Отзывы на книги автора «Гузель Яхина»

"Быть человеком - это и значит чувствовать, что ты за все в ответе." (Антуан де Сент Экзюпери)

"Эшелон на Самарканд" - роман-путешествие, роман-выживание, в котором детство - это тоже война, это роман-искупление, роман о человеческом и зверином внутри человека. Одна из самых болезненных книг, которые я прочитала за последние годы. Сильная, страшная история, с привкусом отчаяния и малой толикой надежды.

Двадцатые годы двадцатого столетия во вновь народившейся стране, в Советском Союзе. Голод, разруха, местами еще громыхает гражданская война. Передел всего и вся. И дети. Голодные, беспризорные. Дети, которые не живут, а вечно выживают, их детство - это тоже война, постоянная борьба за жизнь, в которой так велик шанс проиграть. Из Казани направляется эшелон на Самарканд, в котором приказано переправить 500 ребятишек из местного детского приюта. Эти дети... они ни живы, ни мертвы. Дорога длинна и крайне сложна, почти невозможна, потому что продовольствия даже на часть пути нет, одежды нет, топлива почти нет, да ничего нет.
Есть дети и так называемый экипаж.
Начальник эшелона Деев, представитель деткомиссии Белая, фельдшер Буг, повар, машинист, сестры милосердия. Вот и все - и каждая станция - это война за еду, война всего экипажа за свою душу, за детей. Искупление грехов. Спасти эти души за погубленные когда-то в другое время.

На пути встретятся разные люди. И басмачи, и чекисты, казаки, красногвардейцы. Все они так или иначе проявят и звериный оскал, и человеческую сущность. Все они окажутся не в чистом виде злодеями, и не ангелами. Они будут просто людьми, в которых все перемешено - и милосердие, и ненависть, и боль, и агрессия. Одной рукой карали, другой - спасали.

Это страшная история о детях в надежде выжить. Дети всегда дети. Я с большим интересом читала о том, как они терпеливо справлялись даже не с трудностями, а с ежедневным отчаянием. Они терпели, ждали, сходили с ума, умирали, они прикипали всей душой к тем взрослым, которые были рядом, которые пусть на время, но становились их родителями, кормильцами и, к сожалению, порой - гробовщиками.

"Самому удачливому добытчику не достать эшелонным детям новое прошлое. Не вернуть родителей. Не отрастить новую память или новое здоровье."

Нет, все это невозможно. Морально дети покалечены навсегда. Но пусть они все же видят людей, которые пытаются помочь. Пусть надеются, пусть любят, пусть доверяют, потому что в этом душевное здоровье, даже не здоровье, а спасение.

Пусть птицей летит эшелон к надежде, к тому месту, где эта надежда обретет новые крылья. Взрослые всегда в ответе за детей. Как известно, чужих детей не бывает. Есть ребенок, который нуждается в помощи, значит, надо помочь, на то ты и человек. Тем более если натворил уже много зла, то хотя бы в этой помощи найти толику искупления для свой души.

Роман о той истории, которую прошли, которая обязательно должна научить каждого всегда оставаться Человеком. Дети - это будущее, не будем бороться за их жизнь и душу - и миру конец. Трагическая, страшная история, которую я читала со слезами на глазах, с болью и с надеждой, которая похожа на мираж.

В тегах к книге здесь, на сайте, стоит указание на жанр "исторический роман", что, конечно, совсем не соответствует истине: история в романе переламывает человеческие судьбы, ломает людей, крушит привычную жизнь и зачастую приносит страдания героям, но главное здесь все-таки - люди...История, скорее, тот страшный холст, на котором рисует свои причудливые и непостижимые картины жизнь...

Гузель Яхина - одна из немногих современных российских авторов, которые умеют бережно обращаться с историей нашей страны. Под большим впечатлением осталась я от ее предыдущего произведения - Гузель Яхина - Зулейха открывает глаза (и от экранизации, к слову, тоже), прочитанного два года тому назад. Под сильным впечатлением и сейчас - уже от следующей ее книги Гузель Яхина - Дети мои .

Яхиной всегда, на мой взгляд, удается правильно расставлять акценты, и потому, наверное, балансируя на тонкой грани между беспощадной руганью всего, что было в те страшные годы, и, наоборот, немыслимым восхвалением и "ура-патриотизмом" прошлого, она умудряется сделать книгу душевной, пронзительной, человечной, которая берет за душу и сердце, сделать ее одновременно необычайно тяжелой и в то же время необыкновенно оптимистичной, показывая, что даже после самых тяжких потерь можно подняться и жить дальше, несмотря ни на что...

История Якоба Баха, наполненная (переполненная даже) трагизмом, безысходностью, отчаянием, как пример всем читателям: всегда можно найти то, ради чего стоит жить. Это и будет спасением. Начать - быть может, впервые - жить для кого-то, а не только для себя. Потеряв любимую женщину, он начинает заботиться о ее ребенке, начав тем самым все с самого нуля. Жизнь вопреки всему легкой не будет: их ждет масса новых испытаний, пройти которые можно, ставя перед собой все новые и новые цели. Поднять девочку, обустроить хозяйство, найти средства на пропитание, обучить ее языку, будучи немым. И мы снова возвращаемся к идее о величии человеческого духа. Выдержать можно все что угодно, были бы упорство и желание. И цель...(в этом смысле роман Яхиной отчетливо напомнил мне знаменитое нехудожественное произведение - Виктор Франкл - Человек в поисках смысла ).

Личную трагедию в некотором смысле оттеняют и показанные словно пунктиром события, всколыхнувшие страну в 20-е-30-е годы прошлого столетия, а еще так или иначе жизнь Якоба все равно окажется переплетенной с судьбой немецкой колонии на Волге.

Легким это чтение точно не будет: слишком много здесь ужасающих подробностей, бессмысленных человеческих страданий, насилия, несправедливости. И в тоже время словно повеет с этих тяжелых страниц какой-то надеждой (правда, ближе уже к концу книги, но дождаться этого момента определенно стоит): можно убить человека, но нельзя сломить его волю к жизни; нельзя убить подлинно человеческое, то, что и делает нас в конечном счете людьми. Гузель Яхина не рисует при этом нам идеальный образ всесильного человека, отнюдь. Наоборот, она, устами своего героя, естественно, постоянно подчеркивает его тщедушность, его слабость (он не смог защитить когда-то самого дорогого ему человека), но - странное дело - именно в этой слабости и кроется настоящая сила...

«Всё, что с тобой приключилось, — недавно или давно, в любом году твоей жизни — не исчезает бесследно, а происходит опять, и сегодня, и завтра, и всегда».

Одна из главных книг этой весны — экзотическое road movie в жанре «истерн», в противовес американскому вестерну: если у них, осваивая Дикий Запад, бледнолицые истребляли краснокожих, то у нас красные рубились с белыми и басмачами, советизируя Восток. С другой стороны, это вполне диккенсовский роман о злоключениях детей, — нищих и голодных, где happy end для всех невозможен.
История разворачивается на фоне голода 1920-х годов в Поволжье, о котором у нас одни предпочитают лишний раз не вспоминать, а другие и вовсе имеют весьма слабое представление. Классик татарской литературы Галимджан Ибрагимов, чьё имя носит один из казанских проспектов, ещё тогда засвидетельствовал людоедские ужасы поволжского голода в своей запрещённой повести «Адәмнәр» («Люди»).
Главные герои романа-путешествия Деев и Белая, лишённые не только имён, но и ярких индивидуальных черт, воплощают образы среднестатистических советских работников, напоминая своими типажами Игнатова и Настасью из дебютной яхинской «Зулейхи». Но там поезд мчал их навстречу холоду и смерти, а здесь — катит к сытости и теплу, в сказочный Узбекистан. Начэшелона, комиссара, сестёр да и всех остальных персонажей объединяет любовь к детям, вера в «человеческое братство, что посильнее и жалости, и вины», но понимают они её по-своему.
Для каждого из них спасение детских жизней — это прежде всего спасение своей души, сожжённой братоубийственным лихолетьем. Это единственная высшая цель, объединяющая на страницах романа и чекистов, и белоказаков, и басмачей, давая робкие ростки добра в людских сердцах сквозь сковавшую их жестокость и чёрствость. Но даже здесь, одной рукой спасая пять сотен сирот, другою Деев губит самого преданного своего спутника, как когда-то, по незнанию, покарал «шоколадных» пацанят, после расправы над которыми всю жизнь его будет воротить от сладкого. Искупает ли его вину то, что он не ведал, что творит, и миссия, доведённая до конца, вопреки нервным срывам и подступающему безумию, — судите сами...

Я думал, что это будет долгая дорога, практически, как до Самарканда, и даже не исключал солнечного удара, во время прочтения, после которого я закрою книгу и скажу - «Это не моё». Как же хорошо, иногда ошибаться, и этот роман я прочитал за пару вечеров, ведь оторваться было невозможно! Как можно было бросить эшелон беззащитных детей, и не узнать их дальнейшую судьбу? Никак!
Я по жизни- реалист, и для меня личность Деева - это что-то фантастическое. Я всегда поражаюсь, когда встречаю подобных людей, которые несмотря на трудности всегда говорят - Да, сделаю! Конечно, спасая чужие тела и души, он искал исцеления своих прошлых травм, и потерь. Но кто не без греха? Время быть может и лечит, но должны быть поступки, которые хоть ненадолго скрасят пустоту на сердце.
«Последнее слово всегда за прошлым» - как верно подмечено, ведь все знают, что от прошлого мы никуда не денемся…
Огромный путь, который необходимо преодолеть, а главное пережить , нашим героям-это дорога от нищеты и голода, к неизвестности. Местами эта книга очень жестоко обходится с читателем, выворачивая наружу все тягости этих юных созданий. Читать про голодающих детей, которые не виноваты в своей судьбе, было тяжело…Ты не знаешь какой финал их ожидает, и любая остановка может стать последней. Мы не знаем их настоящих имён, сколько им лет… только цифра- село в поезд 500 душ… Сколько доедет до конечной станции, и какой будет итог, за это отвечают взрослые люди, в чьих руках не только их жизни, но и свои.
Я не верил в успех главного героя, для меня он был каким-то авантюристом, который не чувствует реальной ответсвенности за всё и всех. Белая, для меня более ясный и близкий персонаж. Хотя потом всё изменилось. Конечно, можно сказать - «Это только в книжках так бывает», но сразу вспоминается другая мысль, о том, что испытания даны только тем, кто их сможет преодолеть. Конечно я был в полном шоке, когда эшелон столкнулся с препятствием на дороге, и так сказать их путь «слегка» оборвался… в эту же секунду я вспомнил про обложку, и ещё раз понял, что ничего просто так на книгах не изображают, такая же ситуация у меня была с прочтением «Авиатора» Евгения Водолазкина.
Вообще, ожидания и реальность, с этим романом у меня не сложились, но это сыграло только в плюс. Я поверил в эту историю на 100%, у меня даже язык повернётся назвать его остросюжетным, потому как, следить за судьбой героев настолько волнительно и интересно, что ты чувствуешь себя причастным к событиям этого эшелона. Это симбиоз жутких событий, в которые не хочется верить, но в тоже время ты понимаешь, что хорошие люди были всегда и везде, несмотря ни на что! Человек должен оставаться человеком!

Рассказывая о самых важных книгах года, нельзя обойти вниманием дебютный роман «Зулейха открывает глаза» молодого автора из Казани Гузель Яхиной минимум по двум причинам: нам, прибайкальцам, может быть лестно, что основные события происходят на берегах Ангары, а всем остальным может быть интересно, за что же получают сейчас литературные премии размером в 2-3 миллиона («Ясная поляна», «Большая книга»).

Историю о татарке Зулейхе, раскулаченной и сосланной в Сибирь, хочется назвать семейной сагой, поскольку написана она по истории семьи автора, у которой как раз и сослали в советское время предков из Татарии на берега Ангары. Первым в роду описан самый страшный и деспотичный персонаж книги — столетняя слепая Упыриха, у которой есть реальный прототип – прабабка автора. Следующие два поколения – тридцатилетняя в начале книги Зулейха и её сын Юзуф, – художественная выдумка, а четвёртым поколением идёт опять вполне реальный человек – автор. Она возникает вместе с закадровым текстом, когда кратко озвучивает ближайшую судьбу выбывающих из текста героев. Примерно таким голосом в «Семнадцати мгновениях весны» говорилось «Штирлиц спал, но знал, что ровно через 20 минут он проснётся».

В книге встречаются и другие совпадения: кто-то говорит, что председатель сельсовета Денисов – калька с шолоховского Семёна Давыдова, кому-то сходящий с ума профессор Лейбе, большой спец по гинекологии, напоминает профессора Павла Алексеевича Кукоцкого. А сама зеленоглазая Зулейха так и вовсе похожа то на Скарлетт О`Хару времён голода и лесопилки, то на Анжелику в Квебеке, когда круглыми сутками приходилось потрошить дичь и заготавливать дрова на бесконечную суровую зиму. Этих трёх женщин объединяет ещё и обязательный «пунктик» женских романов: привлекательность, не оставляющая равнодушным ни одного мужчину. Какие уж тут неожиданные повороты сюжета, когда в каждых новых обстоятельствах найдётся тот, кто спасёт и защитит. В этой истории про тяготы ссыльных «рояль в кустах» появляется слишком часто, а удачных совпадений слишком много. Как по волшебству будет в нужное время нужный доктор, долгую зимовку без тёплой одежды и еды переживут практически все, а поддельные документы для Юзуфа возникают в единственно верный и быстро проходящий момент. И всё написано так складно, что от текста не оторваться, пока не дочитаешь.

Самой сильной оказывается первая из четырёх частей романа: там, где про домострой, суеверия, закабаление женщины, жизнь в постоянном страхе, голод, ужасающие рассказы Упырихи («И слышишь, сынок? Мы их не ели. Мы их похоронили. Сами, без муллы, ночью. Ты просто был маленький и всё забыл. А что могил их нет, так у меня уже язык отсох тебе объяснять, что тем летом всех хоронили – без могил»). Жизнь глазами жертвы – вот что хорошо получилось показать. А дальше накал страстей спадает, и получается, что работать на лесоповале – легко, вырыть землянку на 30 человек палками и ложками за сутки – легко, выжить в сырости и холоде – легко, жить ссыльным при советской власти – легко. Абсурд! Ни разу не произносится слово «трудодни», зато говорится, что Зулейха смогла начать зарабатывать и даже накопила какие-то деньги. В поселении ссыльных, в войну. На фоне таких вещей можно пропустить занимательный факт, что ложки в Сибири делают из ракушек, а медведя (и лося) можно убить с одного выстрела, впервые взяв в руки ружьё и даже не представляя, где там предохранитель, курок и куда целиться.

Если воспринимать «Зулейха открывает глаза» не как исторический роман, а как образец женской прозы, то многое можно списать на художественное преувеличение и «так надо для замысла», даже хэппи-энд. Потому что замысел в целом благой и гуманный: из забитой и покорной «мокрой курицы» главная героиня станет меткой и хладнокровной охотницей, способной постоять за себя, а главный злодей превратится в добродетеля и прекрасного принца. Ну вот, опять описание что-то напоминает. Синопсис «Красавицы и чудовища» и «Золушки» разом. Такая вот получается сказка.

Рассказывая о самых важных книгах года, нельзя обойти вниманием дебютный роман «Зулейха открывает глаза» молодого автора из Казани Гузель Яхиной минимум по двум причинам: нам, прибайкальцам, может быть лестно, что основные события происходят на берегах Ангары, а всем остальным может быть интересно, за что же получают сейчас литературные премии размером в 2-3 миллиона («Ясная поляна», «Большая книга»).

Историю о татарке Зулейхе, раскулаченной и сосланной в Сибирь, хочется назвать семейной сагой, поскольку написана она по истории семьи автора, у которой как раз и сослали в советское время предков из Татарии на берега Ангары. Первым в роду описан самый страшный и деспотичный персонаж книги — столетняя слепая Упыриха, у которой есть реальный прототип – прабабка автора. Следующие два поколения – тридцатилетняя в начале книги Зулейха и её сын Юзуф, – художественная выдумка, а четвёртым поколением идёт опять вполне реальный человек – автор. Она возникает вместе с закадровым текстом, когда кратко озвучивает ближайшую судьбу выбывающих из текста героев. Примерно таким голосом в «Семнадцати мгновениях весны» говорилось «Штирлиц спал, но знал, что ровно через 20 минут он проснётся».

В книге встречаются и другие совпадения: кто-то говорит, что председатель сельсовета Денисов – калька с шолоховского Семёна Давыдова, кому-то сходящий с ума профессор Лейбе, большой спец по гинекологии, напоминает профессора Павла Алексеевича Кукоцкого. А сама зеленоглазая Зулейха так и вовсе похожа то на Скарлетт О`Хару времён голода и лесопилки, то на Анжелику в Квебеке, когда круглыми сутками приходилось потрошить дичь и заготавливать дрова на бесконечную суровую зиму. Этих трёх женщин объединяет ещё и обязательный «пунктик» женских романов: привлекательность, не оставляющая равнодушным ни одного мужчину. Какие уж тут неожиданные повороты сюжета, когда в каждых новых обстоятельствах найдётся тот, кто спасёт и защитит. В этой истории про тяготы ссыльных «рояль в кустах» появляется слишком часто, а удачных совпадений слишком много. Как по волшебству будет в нужное время нужный доктор, долгую зимовку без тёплой одежды и еды переживут практически все, а поддельные документы для Юзуфа возникают в единственно верный и быстро проходящий момент. И всё написано так складно, что от текста не оторваться, пока не дочитаешь.

Самой сильной оказывается первая из четырёх частей романа: там, где про домострой, суеверия, закабаление женщины, жизнь в постоянном страхе, голод, ужасающие рассказы Упырихи («И слышишь, сынок? Мы их не ели. Мы их похоронили. Сами, без муллы, ночью. Ты просто был маленький и всё забыл. А что могил их нет, так у меня уже язык отсох тебе объяснять, что тем летом всех хоронили – без могил»). Жизнь глазами жертвы – вот что хорошо получилось показать. А дальше накал страстей спадает, и получается, что работать на лесоповале – легко, вырыть землянку на 30 человек палками и ложками за сутки – легко, выжить в сырости и холоде – легко, жить ссыльным при советской власти – легко. Абсурд! Ни разу не произносится слово «трудодни», зато говорится, что Зулейха смогла начать зарабатывать и даже накопила какие-то деньги. В поселении ссыльных, в войну. На фоне таких вещей можно пропустить занимательный факт, что ложки в Сибири делают из ракушек, а медведя (и лося) можно убить с одного выстрела, впервые взяв в руки ружьё и даже не представляя, где там предохранитель, курок и куда целиться.

Если воспринимать «Зулейха открывает глаза» не как исторический роман, а как образец женской прозы, то многое можно списать на художественное преувеличение и «так надо для замысла», даже хэппи-энд. Потому что замысел в целом благой и гуманный: из забитой и покорной «мокрой курицы» главная героиня станет меткой и хладнокровной охотницей, способной постоять за себя, а главный злодей превратится в добродетеля и прекрасного принца. Ну вот, опять описание что-то напоминает. Синопсис «Красавицы и чудовища» и «Золушки» разом. Такая вот получается сказка.

Моё первое знакомство с Гузель Яхиной прошло более чем успешно. Я, конечно, не без труда осилила её многослойно-многогранную биографию Эйзенштейна, но оно того стоило, поверьте.

Моя гипотеза о личности Эйзена — эта книга. Именно герой определяет её структуру, язык и стиль. Постоянная смена регистра — словно качели: от психологической драмы — к документальности и обратно; от трагических нот — к юмору, сатире и гротеску; от динамичных киносцен — к размышлению; от частной истории художника — к большой истории страны.

Думаю, слова автора максимально близко описывают то, что она вложила в книгу. Нас ждёт увлекательное приключение во внутренний мир великого киногения Эйзенштейна, который как человек вам врятли понравится, но запомнится надолго. Наверное это и есть основная проблема. Гузель Яхина настолько реалистично подошла к созданию своего героя, что отличить правду от вымысла довольно трудно. Сама она говорит, что перелопатила кучу исторических документов и выдавила из них самый сок. А затем некоторые моменты немного раскрутила так, как ей кажется они выглядели в реальности. Короче говоря, многое просто дофантазировала.

Я с Эйзенштейном до книги знакома не была, но автор так вкусно подала его жизнь и рабочие будни, что я не удержалась и познакомилась с его творчеством. И это главный плюс истории - вы просто не сможете устоять и будете пытаться окружить себя Эйзенштейном, чтобы лучше вникнуть в суть личности гения.

Что ещё мне показалось очень любопытным - это смена исторических эпох России, которые Гузель вплела в повествование. Тут все по факту. Ну не мог кинодеятель такого масштаба оставаться в стороне от колебаний в стране. Тут было все: и гонения, и госзаказы, и пропаганда, и не свобода. Какая жизнь в стране, такая и у её "художника". Даже если автор и тут приукрасила действительность, то сделала это максимально правдоподобно.

Я считаю, что "Эйзена" надо читать. Что он того стоит. Начав, вы врятли сможете остановиться и скорее всего вам понравится. По крайней мере, я осталась в полном восторге.

Вот ну совсем не хотела писать рецензию о такой громкой книге. Думала прочитаю, составлю своё мнение о ней, и достаточно. Гузель Яхина - Зулейха открывает глаза - мне понравилась, какой-то своей новизной, и я бы не сказала, что в ней прям очернение советской России. Ведь абсолютно все счастливыми не будут при смене власти, кто -то всегда страдает. И, взгляд другой стороны возможен, почему бы и нет. И роман Гузель Яхина - Дети мои - мне понравился, как будто в нём есть своя душа... Но вот у Гузель Яхина - Эшелон на Самарканд я не нашла очарования, души, изюминки... А может, дело в том, что просто с самого начала как прочитала:

Деев никому не сказал, что провизии в эшелоне – на три дня пути. При скудном пайке – на четыре. При нищенском – на пять.
А кому скажешь? Белая, узнай об этом, ссадила бы всех калек-лежачих на казанский перрон и глазом не моргнув. Фельдшер того и гляди сам бы на вокзале остался. Не было у Деева в пути товарищей – одни противники. Словно не одно дело делали, а воевали друг с другом.

уже в глубине души сделала свой вывод...
Честно говоря, хоть убейте меня, не могу поверить, что нормальный человек, возьмёт везти 500 детей и группу воспитывающих взрослых, зная, что еды на три дня. Это, извините меня, разгильдяйство и есть другое слово... Но уж не стану его употреблять здесь... Даже, если дети умирают от холода, от голода, но брать их наугад, на удачу... Мне кажется это- не человеческий поступок.

В своё время работала я в одной компании, и был там хороший человек- финансовый директор. Я тогда молодым специалистом была, и он меня натаскивал в бухгалтерских делах и мудрости учил. Учил тому, что думать надо перед тем, как что-то сделать, его слова отложились навсегда в голове. "Мы сначала делаем, не думая, и потом попадаем в ж...пу, ну и потом с умным видом ищем выход, а если повезёт и найдём, то мы герои"Так вот этот роман про такого "героя". Не эпоха виновата, а вот такие раздолбаи, которые всегда были и будут. И возможно они как раз и виноваты в том, что и в царской России было тяжело, и в советской, и в современной.

Ну как так взять более 500 человек в долгий путь и еды на три дня? как так? объясните мне. А если б им только раз повезло, только чекисты помогли, а казаков и остальных они б не встретили? Это же чистой воды удача! И вот так на удачу ехать????? Это же просто заранее убить всех... Но я как-то продолжила чтение, ну думаю уж совсем было плохо, на станциях в дороге договоренность есть и т.д. Так не было ничего -абсолютно!!! И далее гражданин Деев не раз докажет свою халатность, распущенность и наплевательское отношение. И детей он брал не проверяя, и по его воспоминаниям людям давал после голода по полным чашкам суп, а что разве в голодное время люди не знали, что выходящим из голода людям нельзя есть много? И под конец ещё и заблудился... Ну разве это ответственный человек? Деев под маской доброго человека прикрывает свою "авось прокатит"-натуру.

О литературной и исторической ценности романа я не заикаюсь, пусть профессионалы о этом говорят и пишут. А каждый человек сам решает и делает выводы...

Кстати, "выдавливать прошлое"- это как раз методы советской России. Вы дайте лучшее, покажите своим примером, дайте то, чем можно гордиться...Если б в сегодняшней России была бы своя Силиконовая Долина( к примеру)думайте, люди вспоминали б так часто о первом полете человека в космос? Люди при хорошей жизни сами забудут о "прошлом" и сами перестанут его идеализировать...

Эмоции и состояния, которые мы испытываем, роднят всех людей — и объединяют 12 авторов под этой обложкой.

Эмоции: положительные и отрицательные, явные и скрытые, контролируемые и те, которые не можем сдержать... В жизни каждый из нас испытывал гамму самых разных эмоций, а теперь появилась возможность услышать эмоциональные версии в рассказах от самых популярных российских писателей. Произведения написаны в разных жанрах, чаще сюжет реалистичный, кое-кто добавил для остроты немного мистики, встретится и совершенно фантастический рассказ. Выставляя средний общий балл, приношу извинение тем авторам, кого оценила выше.
Рассказы озвучены актёрами театра "Гоголь-центр", среди которых: Женя Афонская, Рита Крон, Саша Горчилин, Филипп Авдеев, Игорь Бычков и Яна Иртеньева.

Эби. Автор: Гузель Яхина.
В чудесном прочтении Яны Иртеньевой.
Эби в переводе на русский - бабушка. Она бродит с внуком Салаватом, помогая супругам зачать ребенка, а позже, когда придет время - счастливо разродиться.
В этом рассказе откликается боль каждой женщины, однажды ставшей матерью, в нем перемешан первобытный страх и вековые предрассудки. Удивительно, но многие суеверия живучи в наше время. Например, информация, что любой узелок или связка - роженице помеха, мне встречалась не раз.
Рассказ достаточно большой, в нем вместились общие сведения о героях и конкретный случай родов - затянувшихся, трудных, болезненных. Гузель Яхина описывает действия знахарки (повитухи, шаманки) со знанием дела. Удивлялась многочисленным подробностям, начиная с грехов, в которых каялась роженица, и заканчивая послеродовым ритуалом со сжиганием соломы, высушиванием пуповины и другими любопытными вещами. Впечатляющим моментом оказались действия Салавата - самого крайнего и сильного средства Эби. Это он в отчаянный час выкрикивает всю боль, чего не позволено рожающей.

Я, Иван Зорин. Автор: Яна Вагнер.
Исполнитель: Игорь Бычков.
Мистический рассказ, суть которого раскрывается не сразу, но уже на середине прослушивания начинаешь догадываться о произошедшем. Основная заявленная эмоция главного героя - отрицание. Не могу сказать, что это единственная его эмоция, у меня история вызвала чувство острой тоски, обиды, разочарования из-за несостоявшихся встреч, не случившихся свиданий...

Тоска Олега Гущина. Автор и чтец: Григорий Служитель.
А если с уточнением, то пьяная тоска Олега Гущина. Герой рассказа пьет много и часто, но при этом соблюдает рабочий режим: подъем в восемь, никакого спиртного, пока не напишет запланированный объем текста. Олег Гущин - писатель. Поэтому к тоске примешиваются и другие чувства, например, зависть к более плодовитым и признанным коллегам.
Это рассказ-рассуждение, в нем много интересных мыслей, некоторые при всей своей тоскливой атмосфере вызывают улыбку: "Ни о каком покое после смерти мечтать не стоит, если ты, конечно, верующий, там ещё много мероприятий запланировано", другие удивляют философской мудростью: "Старость - это когда ты беженец в собственном теле". Сюжет больше построен на воспоминаниях, подчеркивающих чувство одиночества.

Но пока... Автор: Алексей Сальников.
Исполнитель: Игорь Бычков
Алексей Сальников пытается проанализировать человеческие состояния, проводя сравнения чувств, эмоций пожилого героя и подростка. Герой один - Саша. В настоящий момент Александру - 50 и у него имеются претензии к собственному болеющему организму, но вспоминается молодость, когда этих претензий было в разы больше...
Лето, жара, день рождения отца, окучивание картошки, а впереди ожидается поступление или призыв в армию. Саша чувствовал тогда неуемную тоску, ненавидя собственное тело - сутулая нескладная фигура, прыщавое лицо с пробивающимся пушком. И постоянное вожделение, мутные от вечной похоти глаза, мерзкий запах подросткового тела. Неприятная картинка, да? Хотелось иметь мужественное небритое лицо, твердый и уверенный голос и... как-то внезапно все появилось: залысины, проседь, жесткая щетина, суровые морщины между бровями...

Зависть. Автор: Дмитрий Быков.
Исполнитель: Александр Горчилин (особая благодарность чтецу за стихотворение Анны Ахматовой).
Ключевая эмоция этого произведения вынесена в название, а еще она звучит в поэтических строчках.

Стихотворение посвящено Нине Антоновне Ольшевской. Героинь рассказа тоже зовут Анна и Нина.
Думаю, что автор не случайно дает эти имена двум пожилым женщинам, "эмигрантке и туристке", встретившимся в Париже в 1965 году. Основной сюжет вмещает в себя их эмоциональную беседу: кому и как жилось в мире поэзии?
Когда позже внучка спросит у Анны, с кем та провела вечер, то услышит в ответ: "Так, с одной эпигонкой, писавшей под меня талантливее других"...

Баран. Автор: Мариам Петросян.
Исполнитель: Филипп Авдеев.
Небольшой рассказ, но с таким знакомым настроением. Мне легко понять гнев и ярость главного героя, который не может уснуть из-за того, что за окнами блеет чей-то баран. Если ты уже обратил внимание на этот звук и он даже успел вызвать раздражение, то утихомиривать чувства чаем или пытаться заткнуть уши ватой - бесполезно! Каждое новое "бе-е-е-е" за окном будет накалять обстановку и повышать градус гнева. Финал может оказаться печальным или неожиданным, как в рассказе Мариам Петросян.

НАТЕ. Автор: Алексей Поляринов.
Исполнитель: Филипп Авдеев.
У героя этого рассказа злобы было так много, что он иногда орал просто на улице. Он совершенно не умел справляться с эмоциями, из-за чего постоянно не ладилось на работе, ушла жена, отвернулись многие друзья... И вдруг рекламная листовка: "Поможем справиться с гневом!".
Совершенно неожиданное развитие событий - фантастическое и с улыбой. А еще с поэзией. Если кто-то как и я задался вопросом о смысле названия рассказа, то подскажет Маяковский.

Море не плачет. Автор: Наринэ Абгарян.
Исполнители: Яна Иртеньева и Евгения Афонская. Одна из чтиц сильно переигрывала, мешая сосредоточиться на тексте.
Главной героине рассказа Мариэлле - 76 лет, все, что у нее осталось - утренний кофейный ритуал, помогающий жить, да воспоминания. Иногда вдруг пройдет мимо чья-то чужая судьба и заденет своим безумием и неистовыми чувствами.
Бонусом для некоторых читателей прозвучит в рассказе доброе слово Водолазкину.

Несмеяна. Автор: Евгения Некрасова.
Исполнитель: Евгения Афонская.
Очень странный рассказ. С ключевой эмоцией ошибиться нельзя, так как героиню постоянно достают тем, что она печальная: почему грустишь? почему не улыбаешься? что с тобой не так? Сама героиня называет свою печаль светлой, а от улыбок у нее сквозняк во рту. Когда-то она вышла замуж, уехала в северный приморский город, где устроилась "жрицей" в процедурном кабинете. Для нее физиопроцедуры как магия, она счастлива работой, дружбой с "хирургиней", случившимся разводом.
Удивил язык рассказа. Нецензурные/бранные/матерные (какой выбор!) слова героиня называла матными. Когда муж требовал участия, то в ее устах он требовал соучастия. Из-за этого недоумевала: что-то не так с автором или с ее героиней? Списала на героиню (а чтобы не отвечала "ок"!)

Ты забыл край милый свой. Автор: Михаил Елизаров.
Исполнитель: Александр Горчилин. Отличное исполнение, но город Ивано-Франковск сложно было опознать в том названии, которое произнес актер.
(Осторожно: ненормативная лексика!)
Уверена, что рассказ автобиографичный, так как прозвучал он удивительно лично с легким налетом ностальгии. Михаил Елизаров рассказывает о своей поездке в Германию в далеком декабре 2000 года. Казалось бы, прошло столько лет, но моя поездка в прошлом году перекликается по многим пунктам, начиная с автобусного туалета и заканчивая дополнительной платой, чтобы не стоять в очереди. Правда, наш автобус, невзирая на доплату, простоял на границе с Польшей 12 часов, а не четыре, из-за которых плакался Елизаров. Мои эмоции во многом совпали с авторскими.

Птички. Автор: Майя Кучерская.
Исполнитель: Игорь Бычков.
Майя Кучерская рассматривает в своем рассказе весь спектр эмоций человека, заболевшего ковидом. В 2022 году (время написания рассказа) эта тема тревожила и страшила. Герой произведения, 47-летний Олег, чувствует раздражение на жену, спроваживающую его на "скорой" в больницу, на то, что стал беспомощным ничтожеством и не помогла прививка. В отдельной палате к нему приходят гнев и бешенство от чувства приближающейся смерти, которая превратит в ничто его знания, воспоминания. Попав в реанимацию, чувства заволакивает дым и дрема, память просто отшибло, а хочется воскресить важное, острое, счастливое, что было в жизни. Позже приходится столкнуться с пропавшим запахом и вкусом...
Дома он испытал отчаяние более горькое, чем в ожидании смерти - некому было его обнять и пожалеть.
Но постепенно жар жизни возвращается, главное - не отчаивайтесь!

Радость. Автор: Марина Степнова.
Исполнитель: Маргарита Крон.
Несмотря на название, рассказ очень грустный. Пока героиня рассказа была молодой и здоровой, то радости в ее жизни доставало, ведь она строила планы по собственному желаю. Например, объездить весь мир! И путешествовала от души. Потом появилась дочка, крошка-окрошка. Еще одна большая радость. А путешествовать вдвоем, быть всегда вместе - разве не счастье?!
Только молодость проходит...

Старость - это когда до тебя никто не дотрагивается...

У Гузель Яхиной я читала до этой только "Эшелон на Самарканд", он мне понравился. Но эта книга не произвела на меня впечатления.
Я знакома с творчеством Эйзенштейна неплохо. Когда я училась в универе, мы проходили историю кино и смотрели на парах его фильмы. Так же мы обсуждали его творчество и его вклад в историю кино и культуры. Так что с этой точки зрения, нового я ничего не узнала. Меня не сильно впечатляет его творчество, хоть многие и считают его чем-то особенным.
Биографию его я тоже знала из уроков в универе. Но конечно, не очень подробную. В книге же много художественного вымысла, который не всегда, мне кажется правильно показывает личность режиссера. Возможно, я так думаю, потому что у меня уже есть в голове картинка этого человека, которая у меня сложилась ранее.
Автор пишет хорошим языком. Но мне чего-то не хватает в ее книгах. Местами мне было откровенно скучно.
Короче, книга не моя. Поэтому посоветовать ее я не могу.
Ничего особо нового я из нее не узнала. Скучно и даже пресновато. Не приятный человек и творчество так себе. Это лишь мое мнение, никому его не навязываю. Но автор неплоха и наверняка, возьмусь еще за что-то у нее.