Глава 5

Кристиан

Я яростно бью по боксерской груше.

После панической атаки Даниэлы весь следующий день кажется чёртовым адом.

Бокс – ещё одна вещь, которая помогает усмирить монстра, сидящего внутри меня. Несмотря на то, что я нахожусь в своём домашнем спортзале уже несколько часов, странное чувство не покидает меня. Оно раздражает так сильно, что, вспоминая о нём, я начинаю бить по груше с неимоверной силой.

– Лучше бы ты делал это в перчатках, – в проёме двери оказывается Адриан. – Серьёзно, хватит колотить мешок, тебя ждут.

Я в последний раз ударяю по груше и перевожу вопросительный взгляд на друга. Он стоит в метре от меня, облокотившись на дверной косяк. Скрестив руки на груди, он смотрит в упор, стараясь считать эмоции с моего лица.

По тому, как он хмурится, я могу предположить, что у него не выходит.

– Кто?

– Русские.

Чёрт.

Русская мафия – бессмертна. Это неоспоримый факт и причина, по которой мы с ней сотрудничаем.

Измайловская Братва является самой сильной в России. Её Лидер – Роман Громов, влиятельный человек в мире мафии. Его имя известно в каждой стране. Его нутро полностью соответствует его фамилии: опасный, безжалостный, грозный.

Люди считают, что нужно сторониться меня, и это правильное решение. Но если речь идет о Громове – лучше не попадайтесь ему на глаза. Никогда не смотрите на него и не обращайтесь к нему по имени, и тогда, может быть, он оставит вас в живых.

– Он приехал один? – спрашиваю я у Адриана, прежде чем войти в свой кабинет, в котором меня уже ждут.

– Нет, он с Таисией.

Я останавливаюсь.

– Чёрт.

Таисия Громова – дочь Романа. Властная, жестокая особа, под стать своему отцу. В будущем одно из самых важных мест в синдикате Роман должен отдать именно ей, и для Пасьянса это не очень хорошо.

Мы с ней не ладим. Могу с уверенностью сказать, что эта избалованная блондинка ненавидит меня всем своим существом, считает посланником сатаны и презирает за то, что я не поддерживаю её отца, ну… ни в чём. Я особенно против того, чтобы он втягивал её как в мафию, так и в свой бизнес. И моё мнение нашло отклик у большинства членов Братвы, даже сам Роман задумался о том, чтобы пересмотреть своё решение о её полноценном вступлении в синдикат.

Я вхожу в кабинет, и сразу после этого холодные серые глаза Романа устремляются прямо на меня. Мужчина встаёт с небольшого кожаного диванчика, оказываясь рядом со мной. Я не видел его достаточно долгое время и по этой причине искренне удивляюсь тому, как хорошо он выглядит для почти что шестидесяти лет.

Роман ниже меня, но это не мешает ему предстать передо мной привычным для него величественным образом. Он хорошо сложен, и чёрный костюм-тройка отлично подчёркивает это, убавляя несколько лет в его возрасте. Тёмные волосы практически не выдают своей седины, а выцветший шрам, который располагается над бровью и спускается аж до середины щеки, придаёт мужчине более угрожающий вид.

– Мне доложили, что в твоём доме теперь живет член группировки Данте Монтеккьо, – произносит Роман, прищурившись в своей привычной манере. Он подходит ко мне так близко, что я могу видеть ещё один маленький шрам над его губой и несколько морщин под глазами. – Так ли это, Кристиан?

Моё лицо украшает волчья усмешка.

Неужели пахан измайловской братвы боится меня так сильно, что послал своих людей следить за обстановкой в синдикате? Теперь я уверен в том, что за нами наблюдают. Что ж, пусть так. Пока что.

– Не забывайте, с кем вы разговариваете, Громов, – моя рука ложится на плечо мужчины, и я отталкиваю его от себя одним твёрдым движением, наблюдая за тем, как его лицо искажается в подобии улыбки, выдавая на всеобщее обозрение ещё больше морщин.

– Ты всё такой же глупый мальчишка, Кристиан, – Роман наигранно качает головой. – Что бы на это сказал твой отец?

На этот раз я подхожу к нему почти вплотную. Обыкновенное предупреждение. Мне не нужны слова, чтобы донести до него происходящее.

– Мы пришли сюда не за этим, отец, – и вот, в разговор вмешивается Таисия. Удивительно, как из её рта вырвалось что-то действительно стоящее, а не змеиный яд, к которому я так привык.

– Умная мысль, Тая, – я отхожу от Романа и перевожу внимание на его дочь.

Быть может, я давно её не видел, но она изменилась.

Ей всего двадцать четыре года, но несмотря на это черты её лица ожесточились и стали строже. Большие голубые глаза, которые придают девушке больше уникальности, и благодаря которым на неё обращают внимание самые успешные модельные агентства, поблекли, а круги под ними придают ей более уставший вид. Я так же замечаю, насколько сузилось её лицо. Она похудела. Впалые щеки тому доказательство.

Вероятно, Таисия устала от перелёта, но разве это про неё? Как бы избалована она ни была, и сколько бы раздражения во мне ни вызывала, я признаю, что она – выносливый боец. Подтверждением этому служит множество совершённых ею заслуг для измайловской братвы. Раньше она всегда выглядела уверенно и бодро, но сейчас…

В любом случае, я не должен волноваться.

Прошли те времена, когда я относился к ней, как к своей младшей сестре и чрезмерно опекал.

Сейчас Таисия этого не достойна.

– Так это правда? Даниэла Коэльо… – вдруг произносит девушка, и почти сразу я её прерываю:

– Да, это так.

Роман усмехается, присаживаясь обратно на диван.

Бьюсь об заклад, он думал, что я замышлял что-то против него, и забил тревогу раньше, чем я что-либо предпринял.

– Ну и почему ты не сказал нам сразу? – Таисия выгибает бровь и подходит ближе ко мне. – Ты собирался скрыть это?

– Не сказал, потому что не успел. Она здесь всего один день, а вы явились сразу, как только почувствовали потенциальную угрозу, которой, к слову, для вас нет, – я усмехаюсь, переводя насмешливый взгляд на Романа. – Надеюсь, теперь ты спокоен.

Громов сужает глаза, глядя на меня. По его реакции легко понять, что он не в восторге от происходящего.

– Судя по всему, мы многого не знаем. Но у нас есть время выслушать тебя, Варгас, – мужчина устраивается поудобнее на диване, закидывая одну ногу на другую.

Тогда я посвящаю их в эту историю полностью.

– Так не делается, Кристиан. Она – предатель, – первое, что произносит Роман после моего рассказа.

– Она ничего не знала, – стараясь сохранить трепещущее в моих венах спокойствие, произношу я.

– От неё нужно избавиться, – предлагает пахан, от чего я напрягаюсь.

Он надменно улыбается и переводит взгляд на Таисию. Улыбка спадает с его лица, когда он вглядывается в задумчивое выражение лица дочери.

– Она не виновата, отец. Не будь так жесток, – неуверенно произносит девушка. – Данте обманывал её и её брата на протяжении многих лет.

Разумеется, у Таисии есть сомнения в моей правде, но, в отличие от отца, она даёт мне шанс.

– Она пыталась навредить тебе в том казино, Кристиан. Она много лет работала на убийцу своего отца, и вряд ли правда, которую ей поведали, изменит её сознание, – Роман качает головой. – Не смей доверять ей и впутывать в это меня.

– Ты сам себя в это впутал, приехав сюда, – напоминаю я, скучающим взглядом оглядывая мужчину. Я становлюсь свидетелем того, как он борется со своей злостью ко мне, и улыбаюсь.

– Приведи её сюда, – внезапно произносит Таисия. С моего лица мгновенно спадает улыбка. – Только после разговора с ней мы поймем, нужно ли тебя поддержать или нет, – заключает она.

– Вы собираетесь устроить ей допрос? – я усмехаюсь, качая головой. – Даниэла не скажет вам ни слова.

– Таисия, – к блондинке обращается отец. – Ты поговоришь с ней.

– Нет, – чётко отрезаю я.

После того как Даниэла узнала всю правду, она проплакала несколько часов. Ей уже лучше, но это не отменяет того факта, что после произошедшего я не собираюсь подвергать её любого рода стрессу.

Только потому, что Виталина будет переживать за неё ещё больше.

Роман хмурится, его плечи напрягаются, когда он произносит:

– Ты отказываешь мне в просьбе, Кристиан?

– Именно так, – я киваю. – Ты приехал без приглашения, поэтому я не готов поделиться с тобой информацией. Если бы ты проявил терпение и не отправлял на мою территорию своих шпионов, то я бы, возможно, подумал об этом. Но так как ты делаешь всё, что тебе заблагорассудится, то это именно то, что я делаю.

Отказываю.

– Тебе есть что скрывать? – язвительным тоном спрашивает Таисия. Жаль, что она обладает гарантированной безопасностью, и я не могу задушить её здесь и сейчас. – Если так, то мы не можем обещать, что Даниэла будет в целости и сохранности.

Я раздражённо выдыхаю. Одно в Таисии неизменно – её властность. Эта девушка всегда берёт на себя слишком много обязанностей несмотря на то, что даже не занимает хотя бы какую-то должность в Измайловской Братве. Но её попытки казаться значимой в великой схеме вещей действительно забавляют.

– Ты забываешься, Таисия.

– Ты защищаешь предателя, Кристиан, – пренебрежительно заявляет Роман.

Пружина, на которой чёртов мудак прыгал на протяжении всего времени, что он здесь находится, наконец ломается и отбрасывает его в сторону.

– Следи за своим языком. Ты не в России.

– Ты знаешь её всего несколько дней, но уже сходишь с ума, – с этими словами он встает с дивана. Меня раздражает знающая улыбка на его лице. Она свидетельствует о том, что он посвящён в те дела, в которых я не разбираюсь.

– Постарайся сделать всё для того, чтобы она не сломала тебя, Кристиан.

С этими словами Роман скрывается за дверью, и мы с Таисией остаёмся наедине друг с другом.

Я не успеваю произнести ничего из условий, которые подготовил для Братвы взамен на информацию, потому что в кабинет входит Тадео.

Тадео Санчес – финансист Пасьянса, помимо этого, мой близкий друг. Его взъерошенные белокурые волосы дают понять, что он тренировался. Следом за ним плетётся Адриан, что лишь подтверждает мои мысли.

Должно быть, Тадео измучил его во время тренировки.

– Я говорил, что она здесь, – блондин насмешливо ухмыляется, глядя на мужчину. Когда он оказывается в одном пространстве с Таисией, начинается настоящее шоу. И хотя я это не приветствую, иногда за этим очень интересно наблюдать.

Адриан смотрит на Тадео свирепым, практически угрожающим взглядом, заставляя ухмылку на его лице стать ехиднее.

– Просто констатация факта.

Санчес пожимает плечами и усаживается на диван. Тем временем Адриан теряет фокус с него практически мгновенно, направляя всё своё внимание на Таисию.

– Кто у нас тут, – он усмехается, делая медленные шаги в её сторону. Вместо того чтобы попятиться назад, девушка принимает его вызов, высоко задрав подбородок и включив в игру тот самый холодный взгляд, на который способны её голубые глаза. – Помнится, я ясно дал понять, что не хочу видеть тебя здесь.

В глазах Таисии читается раздражение и неприязнь, вперемешку с тем, что я ни за что не признаю даже в собственных мыслях. Тем не менее, это замечаю только я. Она хорошо маскируется от всех, кроме меня. Как и Адриан.

– Ты не центр моей вселенной, Адриан. Я здесь не ради тебя.

Мужчина сужает глаза, глядя на Таисию.

– Разумеется, нет. Мы оба отлично знаем, кто конкретно центр твоей вселенной.

Таисия отшатывается от его слов. Она моргает несколько раз, прежде чем вернуться в прежнее, привычное для неё состояние и переводит на меня взгляд.

– Отец не успокоится, пока я не поговорю с Даниэлой. Дай мне эту возможность, и мы тебя больше не побеспокоим.

Я лишь делаю вид, что обдумываю её слова.

– Дай-ка подумать… нет.

Девушка продолжает:

– Я буду ждать её ровно через неделю в вашем клубе.

– Думаю, ты не та сторона, которая должна назначать место и время встречи. Кристиан не дал своего согласия, – подмечает Тадео, из-за чего на лице Таисии появляется странная улыбка. Не ехидная, не насмешливая.

Обыкновенная улыбка.

– Когда ты перестанешь быть занудой, Тадео?

– Думаю, что нет того дня, когда я мог бы перестать мыслить здраво, в отличие от всех вас.

– Тебя не заждались? – вдруг произносит Адриан. Он демонстративно оглядывает часы на своём запястье, но я замечаю, как другой рукой он придерживает спинку дивана, сжимая её так сильно, что его пальцы и даже костяшки побелели. – Кажется, ты здесь задержалась.

Таисия в последний раз окидывает меня взглядом.

– Подумай о моих словах.

А затем она направляется к двери. Проходя мимо Адриана, девушка задерживается и произносит:

– Ты выдаешь себя, монстр.

– Не больше, чем ты себя, дикая роза.

И вот мы дошли до прозвищ.

Та часть, когда кто-то из них не выдерживает, и они вцепляются друг другу в глотки.