Медея

4,6
18 читателей оценили
35 печ. страниц
2017 год
12+
Оцените книгу
  1. varvarra
    Оценил книгу

    Бросив отчий дом для мужа,
    Ты, с безумною любовью,
    Переплыть не побоялась
    Через бурные пучины,
    Сквозь раздвоенные скалы
    Беспощадных Симплегад:
    Вот за что ты, бедная,
    Мужем опозорена,
    Изгнана, отвергнута,
    И тебе уж некуда
    Преклонить главу.

    Как, читая эти строки, не посочувствовать Медее? Ведь она, полюбив Ясона, предала отца, убила брата, стала сообщницей в похищении золотого руна, оставила родную Колхиду, уплыв на "Арго" с любимым. Порвав святые узы крови, стала врагом для своих близких.
    Всякой женщине непросто перенести предательство, а уж такой гордой царевне и волшебнице, как Медея, и подавно.
    "Больше нет во всей Элладе ни стыда, ни клятв священных..." - восклицает обезумевшая и жаждущая мести.
    А что Ясон? Он не только находит оправдания своему новому браку с дочерью царя Креонта, но утверждает, что оказал Медее услугу намного больше, чем она ему, так как вывез её из "варварской страны" в Элладу:
    "А если б ты, как некогда, жила
    На отдаленнейших границах мира, -
    Заглохла б жизнь твоя без славы...
    "
    Вот такие они, мужчины... даже в античные времена...
    На пути обезумевшей от горя Медеи встречается афинский царь Эгей. У него свои проблемы - боги не дают ему потомства. Врачевательница обещает помочь взамен на предоставление убежища. Эгей не хочет неприятностей с коринфянами, но согласен приютить Медею, если она придёт к нему изгнанницей:
    "Виновным быть и в малом не хочу
    Перед людьми, с которыми я дружен".

    Нет смысла пересказывать всю драму, сюжет её знакомый многим.
    Но хочется делиться слогом - таким прекрасным и высоким!

    Да, читая подобные бессмертные творения, очаровываясь языком изложения, чувствуешь тягу к поэзии, готов и сам рифмовать строчки.
    Именно красотою стиха покоряет драма Еврипида в первую очередь.
    Очень важно суметь передать эту мощь и красоту в переводе. Каждый из читателей выберет для чтения тот, который больше по душе. Мне было непросто определиться.
    Думаю, в рецензии самое место сравнительному переводу, итак...

    Злодейство совершу,
    Которому нет имени, я знаю,
    Но не могу терпеть, чтоб надо мной
    Враги смеялись... И на что мне жизнь -
    Без родины, без милых, без надежды?

    Вот такие замечательные строки в переводе Дмитрия Мережковского.

    А там – пускай ярмо
    Изгнания, клеймо детоубийцы,
    Безбожия позор, – все, что хотите.
    Я знаю, что врага не насмешу,
    А дальше все погибни…

    Примерно эти же слова в переводе Иннокентия Федоровича Анненского.

    Покину край цей, найстрашнішим злочином -
    Убивством любих діточок зневажений.
    Не стерплю глуму ворогів я, подруги!
    Дарма! Навіщо ж жити? Ні вітчизни вже,
    Ні дому, де від лиха мала захист я.

    И вот такой замечательный перевод Бориса Тена, жаль, что украинский, не каждому могу рекомендовать, но мне он понравился больше других.

    В довершение своих впечатлений о прочитанном, хочу поделиться интересной на мой взгляд версией убийства детей:
    "Современные писателю злые языки утверждали, что Еврипид приписал убийство мальчиков их матери, а не коринфянам, как было раньше, за огромную взятку в 5 талантов, нацеленную на очищение доброго имени города".

  2. panda007
    Оценил книгу

    Японцы самым страшным грехом считают неблагодарность. Они-то наверняка поняли бы и оправдали Медею. Возможно, даже сделали её национальной героиней.
    Что свершает Медея? Восстанавливает попранную справедливость. Муж её Ясон, ради которого она всем пожертвовала, решил от неё отречься и жениться на молоденькой. Ещё и на царевне. Хорошо устроился. Не первый и не последний вероломный муж на свете. Что удивляет у Еврипида – мелочность Ясона. Он не только не считает себя ни секунды виноватым, он упивается собственной ловкостью и безнаказанностью, во всех грехах обвиняя Медею. А не стоило бы: за столько лет можно было разобраться в железном характере собственной жены. Эта женщина не остановится ни перед чем. Особенно, когда считает себя невинно обиженной.
    Логика Медеи безупречна – самое страшное не смерть, а потеря того, что тебе дорого, разрушение планов, которые казались безупречно придуманными. В этом смысле она психолог куда лучший, чем Ясон. Кстати, о психологии. Если обратиться к классификации, приведённой в книге Эльячефф, Медея относится к типу «женщины больше, чем матери». Личные отношения для неё куда важнее, чем потомство, поэтому поступок её абсолютно логичен. Конечно, с моральной точки зрения её поступок небезупречен ("я тебя породил, я тебя и убью!"), другое дело, что медей таких, жертвующих детьми ради собственных представлений, пруд пруди. Просто дело редко доходит до убийства физического. Но разве моральное намного лучше?

  3. sapho
    Оценил книгу

    Бойся влюбленной женщины - она способна на все. Она все отдаст и всем пожертвует, если она любит; все заберет и ничего не пощадит, если не любишь ты.

    Любовь Ясона - как вода, переменчивая и неудержимая. Сейчас она здесь; завтра она там, другую поит. Кажется, будто вот она, в твоих ладонях, а ее почему-то прямо на глазах становится все меньше и меньше. Хотя, судя по произведению, любовь Ясона была для Медеи не то, что как вода - как воздух, так же призрачна и так же необходима.

    Любовь Медеи - как огонь, бешеная и неконтролируемая. Она больше жжет, чем греет, ведь все-таки много несчастья принесла ему эта женщина. Страсть невероятной силы, уничтожающая все и всех на своем пути; обычно любовь возрождает, но в Медее она напрочь убила все человеческое. Никому не пожелаешь, чтоб его любили так.

    Эта женщина вывернула меня наизнанку; я совершенно не могу ее переварить, я не знаю, как к ней относиться.

    С одной стороны, она ужасна, без шуток. Ни в литературе, ни в истории я еще не встречала женщин по жестокости равных ей. Разумеется, ее никак нельзя назвать психически адекватной: одно дело, когда эмоции и чувства берут верх над разумом, другое - когда над человечностью. Сейчас уже не докажешь, действительно она убила своих детей или же это неплохо проплаченная фантазия Еврипида, - но оправдывать ее я не стану и пытаться. Хотелось бы верить, конечно, в безграничность материнской любви, но верилось бы куда охотней, будь это единственным страшным поступком на совести этой женщины.

    Но с другой стороны, сила ее любви завораживает. Только безумные, но великие могут ради незнакомого в сущности человека покинуть и предать свою родину и семью, пойти на зверские убийства, в том числе и родных людей, променять величие на неизвестность. И, не найдя ответа, жестоко мстить за неразделенную любовь так, чтобы никто не посмеялся, чтобы помнили и содрогались, чтобы месть эта осталась не в веках - в тысячелетиях.

    Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою:
    ибо крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность;
    стрелы ее - стрелы огненные.

  1. Коснулась сердца я и знаю – больно…   Ясон   И своего. Тем самым – двух сердец.   Медея   Легка мне боль, коль ею смех твой прерван.
    15 января 2020
  2. Нет, надо бы рождаться детям так, Чтоб не было при этом женщин, – люди Избавились бы тем от массы зол.
    15 января 2020
  3. А где ж? Где клятвы те священные? Иль боги, Которые внимали им, теперь Уж не царят, иль их законы новы?
    15 января 2020

Интересные факты

Еврипид видоизменил традиционное сказание, сделав виновницей гибели детей саму Медею.
По итогам состязаний драматургов на Великих Дионисиях в 431 году до н. э. Еврипид занял последнее, третье, место (первую награду завоевал Евфорион, вторую — Софокл).