А я пока жива, – мелькнуло у меня, – а чувствую себя так, словно почти не отличаюсь от этого кошмарного безжизненного трупа, лежащего в заброшенном сквере
«Я плачу тебе деньги, а значит, имею право распоряжаться по своему усмотрению тобой, твоей жизнью, семьей и всем, что у тебя есть, а не будешь слушаться – я тебя уничтожу».
внизу. На мгновение я подумала, что родители с детства правильно подготовили меня к тому, что половой жизнью я должна жить осознанно и без ненужного страха.
Люди умирали от антисанитарии, коррупции и произвола, но продолжали послушно голосовать за политиков, превративших их жизнь в кошмар. Сойдя с поезда, я ловила себя на мысли, что с опаской передвигаюсь по тем местам, где выросла, и стараюсь изъясняться исключительно на диалекте, как бы давая окружающим понять: «Я своя, не причиняйте мне зла!»
Он довольствовался тем, что просто смотрел на нее, как будто и жил только ради того, чтобы приходить по вечерам домой, сидеть с ней на кухне и слушать ее разговоры
У Роберто был широчайший кругозор, он постоянно переходил от одного к другому. Он связывал воедино небо и землю, все знал, соединял в одном рассуждении примеры, истории, цитаты, теории, а я старалась не отставать от него,