Чрезмерно позитивный настрой: в тех случаях, когда кто-то причиняет нам беспокойство, мы убеждаем себя, будто на самом деле этот человек желает нам добра. Таким образом мы заглушаем свой гнев или печаль.
Женщины боятся гнева больше, чем мужчины, и причина этого кроется в том, что женщины, по всей видимости, привыкли считать гнев чем-то неправильным. Может быть, это пришло из детства, когда их в наказание за гнев лишали общества других людей: «Иди в свою комнату и сиди там, пока не поймешь, как нужно себя вести!» Поэтому, выразив свой гнев, женщина приходит в ужас от перспективы быть брошенной, и это провоцирует регрессию.
Позволив себе принять боль, поразмыслить о жизни и, возможно, о смерти, вы, скорее всего, обнаружите, что многие вещи стали для вас проще и понятнее. Возможно, после такой перезагрузки вы начнете ярче ощущать радость. Как сказал однажды мудрец, «горе копает яму для радости, и чем глубже яма, тем больше радости в ней уместится».
Если с детства вас научили держать всё в себе, не обременяя окружающих своими чувствами, вам будет непросто строить близкие отношения с другими людьми.
Мы прибегаем к стратегии самозащиты и усмиряем собственные чувства, чтобы не показаться несдержанными, — такая тактика, бесспорно, полезна. Но самозащита может привести к проблеме, если станет универсальным поведенческим приемом и мы начнем использовать ее — пусть даже неосознанно — во всех жизненных ситуациях.
Люди с плохо развитыми стратегиями защиты от себя самого нуждаются в более развитых стратегиях защиты от внешнего мира. Социальный контакт быстро утомляет их. Таким людям периодически необходимо оставаться наедине с собой, чтобы обрести равновесие.
Если подобная поведенческая реакция, обусловленная интерперсональной стратегией самозащиты, будет наблюдаться чересчур часто, то в конце концов она станет неосознанной. К примеру, Мартин, повзрослев, так и не поймет, почему выбирает партнеров, которым свойственна холодность и эмоциональная отстраненность.