Цитаты из книг автора «Эмили Бронте»

радуюсь больше, чем за себя, а как мое собственное естество. Так что не говори мне снова о нашей разлуке, это невозможно, и…

Какая была бы польза от создания меня, если бы я полностью была заключена лишь в себе самой? Мои самые величайшие страдания – это были страдания Хитклифа; я наблюдала и чувствовала каждое из них с самого момента их появления. Мои самые величайшие помыслы в жизни – это он сам. Если бы все остальное погибло, а он остался, я бы все еще продолжала существовать. А если бы все осталось, а его не стало, то вселенная превратилась бы в огромного чужака, и тогда мне не будет казаться, что я ее часть. Моя любовь к Линтону напоминает листву на деревьях, время изменит ее, я это прекрасно понимаю, как зима меняет деревья. Моя любовь к Хитклифу похожа на вечные камни под земным покровом. Они – источник радости, малозаметный источник, но такой необходимый. Нелли, я – это Хитклиф! Он всегда, всегда в моей душе! Не как удовольствие, не как кто-то, за кого я

И не потому люблю, что он такой статный, Нелли, а потому, что он больше я, чем я сама. Из чего бы ни были сделаны наши души, его душа и моя – это одно и то же, а душа Линтона настолько отлична, как лунный свет отличается от молнии, а мороз от пламени.

что он больше я, чем я сама. Из чего бы ни были сотворены наши души, его душа и моя – одно;

Я бродил вокруг могил под этим добрым небом; смотрел на мотыльков, носившихся в вереске и колокольчиках, прислушивался к мягкому дыханию ветра в траве – и дивился, как это вообразилось людям, что может быть немирным сон у тех, кто спит в этой мирной земле

Он тебе нравится, Эллен? – Нравится?! – вскричала я. – Молокосос, заморыш, да еще с прескверным характером

У Кэтрин был удивительно извращенный вкус, если она, хорошо его зная, так им дорожила

Сведи меня с ума, только не оставляй меня в этой бездне, где я не могу тебя найти!

Как вы думаете, сэр, достигают такие люди счастья на том свете? Я много бы дала, чтоб узнать.

однако начало ее жизни было таким же одиноким, каким будет, верно, и конец.