Глава 11

Корабль пробивал атмосферу шестой планеты, образуя конус плазмы впереди себя. Своё судно Рендел именовал «Серебряная Стрела». Это было сто второе приземление на его счету, и корабль никогда не подводил. Данный раз не стал исключением.

Спиц выровнял корабль и выбрал необходимую скорость, так чтобы прибыть в Дэа ровно к назначенному времени. Местные жители перемещались на дальние расстояния, используя аппараты, напоминающие планетарные перевозчики, вот только двигатели сжигали топливо, а не преобразовывали электрическую энергию в гравитационные волны. Поэтому была выбрана высота заведомо большая, нежели максимальная для имеющихся данных средств перемещения.

Рендел всё ещё размышлял о судьбе цивилизации на шестой планете. Каким образом они законсервировали себя в сегодняшнем состоянии? Или они впали в каменный век и лишь сейчас вернулись в некое состояние развитости? Вопросы требовали ответов, но их получение могло затянуться надолго.

Тихий шум заложил уши. Сначала он походил на некую древнюю радиопередачу, что терялась в не менее древнем приемнике. Затем шум усилился, заполнившись лязганьем, стуком, повышенными и низкими частотами. В какой-то момент его стало невозможно терпеть, а следом Рендел смог различить в нём голоса на неизвестном языке.

— Что это? — на силу спросил Рендел. Шум сразу стал значительно тише, но всё ещё отчётливо слышался.

— Природа неизвестна. Источник — нейроинтерфейс анализатора. Пытаюсь заглушить его.

— Подожди. Он уменьшается. Это будто голосовая связь посредством пары. Пробуй параллельно переводить.

— Это невозможно. Запоздание будет более пяти секунд. Необходима глубокая интерпретация, а фильтр отсутствует, что и вызывает задержку.

— Делай фильтр.

— Работаю, но ничего по времени обещать не могу.

Рендел попытался мысленно уменьшить громкость неизвестного сигнала, и у него получилось. Затем он выключил его совсем и сразу включил. Поигравшись с громкостью и оставив её на минимуме, он обратился к Спиц:

— Продолжай полностью обрабатывать этот сигнал. Вероятнее всего — некая ноосфера или техносфера местного человечества на основе неизвестной технологии.

— Данная древняя теория так и не подтвердила своё право на жизнь.

— Бесконечность... Вероятность...

— Не нулевая, — закончил Спиц.

— Будет ещё один шанс проверить её.

— Ноосфера — предположительно высшая стадия эволюции биосферы, становление которой связано с развитием общества, оказывающего глубокое воздействие на природные процессы, — будто читая лекцию, произнёс Спиц.

— Мы живём в нечто подобном.

— С точки зрения данной теории — нет. Мы искусственно связали сознания, не образовав каких-либо сфер.

— И что у нас получилось? Не ноосфера ли? Только с поправкой на галактические масштабы? — спросил Рендел.

— Даже формально и натянуто получившаяся сеть не подходит к теории, — парировал Спиц, оставив машину и человека при своём мнении.

Далеко внизу проносились озёра, что казались лужами; горы, что виделись камнями; тёмно-зелёные острова, что окаймлялись серыми или жёлтыми простынями. Планета была скудна на биологическое разнообразие в ЭК, и всё это, как и тёмно-зелёная растительность, — результат деятельности человека уже после её окончания. Может, ЕП и позволил создать ноосферу, что объединила людей и позволила выжить в суровых условиях, а затем преобразовать эти условия существования под себя, облегчив их до приемлемого уровня? Но что тогда остановило это развитие?

— Некий человек желает связаться с вами, — сказал Спиц. Рендел вскочил с кресла, готовый приступить к исполнению своих прямых обязанностей. — Присядьте, имеем лишь аудиосвязь, и то в виде сообщения. Его имя — консул Шерп. Консул — должность. Некий руководитель всепланетного Совета, если переносить на нашу иерархию.

Рендел разочарованно сел на кресло, а волнение вновь подступило к горлу комком.

— Свободный исследователь Рендел-2 Раст. Рады приветствовать тебя от имени всего живого планеты Верайшик. Следуй указанию диспетчера при совершении посадки.

— Ты синтезировал голос? — обратился Рендел к Спиц. Он перестал говорить и использовал мысли, так как посчитал, что сознание восстановилось и готово работать на полную мощность.

— Используйте голос, так как мне нужно создать фильтр, а сортировка ваших обращений ко мне занимает время. Да, на основе полученного сообщения.

— Странно, — сказал Рендел. — Человеческий.

— А вы что желали услышать? Прошло не так много времени, чтобы эволюция сделала нас разными.

— Ожидания вновь не оправдались.

— На данный момент можно сделать вывод, что местный язык есть видоизменённый временем язык Эпохи Крови. Сходство далёкое, но прослеживается чётко.

— Значит, и маску ты подготовишь отличную, — констатировал факт Рендел.

— Да, тем более что появилась возможность считывать информацию с неизвестного источника сигнала на нейроинтерфейсе.

Корабль быстро терял высоту, приближаясь к пункту назначения. Рендел перешёл в режим максимальной связанности. Обзор его глаз будто кратно вырос и теперь наблюдал за всем, что происходит вокруг корабля. Спиц возмущался, что данное соединение удесятерит сложность сортировки, но свободный исследователь не слушал его, желая «собственными глазами» видеть новый мир.

Тёмно-зелёная растительность покрывала всю плоскость под кораблём, уходя за горизонт; на небе жёлтые облака неслись по своим делам, а серый спутник планеты то скрывался, то появлялся из-за них, показывая свою щербатую от глубоких язв поверхность.

В океане зелени стали проглядываться серые плоские прямоугольники домов и полосы дорог, что делили город на одинаковые квадраты. По ним катились разноцветные средства передвижения, что Спиц назвал «автомобили». Сам город тонул в зелени и был похож на города, в которых «большое» человечество проживало в данное время. Хотя в данный момент люди не строили огромных агломераций, стараясь существовать на станциях и «мёртвых» планетах. Живые, населённые собственной флорой и фауной миры использовались как санатории для отдыха и исследования диковинных существ, а также для строительства лабораторий. Человечество давно приспособилось к космосу и считало его своим домом, не испытывая дискомфорта от пустоты и тяжелейших условий некоторых, особо ценных на необходимые цивилизации полезных ископаемых планет. Теперь люди не посещали планеты земного типа до достижения совершеннолетия — двадцати одного года, и считали бескрайний космос, агрессивные атмосферы и радиационные пустыни, нещадно поливаемые потоками смертоносных частиц местной звезды, своим по праву рождения местом. Местом, которое человеческий мозг переиграл, сподобившись существовать, а скорее даже жить, в совсем ему несвойственных условиях. Ускорив эволюцию в тысячи раз и перейдя на следующую, искусственно созданную ступень существования, люди расширили свой ареал обитания до предельных значений.

Впереди показалась обширная территория, свободная от зелени и закатанная ровными чёрными полосами в определённом порядке. Близ полос располагалось невысокое, но длинное здание, что Спиц нарек «аэропорт».

Корабль плавно подошёл к месту приземления и аккуратно опустился на выделенное посадочное место. Опоры раскрылись, но не впились в ровное покрытие, позволив Спиц отключить двигатель и не возмущать местность гравитационными волнами.

Отключившись от корабля, Рендел встал и вытер с гладкой головы каплю пота, что появилась от волнения и теперь направлялась в сторону лба. Затем натянул на ноги высокие сапоги и продолжил прохаживаться по кабине.

Делегация на десятке чёрных автомобилей и двух автобусах уже мчалась от длинного здания в сторону корабля.

— Успокойтесь, Рендел. Будете действовать по обстоятельствам.

— Если брать за основу волнения знание истории нашей цивилизации, то успокоиться невозможно.

— Аналогии ложны. Эти люди, вероятно, вновь прошли путь от каменного топора до двигателя внутреннего сгорания и решили национальный вопрос, ассимилировавшись до единой национальности.

— Может, шлем надеть? Объясню, что воздушная смесь непригодна для нас, — предложил Рендел.

— Она отлично подходит. Правда, имеется большое содержание микроскопических частиц, образовавшихся вследствие активного сжигания ископаемого топлива, но ваш организм выдержит и куда более плачевное состояние окружающей среды.

— Надежда не оправдалась. Думаю, пока микродронов не стоит запускать, как бы ни велико было желание. Если местные засекут, а они засекут, могут возникнуть сомнения в наших добрососедских намерениях.

— Полностью с вами согласен. Временно обойдёмся данными со спутников и сканеров.

Делегация встречающих подъехала к кораблю. Из каждой машины быстро вышло по два человека и десятка два из автобусов. Примерно одна треть из встречающих была представлена женщинами. Головы мужчины стригли коротко, но аккуратно. Тела прикрывали старомодные, строгие, серые костюмы с белыми рубашками, а ноги — чёрные, идеально начищенные туфли. Женщины носили подобные мужским костюмы, но отлично подогнанные по фигуре и красиво на них смотревшиеся, а их волосы были собраны в крепко затянутые хвосты. Что сразу бросалось в глаза — комплекция представителей человечества. Все высокие, подтянутые, что контрастировало с известной Ренделу историей цивилизации. В подобное время у людей часто наблюдался избыточный вес из-за неправильного питания, реже из-за болезней, что плохо или совсем на то время не лечились. Здесь же собрались спортсмены, не просто следящие за собой, а соблюдающие строгий режим жизни.

Делегация стояла у корабля с той стороны, у которой не было двери, и тихо перешёптывалась. На открытых лицах с приплюснутыми белыми носами, слегка раскосыми и немного узкими глазами восседали либо полуулыбки, либо мрачная сосредоточенность.

Рендел заставлял себя выйти, но сознание останавливало его, пытаясь выгадать себе мгновения на обдумывание множества вариантов развития событий.

— Вас ожидают, — сказал Спиц, будто подталкивая к выходу.

— Да-да, уже иду, — сказал Рендел и пошёл к выходу, будто его подтолкнули сзади.

— Предварительная маска языка загружена. Старайтесь не использовать слишком сложных слов, так как не всё ещё переведено. Возможны некоторые сложности ввиду отсутствия времени на детальную проверку интерпретаций и глубокого невербального закрепления.

В появившееся отверстие вошёл жаркий воздух с отчётливым ароматом чего-то произведённого из продуктов переработки нефти, перемешанный с тысячей других запахов и оценённый Ренделом в «пойдёт».

Местная звезда интенсивно поливала ровную поверхность своими лучами, разогревая её до такой температуры, что идущее от поверхности тепло ощущалось лицом. Облаков на небе не наблюдалось, и голубой небосвод заполнял лишь кусок щербатого спутника, занимающий его малую часть.

Обойдя корабль у носа, Рендел направился к делегации, которая при виде его разом замолчала и перестала улыбаться. Организм испытывал нагрев самой важной части человеческого тела — головы — и пытался интенсивно её охладить, поэтому Рендел ощущал приятную прохладу лысого черепа, когда двигался.

От делегации отделился серьёзный мужчина средних лет с густыми, но явно подстриженными бровями, слегка рябым лицом и ростом немногим ниже среднего среди встречающих. Лицо его выражало уверенность, но Рендел по глазам видел волнение в его голове, что тот пытался скрыть. От ощущения, что не один он находится в состоянии напряжения, свободному исследователю стало заметно легче, и в шаге от встречающего он остановился, непроизвольно изобразив полуулыбку на лице. Ему ответили тем же, но немного оголив крупные белые зубы с немалой щербиной между передними верхними зубами.

Неловкое молчание продлилось с минуту, затем консул Шерп сказал:

— Рады приветствовать тебя, свободный исследователь Рендел-2 Раст, на планете Верайшик. — Складывалось впечатление, что консул редко говорил либо имел какой-либо дефект речи. — Мы сохранили в веках информацию о наших далёких предках и ожидали их возвращения, но и не надеялись на столь ранний прилёт, поэтому и приём, оказанный тебе, организован на скорую руку, за что просим прощения. — Консул замялся, подбирая слова. — Прошу присесть в автомобиль и отправиться в специально отведённое для визита помещение.

Спиц будто шептал на ухо, боясь, что его услышат:

— Вам необходимо ответить взаимной вежливостью и проследовать за консулом.

Рендел подал правую руку, так как ни один раз видел такое приветствие в прошлом. В ответ ему кивнули и пожали её, ещё более оголив зубы.

— Человеческая цивилизация приветствует своих собратьев, потерянных после Эпохи Крови. Данная встреча казалась нам невозможной, но всё же мы надеялись, что она произойдёт. Рад, что именно мне выпала такая честь, и я сделаю всё, что в моих силах, ради воссоединения людей всех потерянных галактик. — Маска сработала отлично, переводя в обе стороны и позволяя говорить на доселе неизвестном языке, что удивило консула.

Как только Рендел заговорил, ему стало гораздо легче. Этот момент он представлял за свою жизнь в сотнях вариантов, и ни один из них не оказался верным. Самый простой совет от Спиц — «действуем по обстоятельствам» — выиграл у сотен часов, проведённых в фантазиях и придумывании диалогов. Вот только сказанная фраза — «воссоединения людей» — теперь показалась ему преждевременной и произнесённой невпопад. И это он заметил по глазам консула, что выдавали не только его мысли, но и состояние. От идеального зрения, модифицированного, готового к выживанию в экстремальных условиях, невосприимчивого как к естественным, так и искусственным пагубным вирусам и бактериям, не могли скрыться фокусирующиеся зрачки и сдержанные подёргивания мышц лица, что не воспринимаемы обычным взглядом.

— С моей стороны, я буду всеми имеющимися в моём распоряжении средствами помогать нашему сближению, — сказал консул более сдержанно, чем Рендел, и, немного повернув тело влево, указал рукой на автомобиль. Гость кивнул на приглашение хозяина.

— Нам далеко перемещаться? — спросил Рендел, когда они отправились к автомобилю. Делегация разделилась на пары, и первая шла за ними в отдалении пяти шагов.

— Здание управления планетой находится в тридцати минутах езды. Формально — недалеко, — ответил консул, улыбаясь.

— Корабль... Будет ли возможность переместить его ближе к зданию? Это мой дом, и мне бы не хотелось оставлять его здесь. Это ведь не проблема? Или население планеты не в курсе моего приземления? — аккуратно готовил возможные пути для отступления Рендел.

— В курсе. Инфосфера общая для всех. Мы не можем делить информацию по каким-либо ограничениям, — ответил консул, удивившись. — А... насчёт корабля можешь не волноваться — никто его не тронет. Я не знаю, какую гарантию тебе дать, но могу дать своё честное слово, — последнее консул произнёс так, будто ничего твёрже и сильнее во вселенной не существует.

Рендел мысленно обратился к Спиц:

— Инфосфера — ноосфера. Просто разные слова.

— Возможно и вероятно, учитывая бесконечность вселенной, — огрызнулся Спиц.

— Я не волнуюсь, — продолжал диалог с консулом Рендел. — Корабль действительно мой дом. Свободные исследователи всю жизнь проводят в космосе, а корабли создаются специально под нас, и для каждого свой, в единственном экземпляре.

— Хорошо-хорошо, мы найдём место у здания, — сказал консул и остановился. — Корабль может перемещаться без тебя?

— Да, — сказал Рендел и сделал движения в сторону транспорта, не желая задерживаться. — Но только пока я жив и связан с ним, — последнее являлось полуправдой.

Когда они уже присаживались в чёрные автомобили делегации, Спиц вновь будто шепнул на ухо:

— Фильтр создан. Он обратно совместим и может скрывать выводной поток для местной инфосферы.

— То есть они получали всю информацию от меня в режиме реального времени?

— Некоторую часть, связанную лично с вами. Соединиться с кем-либо другим через вас они не смогли, но некоторое количество попыток я отследил.

— Становится интереснее. Местные, вероятно, не так просты, как кажутся, — сказал Рендел, серьёзно задумавшись над произошедшим.

— Выводы не подкреплены доказательствами. Последняя попытка произошла в самом конце контакта с ЕП. Так что, возможно, они были случайностью, не стоит делать столь далеко идущие выводы. Со слов консула выходит, что все люди присоединены к единой инфосфере, и это была лишь «автоматическая» попытка подключить новое «устройство».

— Я на это очень надеюсь, — закончил диалог Рендел, осознавая, что проявление излишней осторожности действительно необходимо.