– Ну что, есть еще желающие сразиться?

– Я желающий! – выступил из толпы Мун.

– Что ж, ступай в центр! – криво усмехнувшись, проговорил «колобок», ощупав тощее тело кандидата внимательными глазками. И тут же принялся кусать толстяков, решивших сделать ставки.

«Что ж, у меня есть шанс», – подумал Мун, оценив ставшего против него соперника – такого же доходягу, как и он сам. Еще бы, ведь в кровавый спорт вампиры приходят не от хорошей жизни!

И вот музыканты на трибуне стали отстукивать монотонный ритм, ударяя о скалу камнями. Бой начался.

– Ну давай! Иди сюда! – вскричал Мун, сжав кулаки и приняв боевую стойку, какие он когда-то использовал во время земных драк.

Но его противник не подошел. Он вдруг ринулся вверх, обратившись в темное облако, после чего этот туманный сгусток обрушился на Муна с небес, словно коршун. Грохнувшись на лунный грунт, тот ударился головой о камень и ненадолго отключился. Очнулся Мун от укуса – противник сидел у него на груди и высасывал из шеи кровь. Мун оттолкнул его, вскочил. Но в следующий миг был снова сбит с ног, и опять мерзкий кровосос присосался к его телу. Только теперь Муну стала ясна суть состязания. Задачей соперников было вовсе не драться, а пить. Побеждал тот, кто опустошал своего противника до капли: выпитая кровь и была ему наградой.

Когда противник набросился на Муна в третий раз, тому удалось увернуться, но в четвертый кровосос все-таки смог вцепиться ему в ногу и выпить несколько глотков. Сам же Мун, сколько ни бросался на соперника, все никак не мог всадить клыки в его тело. Тот весьма ловко уворачивался, и Муну ни разу не удалось даже царапнуть его клыками. Сразу было видно, что перед ним опытный боец, уже не раз принимавший участие в подобных поединках. Даже когда Мун взлетал, соперник настигал его в полете и умудрялся пить прямо в воздухе. Дошло до того, что вконец обескровленный Мун потерял всякую надежду на победу. Теперь все, что он мог, – убегать. Но злобный кровосос не отставал от него ни на шаг, впиваясь клыками то в руку, то в плечо, то в ноги – и все пил, пил, пил… Наконец, обессиленный, опустошенный Мун рухнул на лунный грунт, подняв тучу пыли.

«Это конец!» – думал он, перевернувшись на спину и глядя на Землю – такую родную и далекую в черной пустоте космоса.

Вот на фоне этого голубого месяца возник силуэт кровожадного убийцы. Видя, что его противник повержен, победитель решил нанести последний – сокрушительный удар. Над ареной пронесся его радостный победоносный клич, и вампир ринулся вниз…

В этот момент ладонь Муна нащупала длинный острый камень. Собрав последние силы, он схватил его и поднял вверх, словно меч. А в следующий миг на него на полной скорости налетел кровосос, насадившись на острие, словно шашлык на шампур, – каменный клинок вошел ему в глаз по самую Муновскую ладонь.

Сбросив с себя обмякшее тело, какое-то время Мун лежал, все так же уставившись в небо. Он еще не осознал, что именно сейчас произошло. И тут его оглушил восторженный вопль толпы.

– Приветствуем победителя! – донесся до него голос «колобка».

Мун приподнялся, обвел глазами ликующих зрителей. Наконец взгляд его остановился на лежащем рядом поверженном противнике; и, набросившись на него, Мун жадно вонзил клыки в мертвое тело. И пил, пока не опустошил убитого до последней капли.

«Литра два, не меньше, – думал Мун, безо всякого сожаления глядя, как уволакивают с арены вампира с торчащим из головы каменным клинком. – Ну, теперь я заживу!..»

Однако обрадовался он рановато. К Муну тут же подкатился «колобок» и выпил не менее полулитра – плату за использование арены, давшей ему возможность сразиться. Затем к нему подлетел мускулистый мачо и выпил еще пол-литра – подоходный налог с приза в пользу государства. Третью пол-литру Муну пришлось отдать жрецу – как жертву Гобу, даровавшему ему победу. Ведь не мог же он победить без покровительства великого божества!.. И все-таки даже с оставшейся половиной литра Мун был доволен: «Да я теперь просто богач!» Этих пятисот грамм вполне хватит, чтобы не протянуть ноги с голоду, переночевать в более-менее приличной пещере, нарисовать крестик местного божества, заплатить налог… Да еще и останется!

Между тем разгорался рассвет. Прохаживаясь по Светлому городу в поисках подходящего жилища, Мун вдруг увидел тощего вампира, карабкающегося вверх по склону Кровавого утеса. Когда тот оглянулся, Мун заметил у него на лице несколько подзаживших шрамов. Несомненно, это был тот самый нищий, который напал на него. Муну стало любопытно, куда же тот так стремительно ползет. Он решил пойти следом и понаблюдать.

Добравшись до вершины горы, нищий кровосос выпрямился во весь рост и расставил руки, словно для объятий. И вдруг перед ним полыхнул свет, отчего силуэт несчастного стал походить на черный крест.

– Вот же черт! – вскричал Мун и ринулся вверх.

Он сбил нищего с ног, и они оба скатились по склону вниз, в тень.

– Ты что творишь? – вскричал Мун.

Протянув руку, он сунул ее к губам кровососа:

– На, пей!

Тот даже не осознанно, а скорее инстинктивно принялся пить. «Один… два… три… четыре…» – с болью считал Мун глотки, глядя, как утекает из его тела с таким трудом добытая кровь; и все же руки не отнимал. Немного насытившись, нищий вдруг осознал, что происходит, и сам прекратил пить.

– Почему? – Он пораженно уставился на Муна. – Зачем ты это сделал?

– Из сострадания, – пожал тот плечами.

– Да ты и правда с Земли свалился! – покачал головой спасенный кровосос.

Над городом-кратером между тем все ярче разгорался день, и Мун с ужасом понял, что времени на поиски жилья у него не остается. Куда бы он ни бросал взгляд, везде видел замурованные камнями пещеры. Успеть бы хоть до приюта для бездомных добраться!..

– Давай за мной! – вдруг повелел спасенный, вскочив на ноги. Похоже, кровь Муна придала ему сил.

Под обжигающими лучами Солнца они пролетели метров двести и остановились у какой-то пещеры. Она тоже оказалась закрытой камнем, но спутник Муна несколько раз ударил по глыбе кулаком. По ту сторону раздался приглушенный толщей породы вопрос:

– Кто там?

– Это я, дорогая. Открывай!

Камень сдвинулся и, едва они оказались внутри, стал на прежнее место.

– Папочка, где ты был? – На шею нищего бросилась девушка. – Я так волновалась!

– Все хорошо, милая. Все хорошо, – гладя ее по темным волосам, успокаивал вампир.

И тут девушка вспомнила, что отец вернулся не один. Она оторвала заплаканное лицо от отцовского плеча, взглянула на Муна… и с удивлением воскликнула:

– Землятик?!.

Да-да, это оказалась та самая красотка, которую Мун повстречал, едва очутился на Луне. «Вот это да! – думал он. – Бывают же такие совпадения? Сначала ее толстый ухажер, а теперь вот она!» Впрочем, по его прикидкам, в городе-кратере обитало всего-то с десяток тысяч жителей. Что говорить, даже в земных городах-миллионниках порой происходят случайные встречи. Здесь же, при таком мизерном населении, вероятность увидеть знакомое лицо не так уж и невероятна. Или, быть может, сама судьба направляет его незримой рукой?

Он улыбнулся и помахал девушке рукой. Та ничего не ответила. В ее полном презрения взгляде читалось: «Самим тесно, а тут еще этого принесло…» Здесь не поспоришь: пещерка, в которой они жили, была размером от силы два на два, с парой выдолбленных в стенах лежанок.

Девушка снова повернулась к отцу и наконец заметила раны. Она озадаченно провела ладошкой по расцарапанному лицу, затем осмотрела тощее тело с выпирающими от худобы костями и вздувшиеся волдыри на опаленной Солнцем красной коже… И все поняла.

– Не вздумай, слышишь?! – в ужасе вскричала она. – Да как тебе только в голову такое взбрело? А обо мне ты подумал? Хотел оставить меня одну?

– Я был в отчаянии. – Спасенный Муном вампир пристыженно опустил голову. – Не мог вернуться ни с чем.

– Никогда так больше не поступай, – вытирая слезы, строго проговорила она. – Проблемы решаются, а вот жизнь не вернуть!

– Прости, родная. А за то, что я все еще жив, нужно благодарить моего спасителя. – Он кивнул на Муна.

Девушка снова обняла отца и долго стояла, положив ему голову на грудь. И Мун видел, как в глазах ее сменяются то ужас, то радость: она осознавала, на что именно решился и чего избежал ее отец. И теперь Мун замечал на себе иной, полный искренней благодарности взгляд.

– Спасибо, – прошептала она, слабо улыбнувшись.

– Все будет хорошо, милая, – говорил папаша-вампир, обнимая дочь. – Мы справимся.

– Уже справились! – Она отстранилась. – Кстати, о проблемах… Нашу с тобой я решила. Целых пол-литра! Представляешь, папа? У нас с тобой есть половина литра крови!

– Но откуда? – поразился тот. И вдруг испугался: – Только не говори, что ты взяла…

– Нет-нет, возвращать ничего не придется. – Она поняла его испуг. – Я не одолжила кровь.

И, предвосхищая другой его вопрос, добавила:

– И не украла!

– Откуда же ты столько добыла?

– Так, кое-кто поделился… – Она смущенно отвела взгляд.

Мун же вспомнил того толстяка, который тискал ее, сидя на краю обрыва. Впрочем, отец тоже сразу же догадался, каким образом молодая красивая, но бедная девушка может добыть себе средства к существованию.

– Ты не должна так поступать, – проговорил он. – Только не так!

– Скажешь, что я шлюха? – Она гордо вскинула голову. – Ну и что? А разве есть выбор? Наша жизнь так устроена: либо приспособиться и жить, либо сдаться и умереть. Лично я выбираю первое, чего бы мне это ни стоило. Я не повторю судьбу мамы!

Мун заметил, какой болью отозвалось изуродованное когтями лицо вампира при этих словах.

– Все равно нет, – покачал тот головой. – Уж лучше голодная смерть, чем такое.

И, видя упрямое выражение дочкиного лица, отец положил ей руки на плечи и, глядя в глаза, сказал:

– Я буду работать, милая. Много работать. И, обещаю тебе, нам больше никогда не придется голодать!

Он поцеловал ее в мокрую щеку.

– Теперь, родная, отплати за доброту моему спасителю. А то он несколько потратился, вытаскивая меня с того света.

Девушка подошла к Муну, с интересом рассматривая его, протянула руку. Тот начал было вежливо отказываться, но ее отец настоял:

– Пей-пей, землятик! Это самое малое, что я могу для тебя сделать…

Впрочем, возражая, в душе Мун опасался, что они передумают. Не в том он нынче был положении, чтобы джентльменствовать. Потому, выпустив клыки, с наслаждением присосался к нежной девичьей коже.

Когда с благодарностями и любезностями, а также оплатой долгов было покончено, папаша-вампир весело объявил:

– Ну а теперь будем ложиться спать. Завтра нас ждет новая ночь!

Мун завалился на жесткий каменный пол и весь день проспал без задних ног: настолько вымотали его пережитые впечатления, непосильный труд, кровавый спорт и долгая бессонница. Ему снилась Земля с ее просторами, лесами и реками, переполненными людьми городами; друзья и близкие – все то, что теперь для него безвозвратно утеряно.

Проснулся он бодрым и отдохнувшим и, глянув на своих поднимающихся с лежанок новых друзей, весело подумал: «А ведь жизнь не так уж и плоха! Особенно когда рядом с тобой хорошие приятели и есть дом!» И, отодвинув каменную дверь пещеры, он шагнул в окутанный сумерками каменный мир: еще такой чужой и странный вчера, но уже такой привычный и понятный сегодня.