«14 декабря» читать бесплатно онлайн книгу 📙 автора Дмитрия Сергеевича Мережковского в электронной библиотеке MyBook
14 декабря

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Бесплатно

4.55 
(55 оценок)

14 декабря

282 печатные страницы

2008 год

16+

Введите вашу электронную почту и читайте эту и еще 432 000 книг

Оцените книгу
О книге

Роман «14 декабря» – третья книга трилогии Дмитрия Сергеевича Мережковского «Царство Зверя», куда вошли «Павел Первый», «Александр Первый» и, наконец, роман о Николае Первом и декабристах – первоначально названный писателей по имени венценосного героя. Вечная тема любви и революции находит философское осмысление в произведении. Написанный в начале века, роман как бы предвосхищает события нашего сложного времени.

читайте онлайн полную версию книги «14 декабря» автора Дмитрий Мережковский на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «14 декабря» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 1918Объем: 508603
Год издания: 2008
Правообладатель
12 141 книга

Поделиться

AyaIrini

Оценил книгу

С самого начала это восстание было обречено на провал, поскольку заговорщики действовали, мало того, что нерешительно, без конца сомневались, но и знали, что в любом случае будут арестованы, поскольку их планы раскрыты. Решив, что лучше "быть взятыми на площади, нежели в постели", члены тайного общества вышли 14 декабря 1825 года на Сенатскую площадь в Петербурге с "Манифестом к русскому народу".
Буквально за день до начала восстания, Николай I подписал манифест о вошествии на престол не дождавшись официального отречения Константина. После кончины Александра I Россия присягнула Константину, но сам он, ссылаясь на тайный манифест Александра I (в котором наследником престола провозглашался великий князь Николай Павлович) и переживая, что его "задушат, как задушили отца", царствовать не хотел. В результате неразберихи с престолонаследием сразу после кончины государя и Николай и члены Государственного совета принесли присягу Константину. Константин, находившийся в Варшаве, в Петербург не спешил и в письмах к брату отказался от престола. Этот период в российской истории назвали периодом междуцарствия.
Воспользовавшись царившей суматохой, участники тайного общества на Сенатской площади пытались добиться провозглашения России республикой. В числе других требований были отмена крепостного права и выборы в органы местного самоуправления. Несмотря на благие намерения, среди заговорщиков не было единства, о чем довольно подробно написал Дмитрий Мережковский в своем романе. Кроме всего прочего, заговорщики не смогли решиться на убийство царя, да и, как они сами считали, одного государя убить мало, надо убить всех членов царской фамилии во избежание междоусобной войны. Из-за разногласий, восстание вообще грозило остаться без предводителя, поскольку "диктатор" заговорщиков Трубецкой собирался покинуть тайное общество. Исход этого бунта и его участников был предрешен. Интересно, что романтическая линия с участием Валериана Михайловича и Марьи Павловны полностью выдумана автором, но сюжета, конечно, не портит, даже наоборот - вносит толику романтики.
Мережковский создал образы благородных, готовых к самопожертвованию во имя справедливости, декабристов. Их стремление к свободе, независимости, устранению произвола самодержавной власти равно как и неприятие насильственных методов смены власти достойны уважения.

21 ноября 2020
LiveLib

Поделиться

majj-s

Оценил книгу

Что же это,
что же это,
что ж это за песнь?
Голову на руки
белые свесь.
Тихие гитары,
стыньте, дрожа.
Синие гусары
под снегом лежат.
Николай Асеев.

Что мы помним о декабристах? Страшно далеки они от народа; разбудили Герцена; Некрасов "Русские женщины"; не обещайте деве юной любови вечной на земле. Еще? Два общества: Северное и Южное; Сенатская площадь; Пущин, Чаадаев, Рылеев, Трубецкой, Пестель, Кюхельбекер, Сергей Муравьев-Апостол (имена отчего-то лучше всего помнятся)? Толстой начиная "Войну и мир" прежде полагал написать роман о декабристе, который возвращается, спустя годы, из каторги. И все.

"14 декабря" - роман тщательно и хронологически скрупулезно восстанавливающий подробности декабрьского восстания. Большая часть подготовки: собрания, заседания, трескучие фразы, коими заговорщики обосновывают необходимость цареубийства; непримиримые, на первый взгляд, противоречия между "Русской правдой" Пестеля и конституцией Муравьева; сословно-имущественный дисбаланс между членами Союза благоденствия и Южного обществом - все это уже описано в предыдущем романе трилогии "Александр I". Так же, как биографические детали, внешность и особенности характера ключевых фигур.

У любого события есть причина и внешний повод, который служит толчком к началу. Катализатором этой ситуации стала чехарда с престолонапследием после смерти Александра I, не оставившего за собою наследника.Формально трон должен был перейти к старшему в роду, цесаревичу Константину Павловичу. Который склонности править не имел и еще при жизни Александра отрекся в пользу третьего августейшего брата Николая, а все три с лишним месяца (!), прошедшие со смерти царя и до его похорон. находился в Варшаве. Николай, в свою очередь, тоже не рвался взваливать на себя бремя власти и надеялся, что Константина все же принудят воссесть на престол. Ощущал себя фельдфебелем, а не государем, на царствие на готовился и позже войдет в историю под именем Николая Палкина (прозвище. красноречиво свидетельствующее о фельдфебельских методах правления).

Нет царя, но есть разветвленный многофигурный заговор, исполнители которого люди решительные и привыкшие повелевать. И есть многие основания полагать, что о заговоре известно, а новая власть, буде утвердится, не станет так либеральничать, как прежняя. Ту привыкли называть "тиранством", но на деле Александр проявлял неслыханную снисходительность. Днем восстания решают сделать дату принесения присяги новому правителю, используя павовую вилку "мы не станем присягать самозванцу", три полка приведены были на Сенатскую площадь, выстроены в каре (сильная, практически неуязвимая позиция в условиях города). Правительственные войска подтянуты, но пролить кровь на заре царствования Николай I не решается. Толпа симпатизирует бунтовщикам.

И вот тут впервые за три книги недостатки Мережковского-рассказчика оборачиваются достоинствами. Он многословен и тяготеет к незначимым деталям и, может быть, излишне сентиментален. Подробная хронология событий четырнадцатого декабря - время его триумфа. Четко и протокольно точно восстановленный день. Кто где стоял, кто что сказал, попытки переговоров; убийство Каховским Милорадовича; переход Якубовича на сторону власти; взаимная нерешительность и упускаемое преимущество во времени из-за нежелания кровопролития. Зимний питерский день, переходящий в ночь; стояние на морозце без провианта и (пардон) сортира; толпа вокруг жаждет грабежей и погромов.

И уже под утро орудийные залпы. Первый поверх голов, но сразу за ним боевой. Убитые, раненые, вопли, стоны, давка в толпе. Запоздалая картечь со стороны заговорщиков, невский лед проседает и ломается под весом. Потрясающей силы утренняя сцена с мытьем и катаньем. Герой, князь Голицын, очнувшись после контузии, возвращается на площадь и слышит многие непривычные звуки. Это скребут и замывают кипятком от крови, присыпая после свежим снегом, следы вчерашнего восстания. А тела сбрасывают под лед. Некоторые застревают в наспех выбитых прорубях, так и оставляют - вмерзшими. Трагическая картина мощи необычайной.

Не думаю, что много найдется читателей, чей интерес к неактуальным ныне событиям и не самому популярному из авторов пересилит инерцию, но в эпизодах восстания это того стоит. После, следствие, заключение, казнь - материализация мерзейшей мощи во всех ее ипостасях: от государственной машины подавления до иезуитской беспринципной хитрости, умело играющей на душевных струнах жертв. Это наша история, моя и ваша и теперь я знаю о ней чуть больше. Стоило читать.

10 марта 2018
LiveLib

Поделиться

Toccata

Оценил книгу

C'est trop. Могли бы и расстрелять (с)

Странная вещь, что почти все наши грезы оканчивались Сибирью или казнью и почти никогда – торжеством, неужели это русский склад фантазии или отражение Петербурга с пятью виселицами и каторжной работой на юном поколении?

Александр Герцен

Где мои 17 лет? Мне бы прочесть этот роман Мережковского именно тогда, в то лето, когда автобусной экскурсией по Питеру мы проезжали мимо памятника казненным декабристам, и сердце внутри так участливо забилось при виде его. Тогда мой опыт знакомства с их печальной историей составляли лишь курс школьной истории и стихи Рылеева с Кюхельбекером. А кажется, что такие книги и надо читать в то время, когда только вступаешь во "взрослую" жизнь, тем более теперь, когда так далеки их и наши понятия о долге, совести, чести. Это замечательное повествование о замечательных людях - образованных, воспитанных, интеллигентных бунтарях, не умевших мириться с несправедливостью. "Сочли милостью заменить четвертование виселицей. А я все-таки думаю, что нас расстреляют: никогда еще в России офицеров не вешали", - пишет в каземате Муравьев-Апостол, в размышлениях о предстоящей казни (его запискам посвящена целая глава).

Кроме того, в книге представлено порядочное количество исторических личностей: члены Северного и Южного тайных обществ, понятное дело, и о них позже, но еще Карамзин, Кутузов, Татищев, Бенкендорф, Сперанский... В связи с делом декабристов они предстают в совершенно ином свете, не как имена из школьного учебника, а действительные, действующие когда-то люди со своими слабостями, с им одним присущими чертами, и гаснут нимбы величия над их головами, горение которых так хорошо поддерживается нашей дальностью от них и той эпохи.

Как сочувствуешь Голицыну, в тюрьме осознающему всю прелесть жизни и готового прожить еще сколько угодно и в заключении, только бы жить; Рылееву, одураченному царем; Муравьеву, не сумевшему справиться с собственным войском, восклицающему: "И вся Россия - разбойничья шайка, пьяная сволочь - идет за мной и кричит: - Ура, Пугачев-Муравьев! Ура, Иисус Христос!" Происходящее в романе описывается преимущественно через Голицина, с ним связана и любовная линия (куда же без нее?). Но в ходе повествования знакомишься с позициями, впечатлениями и всех остальных главных участников восстания. И опять, как хвалила Горького за "Мать", так похвалю Мережковского за "14 декабря": не группа, не масса одержимых идеей, а каждый - индивидуальность, как луч со своим этой идеи преломлением, да и характерами различные. Веруют в Бога Оболенский (моя главная симпатия), Голицын, Муравьев, а Пестель среди них - атеист, "математик". Одни с холодной решительностью принимают намерение убить всех членов царской фамилии и кровь будущих жертв восстания, другие - до ужаса мучимы сомнениями по это поводу.

И в этом, как по мне, сердце романа, а не в его историзме. В нашей обычной жизни тоже свои восстания, масштабом помельче, но все-таки; свои наказания, свои казематы, свои сделки с совестью, свои "выдать? - не выдать?". Этот роман был бы обязательно причислен к самым моим любимым, кабы я насладилась самим его языком, но, видимо, модернисткая литература 4 курса мешает мне теперь погрузиться в "ваши благородия".

11 октября 2010
LiveLib

Поделиться

садилась в кресло и нагревала место.
13 мая 2021

Поделиться

Штабс-капитан Романов Третий, всенижайшее почтенье вашему здоровью – чмок!
3 марта 2021

Поделиться

Комендант Сукин – прекрасный человек, но какая фамилия – если у него сын, то и назвать неприлично
6 ноября 2020

Поделиться

Автор книги