17

«Есть один очень сильный и эффективный метод, с помощью которого можно с легкостью вызвать все нужные эмоции. Ревность. Я заставлю тебя ревновать», – подумала Лилит. «Только на этот раз я буду с людьми, чтобы психованный Левиафан никого не прибил!» Лилит закручивала волосы. «А что, если он не станет ревновать? Если для вампиров люди – это игрушки, то он может просто оглядеться и найти новую игрушку. Ему это будет не сложно, особенно с такой внешностью… И что тогда делать? Переломать ноги новой игрушке?»

Лилит вышла из дома и села в такси. Она направлялась в кафе. Ей срочно захотелось выпить свежезаваренного кофе и насладиться чизкейком.

Девушка задумчиво смотрела в окно на мчащиеся мимо деревья и дома, на грязно-белые сугробики вдоль дороги, на людей, бегущих по домам, греться. В сумке зазвонил телефон. Лилит посмотрела на номер: «Жаклин».

– Да! – ответила она на вызов.

– Дорогая, ты где? Я только что звонила тебе на городской, но никто не взял трубку.

– Я еду в кафе, ужасно хочу кофе. Хочешь, подъезжай к нашему любимому месту, поболтаем. Мне сейчас друг не помешает.

– Конечно! Я как раз тебе звоню, чтобы предложить встретиться, но ты меня опередила! – рассмеялась Жаклин. – У меня, кстати, к тебе будет предложение.

– Да? Интересно! Обсудим при встрече, – ответила Лилит и положила трубку. Она убрала телефон и снова погрузилась в мысли.

«Этот человекоподобный вынуждает меня играть, и эта игра очень напоминает шахматы. Только вот что интересно: когда король свергнут на шахматной доске, его убирают в коробку, и в следующей партии он снова на коне. А что, если кто-то из нас проиграет? Нас ведь нельзя убрать в коробку и снова достать, когда захочется. Хотя в одну коробку нас точно можно положить… это – гроб. Неужели он хочет закончить игру таким исходом, как смерть? Может, он меня отталкивает, потому что боится, что я проиграю? Что я упаду и никогда больше не встану? Но если он этого боится, тогда зачем начал эту игру? Его цель – провести вечность весело? А я ему нужна для этого самого веселья?»

– Мы приехали! – сообщил таксист.

Лилит расплатилась с ним и пошла в кафе. Официант проводил её к столику и начал терпеливо ждать поодаль, когда она будет готова сделать заказ.

– Решили, что будете заказывать? – спросил он через пять минут.

– Э… Кофе, пожалуйста, и чизкейк с клубничным джемом, – заказала Лилит.

– Кофе какой?

– Капучино.

Лилит сделала глоток божественного кофе и уставилась прямо перед собой, теряясь в мыслях. Входная дверь открылась, и в кафе вошла Жаклин, а за ней ещё двое парней. Первый был Марк.

«Очень странно! Жаклин второй раз с одним и тем же парнем? Да это даже не странно, это очень удивительно. Может, мне кажется? Что с ней? Заразилась слабоумием от меня?» Второй парень оказался ещё более странным. Это был Левиафан. «Проклятье! Что он тут делает? Как он оказался здесь, вместе с Жаклин, которая пришла на встречу со мной? М-да… Вообще уже ничего не понимаю!»

– Привет, дорогая! – расплылась в улыбке Жаклин. – Смотри, кого мы встретили! – она показала на Левиафана.

Он, как всегда, в своём репертуаре, стоял и улыбался, пытаясь всех сразить своей привлекательностью. Он смотрел прямо на Лилит, не моргая. Его улыбка казалась «слегка» странной, так смотрят волки на зайцев. Только они не лыбятся так, как он.

– Привет! – изобразила улыбку Лилит. – Интересно, – протянула она, – где вы нашли эту «жемчужину»?

– Было бы правильнее сказать, что это он нас нашёл. Мы с Марком стояли, ждали такси, и вдруг остановилась чёрная машина, за рулём которой оказался Левиафан. Ну, мы, естественно, предложили ему поехать с нами. О, дорогая! Он рассказал нам, какие у вас шикарные отношения, как ты его любишь и как он тебя. Оказывается, вы не можете жить друг без друга, да?

– Да неужели? – переспросила Лилит. А про себя подумала: «Ах ты, кровососущий! Ты всё знал, ты специально всё это подстроил, не так ли? Наговорил им всякой чепухи, зачем?»

Лилит улыбалась про себя и поражалась хитрым и продуманным ходам Левиафана. «Откуда ты только знаешь все мои шаги наперёд? Я это выясню, обязательно!»

– Да ладно тебе, Лилит, – вступил в разговор Левиафан с тем же сарказмом. – Скажи правду, ведь ты меня любишь!

Лилит взглянула на Жаклин с Марком. Их удивлённые, полные ожидания лица ставили её в неловкое положение. Не могла же она при всех вот так сразу сказать Левиафану о своих чувствах, особенно после того, что он сказал ей о своих чувствах к людям, в том числе и к ней.

– Жаклин, может, вы присядете? Что вы стоите тут, как вкопанные! – вздохнув, спросила она.

– Лилит. Ли-ли-т? Неужели ты меня игнорируешь? Моя милая девочка, как ты можешь так поступать со мной? За что ты так? Ты разбиваешь мне сердце! Ответь мне! – Левиафан начал разыгрывать комедию.

«Я ведь действительно разобью его тебе…» – Лилит начала раздражаться. Глядя на её гнев, лицо Левиафана засияло от наслаждения и всей нелепости ситуации. Он купался в её бешенстве, чувствовал её злость, он специально её провоцировал. Левиафан просто соскучился.

Жаклин и Марк стали невольными свидетелями только что сочинённой пьесы Левиафана. Да, не совсем изысканной, качественной и уж точно не поучительной, но мужчине она нравилась. Одно было ясно: грозный вампир, которого знала Лилит, теперь казался жертвой.

«Ты готов распрощаться с сердцем и душой, Левиафан?» – усмехнулась она про себя.

«А ты не боишься проиграть?» – как бы мысленно спросил её Левиафан, видя по её глазам, что она приняла вызов.

«Нет» – холодно взглянула на него Лилит.

– Понимаешь, Жаклин, Левиафан отвратительно себя ведёт! Он сказал, что все женщины в руках мужчины – это игрушки! Представляешь? Пустые, бестолковые куклы, с которыми они играют! – Лилит строго смотрела на искажённое от негодования лицо Левиафана. Жаклин бросила на него обидчивый взгляд.

– Я, пожалуй, лучше присяду, – закатив глаза, сказал Марк.

– А я думаю, что лучше не стоит! – сказал Левиафан, не отрывая взгляда от ядовитой улыбки Лилит. – Поехали ко мне? Все! Поехали! – заявил он.

Жаклин, которая любила расхаживать по чужим квартирам, тут же забыла об игрушечках и расплылась в улыбке. Марк так и стоял в нерешительности, чесал затылок. Лилит не знала, что ей делать. Левиафан протянул руку через стол, высыпал кучу мелочи за кофе и торт и поднял её.

– Милая, без тебя я просто не смогу уехать! – улыбнулся он и поцеловал её руку.

– Хорошо, – ответила Лилит и пошла за ними к двери.

Левиафан открыл перед ней дверь машины, усадил её на сиденье и пристегнул. Ребята сели сзади. Машина тронулась и легко покатилась в сторону пригорода. Лилит достала мобильный из сумки и начала писать сообщение:

«Это просто невозможно! Ты просто невозможен!»

«А я от тебя без ума. У нас всё взаимно, дорогая.»

«Левиафан, ты не вампир… ты – упырь!»

У Левиафана завибрировал телефон, он прочитал сообщение, хмуро взглянул на Лилит и ответил: «Я больше, чем упырь! И я дам тебе возможность в этом убедиться!»

Лилит посмотрела на него почти безнадежным взглядом и сказала вслух, но тихо:

– Поздно, я уже убедилась…

Оставшуюся дорогу они ехали молча, изредка бросая взгляды друг на друга. Краем глаза Лилит любовалась сидящим рядом мужчиной, подглядывала, как легко он переключает скорости, как плавно тормозит, как хмурится и щурится, разглядывая очередного имбецила за рулём, творящего на дороге не пойми что. Она смотрела, как блестят его глаза, в которых словно в зеркале отражалось зимнее солнце и бегущая впереди дорога. Каждый брошенный взгляд она скрывала, каждый вздох в его сторону – всё должно было быть тайком… Но Левиафан всё видел.

Он сам смотрел на девушку, как на изысканную картину, которая принадлежала ему. Может, Лилит и не знала, но Левиафан был сентиментален до кончиков пальцев. Ему хотелось укрыть заботой эту девушку, отдать ей всё, что она захочет, потому что ему просто хотелось смотреть, как она улыбается, как блестят её глаза, как она пристально прожигает его взглядом, в котором читались слова любви. Но сама она оставалась немой, потому что слишком гордая и застенчивая для признаний.

А Жаклин с Марком что-то бесконечно обсуждали между собой. Точнее, Жаклин обсуждала, а Марк соглашался.

Дом Левиафана находился за городом, примерно в сорока минутах езды. Это был не просто дом, а скорее особняк.

Апартаменты были что надо – просторные, светлые и буквально на природе. Там было около пятнадцати комнат для гостей, и это только спален. Несколько гостиных, в каждой комнате ванная и туалет. В задней части дома располагался бассейн. Всё здание, и внутри, и снаружи, было оформлено в тёмных тонах. Утончённая старомодность в сочетании с готическим стилем архитектуры. Психологически тяжёлая цветовая гамма, но с дизайнером не поспоришь.

Ребята остановились у огромной входной дубовой двери. Вампир украдкой бросил взгляд на свою девушку. Она задумчиво смотрела в пол, не обращая внимания ни на что.

Левиафан открыл дверь и жестом пригласил всех войти. Лилит взглянула на Жаклин, чувствуя, что подруге может понадобиться помощь. Так оно и было. Жаклин, чуть ли за сердце не хватаясь, держалась за косяк.

– О Боже, Левиафан! Ты правда… правда живёшь здесь? Это действительно твой дом? – задыхаясь, спрашивала она.

– Да, это дом моих предков, они когда-то жили в этой стране, – соврал вампир.

На самом деле, когда Левиафан рассказывал Лилит о своих гуманитарных достижениях, он не упомянул о материальных. За почти пятьсот лет существования у Левиафана было множество возможностей накопить деньги, и он не раз ими пользовался. Он купил этот дом пару месяцев назад, потому что привык жить в роскоши. И не смог себе отказать в этом даже здесь, решив не обойтись двух– или трехкомнатной квартирой. Ему всегда нравилось и очень льстило, что женщины смотрят на него не только как на сексуальный объект, но и как на обеспеченного мужчину.

То же самое происходило и сейчас… но не с Лилит. Её либо действительно не интересовал весь этот шик, либо она очень умело притворялась. Она прошла в гостиную, даже не посмотрев на комнату в целом, и смотрела только перед собой.

– Что у тебя есть выпить? – спросила она его, вместо того чтобы расхваливать весь дом.

– А что желает дама? Думаю, у меня найдётся всё! – Левиафан взял её за руку и посмотрел ей в глаза. Лилит не выдержала и улыбнулась, сказав, что дама желает бокал рома с лимоном и со льдом.

«Ты, маленькая стерва! Я так и думал! Ты знала, что у меня есть любая выпивка, разной выдержки, но ты также знала, что у меня нет еды в доме! Я рассчитывал обойтись заказом пиццы!» – злобно подумал про себя Левиафан.

– Сейчас будет, милая! – пропищал он тонким голосом, расплываясь в злобной улыбке. – Кто-нибудь ещё хочет апельсины, мандарины или какие-нибудь другие фрукты или овощи? – с долей иронии спросил он Жаклин и Марка.

– Нет, спасибо. Мы просто выпьем, а если что, закажем что-нибудь, – ответила Жаклин.

«Ну, хоть у кого-то в голове присутствуют здравые мысли!» – рявкнул про себя Левиафан.

– Хорошо, вы пока располагайтесь, где вам будет удобно, а я скоро вернусь! Всем, значит, ром, а вам, леди, ром с лимоном?! – уточнил он нервно.

– Да, всем ром, – ответил Марк.

– А мне, сэр, с лимоном, – твёрдо сказала Лилит.

Левиафан выскочил за дверь и понесся, словно ветер, в ближайший магазин, так быстро, как никогда раньше не бегал. «Чёртов лимон!»

– Что это щелкнуло? Дверь? – спросила Жаклин, озираясь по сторонам.

– Да нет, это, наверное, холодильник, – успокоила её Лилит. Она-то ведь знала, что сейчас Левиафан несётся со скоростью света за лимоном, проклиная всех и вся.

– Лилит, дорогая! У него шикарный дом! Я бы… – но Жаклин не смогла договорить.

– Жаклин, что бы ты ни думала – это неважно! Важно то, что я! Если мне понадобится твой совет, я спрошу тебя об этом, хорошо? А сейчас давай поговорим о чём-нибудь другом, – отрезала Лилит.

– Хорошо, милая… Я просто… – попыталась оправдаться она.

– Жаклин! – прикрикнула Лилит. – А почему Марк такой молчаливый?

– Ой, – сразу же заулыбалась Жаклин. – Просто очень стеснительный.

– А вот и ром! Сударыня, а вот и ваш ром с ли-мо-ном! – почти по буквам произнёс он это слово, Левиафан.

– О, благодарю! – улыбнулась ему в ответ Лилит.

Две парочки разговаривали почти до двенадцати ночи, когда Жаклин поняла, что им пора домой. Ей, конечно, не хотелось уходить, но она заметила по лицу Марка, что Лилит и Левиафану стоит оставить наедине. Им было, что обсудить.

– Левиафан, ты не мог бы вызвать такси? – спросил Марк.

– Конечно, дайте мне ваш адрес, куда вас везти, – ответил он.

– Я поеду с вами, – сказала Лилит.

– Милая моя, я бы хотел, чтобы ты осталась. Мне так одиноко в этом большом доме без тебя… – странным голосом произнёс Левиафан.

– Да, Лилит, дорогая! Я тоже думаю, что тебе стоит остаться. По-моему, у вас есть какие-то проблемы, и их нужно решать, а не убегать от них, – полюбезничала Жаклин.

Через полчаса Левиафан проводил их до дверей машины и вернулся в гостиную, где оставил Лилит. Она стояла посреди комнаты и презрительно смотрела на него. Он медленно подошёл к ней, в его глазах горела дикая страсть, а на лице застыла лукавая улыбка.

– Если ты думаешь, что я хочу с тобой разговаривать или иметь какие-то другие дела, ты глубоко заблуждаешься! Проведи меня, пожалуйста, в комнату, где я смогу лечь спать, – жёстко сказала Лилит.

Левиафан остановился и внимательно посмотрел на девушку. Она молчала, окидывая его лишь сумрачным взглядом. В тот момент они оба не осознавали, насколько сильно нравятся друг другу, насколько сильно они хотят, чтобы кто-нибудь из них сломал очередное «нет». Левиафан молча взял её за руку и повёл на второй этаж. Он открыл дверь и указал Лилит жестом на комнату.

– Она в твоём распоряжении! – нежно прошептал он и поцеловал её руку. Он развернулся и вышел, закрыв за собой дверь. Лилит огляделась.

Два огромных окна, несоизмеримо огромная кровать с чёрным бельём посреди комнаты, королевские шторы XVI века, косметический столик из чёрного дерева около стены слева – всё это напоминало царские апартаменты.

Лилит подошла к кровати. На ней лежала белая ночная сорочка. Она ещё раз огляделась, вздохнула и начала переодеваться. Сорочка была очень мягкой и нежной, её задняя часть волочилась по полу.

Лилит распустила волосы и залезла в постель. «Так холодно и пусто… как у меня дома… Неужели он не придёт?»

Лилит ждала Левиафана около получаса. Он не пришёл. Потом девушка начала засыпать. Она уже проваливалась в страшный, чёрный и бездонный омут, когда внезапно услышала встревоженные звуки скрипки. Именно они вырвали её из цепких лап сна. Звучание медленно двигалось по этажу и остановилось у дверей комнаты, где спала Лилит.

Неожиданно двери распахнулись, как будто невидимая сила вышибла их, и на пороге появился силуэт мужчины. На нём были лишь одни штаны, на его плече лежала скрипка, а рука смычком гладила струны. Что-то отрывистое, настораживающее, но до боли приятное вырывалось из скрипки. Левиафан всё ближе подходил к кровати, Лилит сурово смотрела на него.

– Это одна из моих любимых сонат, – тихо произнёс он, когда скрипка замолкла.

– Ты что, окончательно свихнулся? Что всё это значит? – потребовала Лилит объяснений.

– Я пришёл поговорить, дорогая! Истолковать тебе мою мысль, которую ты, естественно, неправильно поняла, – оскалил клыки Левиафан.

– Это какую же? Захотел поговорить об игрушках? – обиженно спросила она.

– Да, Лилит. Когда я сказал, что все люди – игрушки в руках вампира, я имел в виду серую массу.

– Левиафан! Я так похожа на дуру? Или у меня такие большие уши, а у тебя большая кастрюля с лапшой, и тебе некуда её девать? – издевательским тоном спросила она.

– Лилит, дорогая Лилит! Послушай меня! Когда ты находишься в толпе зомбированных людей, которые раздражают тебя, ты думаешь, что все вокруг – как стадо баранов. Но по отдельности каждый из них – это личность с разумом и чувствами. То же самое я имел в виду, когда говорил об «игрушках». Конкретно ты в моих руках – любимая женщина. И я прошу тебя понять меня и не заставлять меня превращаться в попугая, который извиняется за всё подряд последние полвека. – Левиафан положил скрипку на плечо и снова заиграл.

Лилит смотрела на него, не зная, что ответить. Неужели вот так просто он одержал победу? Лилит судорожно рылась в мыслях, пытаясь найти ответ, который бы не унижал её, но при этом не позволил бы ему уйти. Но такого ответа не было. Лилит вздохнула: «Хороший ход!»

У неё в груди защипало от мысли, что ей сейчас придется сказать, но другого выхода у неё не было. Он загнал её в угол, потому что был прав.

– Но ты меня обманул! – воскликнула она от безысходности.

– Да. Твоя правда. И за это я каюсь, – сказал Левиафан. Лилит молча смотрела на него, не шевелясь и не дыша. Она была потеряна и не знала, что сказать.

– Чёрт… – прошептала она, отворачиваясь от вампира.

Смычок остановился на струне, по лицу Левиафана поползла победоносная улыбка, клыки обнажились. Он подошел к ней и залез на кровать. Почти дотрагиваясь губами до её уха, он тихо спросил:

– Лилит, дорогая, мне кажется, ты расстроена? – почти беззвучно прошептал он. «Лимон отомщён».

Лилит повернулась к нему, в глазах стояли слёзы, брови нахмурены, а губы дрожали.

– Представь себе! – буркнула она.

Левиафан улыбнулся и в один миг впился зубами ей в плечо. Лилит судорожно начала отбиваться, но с любимым справиться было тяжело. Он крепко обнял её, словно в тиски зажал. Не надо было много ума, чтобы догадаться, к чему он клонил.

– Дорогой мой, у меня совершенно нет желания наслаждаться сейчас плотскими утехами, – буркнула она. Он посмотрел на её лицо, заглянул ей прямо в глаза, точнее, куда-то глубже.

– Лилит. Ли-ли-т! Хотят победители, исполняют побеждённые! – улыбнулся Левиафан. Его улыбка была лёгкой, воздушной… А глаза, как у хищника, как у демона, спустившегося на землю.

Грубость, просачивающаяся сквозь нескончаемые порывы нежности. Страсть, руководящая этим изысканным процессом. Лилит не могла ему сопротивляться. Она не хотела сопротивляться. Он был слишком сексуален, а она слишком хотела, чтобы он не останавливался, хотя её губы неумолимо шептали «нет». Он целовал эти губы, передавая свою бешеную энергетику, заставляя тело отвечать четким и ясным «да».