Новую книгу Кэтрин Чиджи, самой известной на сегодняшний день новозеландской писательницы, продвинутый читатель сравнит с "Не отпускай меня" Исигуро. А мне, в первую очередь, пришел на память выпуск "Ералаша", где старший мальчик на прогулке пытается добиться у двух малышей, похожих, как две капли воды, признания, что они двойняшки, выходя из себя, когда те отвечают, что нет. С финальным панчлайном, когда третий такой же ребенок появляется со словами: "Чего пристал? Тройняшки мы, я писать ходил". Хотя история "Книги вины" далеко не юмористическая
Ее герои, трое идентичных близнецов, знают о своей семье лишь что мама умерла от сердечного приступа, вскоре за ней от сердечного приступа умер отец. Время действия конец 70-х, место - альтернативная Англия. В варианте истории этого мира война закончилась в 1943 успешным покушением на Гитлера, после чего верхушка Третьего Рейха свернула войну, заключив со странами антигитлеровской коалиции Геттеборгский мир и купив иммунитет от преследований за военные преступления передачей секретных разработок по генной инженерии, ведшихся под руководством доктора-палача Менгеле. А поскольку структура двойной спирали ДНК в этом варианте реальности была расшифрована в конце позапрошлого века, то именно исследования в области клонирования стали приоритетным направлением.
Мальчики живут в приюте "Скотт" (в честь героя-полярника капитана Скотта) системы "Сикамор" среди десятков близнецов, в основном таких же тройняшек, реже одинаковых детей двое, иногда четверо. Это очень аскетичная жизнь, строго регламентированная, с максимальным самообслуживанием. День по часам расписан между уборкой, работой в саду, учебой и досугом. Заботятся о детях три женщины, которых они называют мамами: "Утренняя мама", "Дневная мама" и "Ночная мама". Уильям, Лоуренс и Винсент - рассказчик. Красные, желтые, зеленые комплекты одежды, чтобы различать, в остальном одинаковые ("как инкубаторские" - говорили мы о таких в моем советском детстве, если речь шла о немодно бедно одинаково одетых сверстниках; когда о красивой одинаковой одежде для нас с подружкой - "будем как близнецы")
Мальчики из Сикамора как инкубаторские. Так, настороженно и презрительно воспринимают их деревенские, когда Дневная мама отправляет кого-нибудь из них в лавку - смотрят как на диких зверят, у которых поди пойми что на уме. Они хотели бы, чтобы было иначе, но сиротство учит принимать как данность то, чего не можешь изменить. И в целом ведь, они вполне счастливы: спокойный Лоуренс, мечтающий стать ветеринаром; маленький дьяволенок Уильям; умница Винсент, который злого брата отчего-то любит больше, чем доброго. Иногда они меняются одеждой и притворяются друг другом, никто не опознает. А главное - впереди Маргейт. Сказочное место, куда уезжают лучшие сикаморские мальчики. Большой приют прямо в парке развлечений, бесконечные аттракционы и сахарная вата с газировкой на завтрак-обед-ужин. Место мечты, недоступное деревенским, где в конце концов будут они. (И тут продвинутый читатель вспомнит часть девушки-клона Сон Ми из митчеллова "Облачного атласа", но тсс).
Параллельно рассказу Винсента, в книге разворачиваются еще две линии: Министр по вопросам одиночества Сильвия, курирующая закрытие проектов "Сикамор" с возможностью усыновления воспитанников бездетными семьями. Правительству Тэтчер - в книге Премьер-министр ни разу не названа, но стиль руководства с отсутствием страха перед непопулярными мерами, заставляет предположить в этом варианте реальности те же персоналии. Сильвия, чье отношение к воспитанникам сначала то же испуганно-брезгливое, как у деревенских, меняется после знакомства на противоположное. Третья сюжетная линия, хотя по значимости в романе она скорее вторая - это история девочки Нэнси, неприметно живущей с родителями, которые прячут ее мира. Темноволосой девочки, что снится всем троим братьям, убегающей от них по лесу.
Фантомовские книги обычно хороши по определению, а в этом случае добавляется звучащая версия романа, где со звездами Вимбо Мариной Лисовец и Ольгой Плетневой мой любимый молодой чтец Леон Автаев. Чиджи умеет закрутить интригу так, что, даже предполагая подоплеку, оказываешься потрясена развязкой. Но не менее важно в "Книге вины" умение развлекая, нагнетая, пугая, ошарашивая - заставить думать о вещах неудобных и неприятных, которые мы отодвигаем за край восприятия. До тех пор, пока сами не оказываемся в категории тех, на чью судьбу обществу плевать.