8

Джим Норман, сколько его помнил Клифф, всегда носил линялые синие джинсы, охотничью жилетку с кучей карманов поверх клетчатых рубашек из фланели, бейсболку и был старым. В разные годы он отращивал усы, сбривал их, отращивал бороду, сбривал бороду. Неизменным всегда оставался его недовольный взгляд с прищуром и чувство, что если ляпнешь какую-то глупость при встрече, он надерет тебе зад. Глупостью при этом казалось абсолютно все, что приходило в голову.

Этот раз не стал исключением.

Оружейный магазин «Охотник, рыболов, турист» стоял на пересечении улиц Клепберн-стрит и Северной. Добротная дубовая вывеска с имитацией следов от пуль по краям поскрипывала на цепи, но ветра не ощущалось. Клифф Боуден застыл перед входом, невольно вспомнив, как чуть не получил заряд дроби, когда на спор залез на землю Нормана. С тех пор он не то чтобы обходил старого ворчуна стороной, но старался лишний раз не попадаться ему на глаза. «Лет десять прошло, он наверно и не вспомнит», – отмахнулся Клифф, дернув дверь за ручку.

Скрипнули петли. «Музыка ветра» над входом звякнула колокольчиками. Боуден, а следом за ним Адам и Конфедерат прошли по входному коврику из затертой овчины и остановились в центре зала, топчась по паркетному полу, лак на котором от подошв и каблуков посетителей успел поистереться. Их окружали четыре стены, на которых было развешено огнестрельное и холодное оружие, всевозможные удочки, спиннинги и даже пара капканов.

– Уже иду! – донесся из прохода, ведущего в подсобку, скрипучий голос Джима Нормана. – Если вы от Лабаско, заказ еще не готов. Я говорил приходить не раньше четверга, поставки нынче…

Он возник, поправляя мятую бейсболку на голове – клетчатая рубашка синих тонов, джинсы, кожаная безрукавка сверху, – хмурый, будто его оторвали от важного дела и заставили заниматься ерундой, но стоило Норману увидеть в своем магазине Клиффа и остальных, он замедлил шаг, опустил руки, в которых сминал полотенце. Сделал глубокий вдох и такой же глубокий выдох, переводя взгляд с одного на другого, задержался на кровососе.

– Мы от Ванды, медиума, – посчитал нужным вставить Клифф.

– Да уж ясен хер, что не от президента, – вытолкнул Норман и, как будто смутившись собственных резких слов, добавил: – Времена сейчас хуже некуда. Вы же все не из сопливых фиалок, да? Парой крепких слов никого не обижу?

– Нет, нет, – замотали головами Клифф с Адамом.

Конфедерат молча смотрел на старого оружейника. После выпитой крови – в морге и потом в дороге – он стал выглядеть будто бы свежее, цвет кожи на его лице перестал быть цветом жеваного седла, но все равно не дотягивал до того, что можно было бы назвать «здоровым белым». А уж лысый череп, отсутствие бровей с ресницами и леденящий душу взгляд исподлобья могли кого угодно напугать до усрачки, но Нормана, казалось, пугал не внешний вид гостя, а то, что крылось под ним.

– Это он, выходит? Вы… воскресили его? – Оружейник покосился на Клиффа, тот кивнул. – Хрена себе! Ну-у, парни. – Он стянул бейсболку, почесал седеющий затылок и ткнул на журналиста. – Сделай одолжение, приятель, там табличка на двери, вывеси ее снаружи и закрой на задвижку. – Адам кинулся выполнять, ворчливый тон старика действовал и на него тоже. – А ты не стой столбом – возьми табурет, рассказывай. Это все взаправду, значит? Началось? Светопреставление, адские врата, конец света?..

– Я лучше постою, – Клифф отмахнулся от предложения.

Он так ничего и не ответил на расспросы оружейника. Норман понимающе кивнул, еще раз покосился на вампира, продолжавшего с невозмутимым видом стоять посреди его магазина и оглядывать развешанные по стенам охотничьи ножи. Конфедерат держал дробовик, с которым, видимо, решил не расставаться.

– Никогда бы не подумал, что доживу до этого момента. Все надеялся, что вся та катавасия с восставшими мертвецами и прочим дерьмом не по мою душу. Мало ли какая паранормальщина, да? – Джим Норман вздохнул и, подтянув табурет на длинных ножках – почти что барный стул – сел, бросил бейсболку на перекладину из дуба, отделявшую часть зала от покупателей. – Мои старики все твердили, что надо быть готовым, да и Ванды мать, и она сама. Когда столько лет проходит, все кажется выдумкой, дурацкой при том.

– Ну, вот мы здесь, – Клифф чуть развел руками. – Ванда сказала, ты дашь нам патроны, – добавил, намекая, что они по делу пришли, а не языком трепать.

– Дам. И патроны, и пушки. Вы же на нежить пойдете, так? – уточнил Норман, глянув на него с настороженным прищуром, от которого тому снова стало тринадцать и не по себе.

– А у нас есть выбор?

– Ну, вообще-то у нас не так много вводной информации, – вставил Адам, – но, судя по тому, что сказала медиум, сражаться с нежитью должен он, – и ткнул пальцем на Конфедерата.

– Ага, – кивнул Норман, взвесив услышанное. И повторил: – Ага.

В повисшей тишине Конфедерат отчеканил каблуками четыре шага до сгрудившихся у перекладины и оружейника парней, вклинился между ними, положив на стол локти с дробовиком, и придвинулся ближе к и без того настороженному старику.

– Между нами, этот паренек из тех, кто себе член отстрелит раньше, чем вытащит пушку, – сказал он нарочито доверительно. – Как думаешь, получится у них не замарать рук, когда здесь все завертится?

Норман нервно сглотнул. Таким Клифф его ни разу не видел. Оружейник боялся, это было видно невооруженным глазом. Но того ли, кто перед ним стоял, или того, что грядет по их души?

– Скажу тебе так, кровосос, – процедил Норман, – если эти парни не справятся, потечет говно по трубам да так, что не заткнуть. Демон, что вырвался из Преисподней и кошмарит округу со своими выродками, на том не остановится. Сперва он подчинит себе Хэмптон, сломает и уничтожит всех, кто встанет у него на пути, а оставшихся использует как мясные костюмчики для армии демонов, что только и ждут его команды там, внизу. Ему нужна книга. – Он поглядел на Клиффа в упор. – Книга Проклятых, что притащил сюда на свою беду и на нашу сто тридцать лет назад отец Эбрахам. Он искал глухое место, где смог бы схоронить чернокнижную дрянь, чтоб никто и никогда не отыскал следов, а оказался в эпицентре охоты на вампира. Точнее сначала охоты вампира на людей, – Последние слова он выплюнул в лицо Конфедерату, тот ухмыльнулся, но ничего не сказал, – а уж потом… И быть бы твоему праху развеянным по ветру, если б не провидческий дар прабабки Ванды, которая увидела истинный апокалипсис на земле и тебя. Зло, которое сможет противостоять злу, когда последний праведник падет и Хэмптон омоется кровью.

– Что ты знаешь про книгу? Где она находится? – Клифф ухватился за эту мысль.

Он не собирался отдавать ее дьяволу, но это был самый простой способ вернуть сестру. Или хотя бы попытаться заговорить рогатой твари зубы, чтобы Конфедерат подкрался ближе и сделал свое дело.

– Что о ней известно? – воодушевился Адам. – Это сборник магических заклинаний или…

– Нечего о ней знать. Ясно? – слишком резко оборвал его Норман, потом добавил чуть мягче: – Нечего. Преподобный должен был уничтожить ее, это все что я слышал.

– Книгу Проклятых невозможно уничтожить, – Конфедерат сцепил пальцы в замок. – Но ты не мог об этом знать. Никто не мог, кроме самого Эбрахама.

– И тебя? – предположил Клифф. – Так? Ты знаешь, где она.

– Боюсь, мы были не настолько близки. Когда святоша пеленал меня ремнями и заклятьями, мне было несколько не до чтений. – Вампир помолчал, оттолкнулся от стойки, не забыв про дробовик, и прошелся по залу. – Он говорил что-то. Все тот же бред, что и вы. Про адские врата и книгу, что ее нельзя уничтожить и что он будет пытаться, пока не найдет способ. Что дьявол придет за ней однажды, и на пути у него встану я. – Конфедерат усмехнулся. – Один несчастный святоша оказался слишком слаб, чтоб прикончить меня или позволить другим сделать за него грязную работу. Затем он и придумал всю эту чушь с предсказанием. Вот и все.

Джим Норман пялился на его спину так, будто надеялся, что в следующий миг исчадие Ада провалится сквозь землю, но Конфедерату было хоть бы хны. Он развернулся на пятках и прищелкнул языком.

– Мы же сюда пришли не о святошах трепаться? Так?

– Так, – нехотя согласился Норман и, вернув бейсболку на голову, снова исчез в подсобке.

Вернулся он с картонной коробкой под мышкой. Из нее извлек еще три поменьше, сложил их стопкой одна на другую и толкнул парням.

– Его «Ремингтон 1858» переделан под унитарный патрон, а здесь боеприпасы к нему, покрытые тонким слоем серебра. Нечисть от них должна дымиться и заворачиваться в бараний рог, но целить лучше в сердце или голову. Так надежней. – Оружейник достал поясной патронташ, пару пистолетов и еще по паре коробок с патронами к ним. – Два «глока 17», магазин на семнадцать патронов, калибр 9х19, тоже посеребренные. Впрочем, против зомби хорошо работает принцип «нет башки – нет проблемы». Также советую заготовить дубовых кольев, на случай, если дьявол призовет на подмогу мохнатых…

– Погодите… Оборотней? Дубовые колья против оборотней? Ничего не путаете? – спросил Адам. – Не осиновые против… – Он не очень уверенно покосился в сторону Конфедерата.

Клифф взвесил в руке один из пистолетов, проверил магазин – полный – и, вернув его назад, сунул ствол сзади за пояс.

– Хочешь насмешить бога – возьми осину, – усмехнулся Норман, но взгляд его был серьезен, а сам он отрицательно мотнул головой.

– В дневнике проповедника говорится, что нечисть можно убить отсечением башки или поджечь, а еще что мелкая шваль боится солнечных лучей, но против серьезных адских тварей это не сработает, – сказал Клифф.

Адам забрал с перекладины свой ствол.

– Стрелять-то умеешь? – с сомнением поднял бровь Джим Норман.

– Я из Техаса вообще-то, – хмыкнул журналист и хотел было сунуть «глок» за пояс, как Боуден, но под насмешливым взглядом вампира стушевался и так и остался стоять с ним в руке.

– Здесь еще пара ножей с посеребренной кромкой, – Оружейник толкнул коробку к парням. – Но лучше близко к себе тварей не подпускать. Держите на расстоянии. Так, – он задумчиво поскреб затылок под бейсболкой и нырнул куда-то за прилавок.

Покопался со звоном и стуком скопленного там хлама. Выпрямился и, сдув слой пыли с находки, шлепнул рядом с патронами и оружием две револьверные кобуры из старой потрескавшейся кожи и патронташ.

– Думаю, сойдет, – сказал Норман, покосившись на вампира, стоявшего к ним спиной. Адам, наблюдая за ним, тоже отвлекся. – И еще, – он вдруг сделал взглядом знак Клиффу подойти ближе, достал из-под перекладины небольшой бумажный сверток и сунул его в руку Клиффу, – передавай привет Ванде.

– Ладно, – кивнул тот озадаченно и спрятал сверток во внутренний карман курки.

– Откуда вы столько знаете о тварях? – спросил Адам, повернувшись к стойке.

– Оттуда, откуда тебе лучше не знать, сынок. Но замес тут готовится пострашней, чем все, что я видел, вместе взятое.

– Пойдешь с нами на демона? – спросил Клифф, складывая пачки патронов обратно в коробку.

В дверь снаружи постучали.

– Нет, – Норман вышел из-за перегородки, чтобы открыть.

– Почему нет? – разом спросили Клифф с Адамом и переглянулись.

В дверь замолотили настойчивей.

– Отвоевал свое, – Норман закинул ногу на табурет, задрал штанину до колена и постучал по деревянному протезу, – сначала во Вьетнаме, потом… – ногу он спустил, вернув штанину на место, но заканчивать фразу не стал. – В общем, моя задача здесь держать оборону, да парней боеприпасами снабжать. Мое время для передовой прошло, теперь вам не посрамиться бы. Патроны попусту не тратьте. Закончатся, приходите еще, а до того, чтоб ноги вашей тут больше не было. Слюнтяи. – Старик недобро покосился на Конфедерата. – Дружка своего прихватите, да проваливайте. Живо.

Сказав так, он снял задвижку с двери.

– Ну и чего ломитесь? Посрать уже спокойно нельзя, – проворчал Джим Норман, открывая дверь нетерпеливым клиентам.

– Идем, – бросил Клифф, прихватив коробку с боеприпасами.

Колокольчик на выходе звякнул трижды. В зал, внезапно ставший тесным, ввалились посетители, стуча пыльными ботинками по дощатому полу – с подворотами на джинсах, поплывшими татуировками на открытых бицепсах и хищными взглядами, ищущими проблем. Эти взгляды почти незаметно скользнули по Клиффу Боудену и зацепились острыми колючками на неместном журналисте и кровососе в обносках времен Гражданской войны.

– Кто это с Боуденом? – донеслось парням с Конфедератом в спину, когда они прошли мимо.

– А мне почем знать? Я пушки продаю, а не кредиты, – также ворчливо отозвался Норман.

Клифф знал, что это за люди, и в другое время предпочел бы с ними не связываться. Бандиты, работавшие на Фрэнка Лабаско, старшего сына Бёрда Лабаско, отбывавшего свой третий срок в тюрьме Грэйвроудс. Помимо прочего Фрэнк владел стрип-клубом «Магнолия», где работала Сэнди. К нему Клифф тоже приходил, когда пытался отыскать сестру. Но тот лишь разводил руками.