– Я так и знал. Ты счастлива?
– А что такое счастье?
– Ты права, – сказал смущенно Клерфэ. – Кто знает, что это такое? Может быть, держаться над пропастью.
«Снизу небо кажется сейчас серым и печальным, – подумала Лилиан, – а здесь оно переливается, как перламутр. И опять все зависит от того, откуда смотришь, – вот какие простые уроки дает нам иногда жизнь».
Может быть, думал я, может быть… Вечно встревает это слово, без которого теперь нельзя обойтись! В нем – утраченная уверенность, утраченная всеми уверенность во всем…
Они еще писали и произносили речи, а мы видели лазареты и умирающих; они называли служение государству самым главным, а мы уже знали, что смертельный страх сильнее
Приказ сделал эти тихие фигуры нашими врагами; приказ мог бы превратить их и в друзей. Где-то за столом несколько человек, которых ни один из нас знать не знает, подписывают некий документ, и на годы наша главная цель – то, что весь мир обыкновенно считает презренным и заслуживающим наивысшей кары.