городе были свалки, которые назывались карбонарными ямами. В них свозили трупы животных, в них стекали воды с нечистотами. В Неаполе карбонарная яма с древних времен располагалась как раз там, где сегодня стоит церковь Сан-Джованни-а-Карбонара. Вергилий в свое время писал[6], что здесь, на пьяцца Карбонара, устраивали ioco de Carbonara – гладиаторские игры, которые проводились не ради morte de homini come de po è facto[7] (Лиле нравился староитальянский язык, и она с видимым удовольствием приводила цитаты на нем), а для того чтобы испытать li homini ali facti de l’arme[8]. Но игры скоро закончились. Там, куда раньше сбрасывали животных и отходы, стали проливать человеческую кровь. Кажется, именно здесь изобрели игру в метание камней, в которую и мы играли в детстве: помнишь, как Энцо засадил мне в лоб – у меня до сих пор шрам на этом месте, – а потом расстроился и подарил мне венок из рябины? Потом от камней перешли к более серьезному оружию, и пьяцца Карбонара превратилась в площадку, где проходили смертоносные схватки. Нищие и богачи собирались по