждения. — Вот я и вышла, — произнесла я, прищурившись на уличный свет. — Жаль, что ты не очень хороший слушатель. И ещё жаль, что ты вызываешь у меня… сексуальное влечение, — пробормотала я, едва соображая, что говорю.

— Как бы мне ни хотелось использовать это против тебя, ты просто не понимаешь, что сейчас несёшь, — раздражённо ответил Габриэль.

В этот момент ко мне подошёл знакомый парень, и я, наконец, вспомнила его лицо.

— Эй, вот и ты, красавица. Я уж думал, ты заблудилась, — сказал он, протягивая мне напиток.

— Эй, я тебя знаю! — радостно объявила я в телефон. — Я точно знаю этого парня!

Я не заметила, как голос Габриэля стал резче, почти паническим:

— Кто это, Беатрис? — прорычал он в трубку.

— Вот, держи, — продолжал парень, подавая мне стакан. — Я принёс тебе ещё выпить. Пей до дна.

— Ничего не пей, Беатрис! — закричал Габриэль.

Но было уже поздно. Я залпом осушила стакан.

— Слишком поздно, — хихикнула я, чувствуя, как всё вокруг начинает плыть. — Спасибо, я как раз хотела пить.

— Найдите её немедленно, мать вашу, или я пущу вам пулю в лоб! — прогремел новый всплеск ярости Габриэля на другом конце линии.

Парень наклонился ко мне, сжал мои щёки в ладонях и прошептал:

— Эй, твоя сестра плохо себя чувствует. Может, отвезём вас куда-нибудь в спокойное место? Ей нужно отдохнуть.

— О, как мило с твоей стороны, — пробурчала я, слегка качаясь. — Мне просто нужно… поговорить с… Ого! Пол двигается!

— Понял. Она в «Third Rail». Мы в квартале отсюда, — донёсся через телефон другой голос.

— Беатрис, никуда не уходи! Я иду. Ты меня слышишь? Не смей, блядь, уходить! — голос Габриэля становился всё громче и злее.

Симпатичный парень сжал мою руку и спросил:

— С кем ты разговариваешь?

— А? О, это просто… эээ… Немо. Нет, подожди, Иго… Мико! — я запуталась, пытаясь сосредоточиться. — Ага, точно! Определённо Репо!

— Дай мне телефон, — сказал он мягко, но настойчиво, прикрывая мою руку своей. — Я поговорю с ним ради тебя.

— Мать твою… — голос в моём ухе оборвался; связь прервалась.

Голова закружилась сильнее, зрение сузилось по краям, и я изо всех сил боролась, чтобы не закрыть глаза.

— Она быстро соображает, — произнёс один из мужчин рядом, словно обсуждая что-то постороннее. — Пойдёшь и возьмёшь другую, пока остальные не заметили.

— Здоровяк постоянно ходит вокруг них, — отозвался другой голос сзади.

— Иди, позаботься о нём, — бросил первый, и в груди защемило от тревоги.

— Подожди, — пробормотала я, пытаясь пошевелиться, но ноги будто приросли к полу. Я с усилием переставила ногу — чуть не упала, но чьи-то сильные руки прижали меня к стене.

— Ш-ш-ш… Всё будет в порядке. Мы с тобой отлично повеселимся. Сегодня ты прокатишься на мне, как на том механическом быке, милая, — отозвался чей-то хриплый голос.

Я попыталась оттолкнуть его лицо, но не смогла даже поднять руки.

Почему я не могу пошевелиться? Паника сжала грудь ледяным кольцом.

— Привет, Беа. Вот ты где. Ты в порядке? Почему она так выглядит? — голос Клары принес облегчение, но страх не отступал.

— Она немного перебрала с выпивкой. Не волнуйся, она со мной.

— Ясно... Давай, я её заберу, — Клара потянулась ко мне, схватив за руки, но тело не слушалось, кожа словно окаменела.

— Я же сказал, у меня всё под контролем, — голос мужчины стал жёстче.

— Убери от неё свои грёбаные руки, сейчас же! — выкрикнула Клара. В тот же миг вокруг всё смешалось: крики, толчки, рывки. А потом Клара рухнула на пол рядом со мной.

— Я позаботился о здоровяке. К тому времени, как он очнётся, нас уже не будет. Ого… Что здесь случилось? — раздался голос другого мужчины.

— Напиши Брайсу, пусть встретит нас у заднего выхода. Мне тоже пришлось вырубить и её, — холодно произнёс тот, кто удерживал меня.

— Пришли за одной, а уйдём с тремя. По одной на каждого. Отличная ночь будет.

— Прекрати… — мой голос прозвучал слабо, почти неузнаваемо.

Кто-то перекинул меня через плечо. Холодный ночной воздух коснулся ног, когда нас вынесли наружу. Мужчина бежал по тёмному переулку за клубом, а я беспомощно висела вниз головой, чувствуя, как кровь приливает к вискам. Повернув голову, я увидела Клару. По её лицу текла кровь.

— Клара… — прошептала я, хотя изо всех сил пыталась закричать. — Клара…

Бег оборвался, когда открылась дверца фургона. Меня грубо швырнули внутрь — удар о металлический пол пронзил болью виски. Вскоре рядом оказались Клара и моя сестра. Обе без сознания.

— Подожди… А где Брайс? — спросил один из мужчин, тяжело дыша и озираясь. — Его нет спереди.

— Что ты имеешь в виду? — второй голос тоже звучал сбивчиво.

И тут, сквозь мутную пелену сознания, я услышала знакомый, ледяной голос:

— Брайс не придёт.