Глава 12

Кортеж не спеша ехал в точку назначения, почти бесшумно скользя по гладкому покрытию без единого шва или нечто подобного, либо подвеска скрывала все неровности, придавая средству передвижения некий люксовый класс. Просторный салон был выполнен из приятного телу гладкого светло-коричневого материала в дырочку. За рулем сидел статный мужчина и украдкой, с интересом разглядывал Рендела в зеркало заднего вида.

Аккуратные пестрые дома пастельных тонов с закругленными углами, небольшими карнизами и не прозрачными окнами радовали глаз. Город утопал в зелени деревьев, кустарников и цветов. Здания располагались на достаточно большом отдалении друг от друга так, будто землю местные жители не экономили и считали необходимостью разъединять строения разнообразными зелеными насаждениями. Но уже через несколько минут бросалось в глаза, что этот город будто скопированный и вставленный огромное количество раз шаблон – настолько он был однообразен и без каких-либо средств ориентирования на местности, добраться из одной точки в другую было бы проблемой.

Консул Шерп молчал, но чувствовалось, что его одолевает желание завязать разговор, но что-то, – волнение или запутавшийся клубок интересующих вопросов, – заставляет его молчать и делать над собой попытки заговорить с гостем издалека.

– Как хорошо вам известна история Верайшик? С момента заселения или много позже? – прервал молчание Рендел.

– О… пропало лишь около тысячи лет, что ушли на пребывания в первобытном состоянии.

– То есть, после Войны Крови вы не смогли сохранить цивилизацию?

– Да. Пока спутники работали мы смогли переместиться с пятой на шестую планету, но вскоре система управления была уничтожена. Что или кто это сделал нам неизвестно, но мы буквально вернулись в первобытное состояние. Впрочем, у тебя будет возможность пообщаться с более компетентными людьми по этому поводу.

– Я на это надеюсь. Человечество заинтересовано в получении знаний и вашего опыта преодоления кризисных ситуаций.

– Вскоре ты сможешь брать информацию из Инфосферы и тогда изучить наш мир не составит труда.

Только сейчас Рендел осознал, что за то небольшое время с момента знакомства, консул будто вновь научился говорить.

– Здесь люди не общаются голосом, – поведал Спиц.

– Когда мы сможем подключиться к Инфосфере? – обратился Рендел к Спиц.

– Я не уверен, что Ваш мозг вообще сможет каким-либо образом адекватно воспринимать из нее информацию. Само ее строение не подходит к нейроинтерфейсу и оболочке что позволяет взаимодействовать с парами частиц. Местная создана эволюцией, наша – искусственно.

– Будем надеяться, что тебе или кому-то удастся создаться «прокладку» для взаимодействия.

– А человечество, как оно пережило разделение цивилизации? – спросил консул, но тон предполагал лишь тезисный, а не развернутый ответ.

– На пять тысячелетий застряло в одной галактике, уничтожило Землю, реакционно откатилось на несколько тысячелетий назад в своем социально-экономическом устройстве, потеряло технологию мгновенного перемещения по средствам «Звездных Врат», стагнировало технический и социальный прогресс, но в конечном итоге преодолело затяжной кризис. Теперь я нахожусь на Верайшик, – как и желал консул ответил Рендел. Тот в ответ благодарно кивнул. – А какова причина вашего не освоения космоса? – в лоб спросил Рендел.

– В этом нет необходимости, – коротко ответил консул и отвернул голову, уставившись в окно.

Ответ смутил Рендела.

– Можете пояснить свои слова или в другое время и другие люди?

Консул повернулся. Выражение лица стало строгим, если не сказать злым.

– От чего же. Вы изменили природу человека ради продолжения бесконечной экспансии, словно вирус или бактерия, приспосабливающаяся и старающаяся по возможности не убить носителя, дабы продолжить свою жизнь, но уже в другой особи. А иногда выходит обратное и особь погибает, унося с собой в могилу и причину своей смерти, что не смогла перекинуться дальше. Мы же изменили природу человека ради остановки и настоящей жизни. Наша цель: гармония с природой и с самими собой. Ваша – бесконечное самовозрастание. Временно вы контролируете себя, но что будет далее? Вы не задумывались, что произойдет, столкнись человечество с внеземной цивилизацией, что попытается вас уничтожить? Или с другими людьми, что создали похожие на вашу конструкции? Не думали о возникновении конкурентной борьбы, что выйдет за рамки цивилизованного общения, превратив вас обратно в варваров, уничтожающих себе подобных. – Консул говорил резко, будто чужим голосом и словами. – Вся история человеческой цивилизации это синусоида, где число «пи» есть сумма страдания отдельных ее представителей. Сейчас вы в верхней точке или приближаетесь к ней, но что будет завтра? Сколько раз люди откатывались в развитии и снова поднимались вверх? Неужели ни настал день, когда необходимо сделать остановку в восхождении и просто двигаться в бесконечность на одной высоте?

– Аккуратней, – предостерег Спиц.

– Не понимаю, какой смысл делить бесконечный космос двум цивилизациям, что смогли приспособиться в нем существовать? – спросил Рендел.

– Минимум три внеземных цивилизации люди истребили или довели до такого состояния, что они исчезли. Считай геноцид, но в масштабах куда более значительных, чем во время зарождения единой планетной цивилизации на планете Земля.

– Мы многое не понимаем о том времени и целях, что преследовали люди, – пытался парировать Рендел, но осознавал, что не имеет весомых аргументов.

– Цель – поиск Совершенной Крови. Средство – массовое размножения в надежде на случайность. Результат – немыслимых масштабов экспансия. Окончание – страдание миллиардов, – будто рубил с плеча Консул, уверенно отчеканивая фразы.

– Но сейчас мы жестко контролируем рождаемость. Сейчас, фактически, человек не способен к естественному размножению и к вынашиванию плода. К тому же – какова была истинная цель поиска Совершенной Крови так осталась для нас загадкой.

– Соблюдение законов развития, вот истинная цель.

– Поясните, – попросил Рендел не понимая, что имел ввиду консул.

– Синусоида, восходящая вверх – экспансия и развитие. Резкий спад – война. Медленное падение – стагнация. В данный момент времени – вновь подъем.

Рендел не понимал от чего консул так жестко отзывается об истории человечества, но ясно видел, что данные фразы и слова тот прокрутил в голове ни один десяток раз, пока они не нашли нужные уши.

– Но удерживая, вы лишь теряете. Человеку необходимо развитие, желание открывать, видеть, ощущать новое. Это то, что и делает нас теми, кто мы есть.

– Значит, мы уже не люди. Хотя формально так оно и есть. Мы симбионты.

– Значит, ЕП действительно существует? – спросил Рендел.

Консул немного сузил глаза, делая вид, что не понимает вопроса.

– Что значит – симбионт? – дополнил Рендел.

– Результат эволюционного приспособления к планете. Симбиоз с существом обладающим разумом, но клетки этого разума разбросаны по планете. Оно будто ее, – планеты, – сознание. Некое подобие человеческого мозга, но клетки не нуждаются в физических связях, передавая друг другу информацию волнами, – ответил консул.

Спиц сказал:

– Волновая природа взаимодействия. Осталось выяснить физику процесса.

– Какова природа волн? – спросил Рендел, понимая, что данная информация позволит приблизить возможность приобщиться к инфосфере собственным сознанием.

– Нереальная с точки зрения вашей физики, но реальная с точки зрения вселенной, – коротко ответил консул, хитро улыбаясь.

– А точнее возможно рассказать? Нет, если это составляет какую-либо тайну, то я не буду настаивать.

– О, я уже сказал, что вскоре тебе станет доступна инфосфера, а она общая для всех. А длина промежутка времени до наступления данного момента сугубо на вашей совести.

Ренделу не понравилась манера, в которой ответил консул. Они будто стали друзьями, что знают друг друга с детства и провели ни одну тысячу часов за личными разговорами.

Свободный исследователь кивнул принимающей стороне, и они отвернулись каждый к своему окну, до конца поездки не проронив ни слова.

Автомобиль выехал на обширное свободное от высоких деревьев, но засаженное невысокими кустами, пространство. Ровно в середине стояло четырехэтажное округлое здание пирамидальной формы. Бледно-серый цвет придавал ему некое чувство отторжения и неприязни. Если это было место, в котором решались судьбы мира, то окрас выбран явно неверный, подумал Рендел.

Некоторое количество времени они неспешно ехали по кольцу, затем повернули вправо и по ровной дороге добрались до бледного строения. Автоматическая дверь пропустила их внутрь и по крутому спуску делегация спустилась на уровень закрытой парковки.

– Наша остановка. В зале для совещаний все уже готово и ожидают лишь нас.

Рендел кивнул. Двери автомобиля открылись без посторонней помощи, впустив немного затхлый, влажный и прохладный воздух помещения.

– Нам сюда, – указал консул на небольшую двустворчатую дверь с красивыми металлическими ручками.

– Хорошо, не будем заставлять людей ждать, – сказал Рендел, быстро зашагав в указанную сторону. Консул еле успевал за гостем, делай два шага на один его.

Пара рослых мужчин открыла им двери изнутри, пропустив делегацию в небольшой коридор. Консул и Рендел шли вперед, а остальные, так же парами за ними. Во всю длину коридора пол покрывал трехцветный ковер, а стены на высоту в полтора метра были окрашены в светло-синий цвет. Квадратные лампы интенсивно излучали белый свет. Приглушенный ковром топот отдавался эхом от стен.

Далее они вошли в просторное прямоугольное помещение, в центре которого стоял овальный стол, на котором, в свою очередь, стоял округлый стеклянный аквариум с сидящим на стуле человеком внутри. Человек не подавал признаков жизни, а его окутывали белые тонкие нити, словно неизвестный паук пытался обернуть свою добычу, но ему не хватило времени или сил. Казалось, что заключенный в аквариуме, лишь придремал, склонив голову вниз и оперев ее о правое плечо, но что-то подсказывало Ренделу, что тот мертв.

Консул вежливо отодвинул деревянный стул с высокой спинкой и мягким тряпочным седалищем. Свободный исследователь сел, придвинувшись ближе к столу. Ножки стула лязгнули по полу, и звук эхом отскочил от стен, немного сконфузив Рендела.

Делегация рассаживалась по свободным местам и, когда последний стул оказался занят, консул встал и торжественно произнес: