Цитаты из книг автора «Джон Бойн»

он решил держать язык за зубами. Пусть это будет его тайной. То есть его и Шмуэля, их общей тайной.

до чего же мал ростом и тощ его новый друг.

Маму от нас забрали, а папу, Иосифа и меня поселили вон в те бараки. С тех пор мы здесь и живем.

Когда нас наконец высадили, на улице было очень холодно, и нам пришлось идти пешком.

запихнули в грузовик и отвезли на вокзал, там мы сели в поезд… Шмуэль умолк, закусив губу. Бруно показалось, что он сейчас заплачет, и он не понимал почему.

Несколько месяцев мы ходили с повязками на рукаве. А потом опять все изменилось. Возвращаюсь домой, а мама говорит, что мы больше не можем жить в нашем доме…

нам сказали, что мы больше не можем жить в нашем доме, нам пришлось переехать в другой район Кракова. Там солдаты построили высокую стену, и мама, папа, брат и я, все стали жить в одной комнате. – Все вместе? – переспросил Бруно. – В одной комнате? – И не только мы. С нами жила еще одна семья, те мама и папа все время ссорились, а их старший сын, здоровый такой, бил меня, даже когда я ничего плохого не делал.

– А потом все изменилось. Как-то я вернулся домой из школы и увидел, что мама шьет для нас нарукавные повязки и рисует на них звезду. Вот такую.

Вот что я тебе скажу, – начал Шмуэль. – Я знаю только одно: раньше мы с мамой, папой и моим братом Иосифом жили в небольшой квартирке над мастерской, где папа делал часы. Каждое утро мы завтракали в семь часов, потом шли в школу, а папа чинил часы, которые ему приносили, и мастерил новые. Однажды он подарил мне очень красивые часы, но у меня их больше нет. У них был золотой циферблат, и каждый вечер перед сном я заводил их, и они всегда показывали точное время.

…Нет другого выхода, если мы не хотим, чтобы для нас все кончилось…» – раздавался голос отца. «…Словно это самая нормальная вещь на свете, но это не так, не так…» – кричала мама. «…Иначе меня заберут и поступят со мной, как…» – возражал отец. «…И что же из них вырастет в таком месте…» – не унималась мама. «…С меня хватит, я не желаю больше слушать…» – кипятился отец.