Глава 16

– Мамочка, привет! – вопит из трубки счастливый Сашкин голос, заставив меня мысленно застонать – как же не вовремя он позвонил!

– Это не мама, мальчик, – отвечает ему Шелепов, не сводя с меня пристального взгляда. – Мама сейчас занята. Что ей передать?

– А-а-а… Тогда потом перезвоню, – отвечает мой мудрый сын и сбрасывает звонок, а я только сейчас замечаю, что не дышу с того момента, как раздался звонок моего телефона. Судорожно втягиваю в себя воздух и хриплю:

– Телефон отдайте.

– Значит, у тебя есть сын, Влада? Почему же ребенок не значится в твоих документах?

– Это сын моей подруги, – отвечаю, пытаясь говорить спокойно, хотя сердце от ужаса колотится где-то в горле. – У нас такая игра – иногда он зовёт меня мамой, я его сыночком. Просто шутка.

– Шутка, говоришь… Рад, что ты умеешь веселиться, Влада. – Шелепов ещё сильнее сжимает губы, так что бледный рот совсем исчезает, превращая его лицо в пугающую неподвижную маску. Вертит мой телефон в руке и, не отрываясь, смотрит на меня.

– Я хочу уехать. – Встаю со стула и протягиваю руку. – Отдайте мой телефон, Вадим Викторович, мне нужно вызвать такси.

– Тебя отвезут, Влада, можешь не переживать. Но сначала мы позвоним этому Вячеславу Говорову. – Шелепов продолжает крутить в пальцах мой телефон и препарировать меня взглядом. – Спросим, зачем он решил полезть к моему сыну.

– Звоните. Только скорее, пожалуйста. Мне нужно вернуться на работу, – чеканю в ответ, малодушно радуясь, что Шелепов переключился с моего сына на другой объект.

Не знаю, почему мне так страшно, что этот мужчина обо всем догадается, все поймёт про Сашку. Хотя, что он сейчас может сделать мне за то, что обманула его? Не убьёт же, правда? Только Марфе может навредить, наверное.

Да, умом и логикой всё понимаю, но душу разрывает безотчётный страх, почти паника, мешающая дышать свободно.

– Ты позвонишь, Влада, – произносит Шелепов, выделяя «ты». – А я послушаю ваш разговор.

Он находит в моём телефоне нужный номер и нажимает на вызов. Слушает идущие из него гудки, держа трубку далеко от уха, так что и мне их отлично слышно.

– Влада? – вызов обрывает бархатный голос Вячеслава. – У тебя что-то срочное?

Телефон оказывается прижат к моему уху, и я машинально произношу:

– Слава, у тебя хотят узнать, зачем ты заступился за меня в ресторане и ударил Олега Шелепова…

– Кто это у нас такой любопытный? – хмыкает Вячеслав после секундной паузы.

– Его отец.

– Депутат Шелепов собственной персоной? А чего он через тебя переговоры ведёт, сам стесняется спросить, что ли? Так ты дай ему мой телефончик, пусть звонит безбоязненно, – отзывается Вячеслав и добавляет, вгоняя меня своими словами в ступор: – Влад, во сколько сегодня заканчиваешь? Заберу тебя после работы, съездим куда-нибудь поужинать…

Звонок обрывается, и ледяные глаза Шелепова снова начинают шарить по моему лицу. Бледный тонкогубый рот с издёвкой произносит:

– Значит, мужчина просто сидел за столиком? И случайно заметил, что мой сын душит тебя? Нехорошо врать, Влада, я ведь тебя предупреждал…

– Я сказала вам правду. В тот день в ресторане я впервые увидела Вячеслава – не верите, спросите у него сами. Если нужен его номер телефона, могу записать, – отвечаю на сколько могу уверенно. – Вы вернёте мне телефон или нет, Вадим Викторович?

– Конечно, верну, милая Влада. А номерок твоего Вячеслава Говорова я и сам найду, не беспокойся, – произносит Шелепов, и вдруг его губы растягиваются в улыбке. Такой жуткой, что у меня мороз бежит по коже. Протягивает мне телефон и довольно произносит:

– Иди, Влада, мои ребята отвезут тебя. Твоя сумка уже в машине.

Не веря, что меня отпускают, выдёргиваю из ледяных мужских пальцев телефон и на негнущихся ногах иду к двери. В душе, не смолкая ни на секунду, бьётся колокол тревоги: меня не покидает стойкое ощущение, что Шелепов вернётся в мою жизнь. Вернётся и ещё раз захочет её разрушить.

Я уже выхожу за порог комнаты, когда до меня долетает:

– До встречи. До скорой встречи, милая Влада…

Глава 17

Всю обратную дорогу у меня из головы не идут слова Шелепова. Тревога не покидает, заставляя ёрзать на сиденье везущего меня автомобиля и лихорадочно обдумывать свои дальнейшие действия.

Едва мы выезжаем за ворота особняка, я отправляю сообщение Марфе с пересказом произошедшего, и получаю от неё категоричный ответ:

«Сашку после школы заберу к себе. К нам не суйся, сиди дома. Перезвоню, как освобожусь».

Решив, что Марфа абсолютно права, выдыхаю с облегчением: да, лучше всего сыну пока пожить отдельно от меня. Не знаю, что Шелепов имел в виду, говоря про нашу с ним скорую встречу, но лучше Сашке не попадаться депутату на глаза. Не стоит, чтобы он знал, где на самом деле живёт мой сын. По документам он воспитанник Марфы, а я просто помогаю из-за её тотальной загруженности на работе – вот пусть ближайшее время всё так и выглядит внешне.

Машина останавливается напротив моего офиса. Щёлкает блокировка замков, я толкаю свою дверь и, не прощаясь, торопливо вываливаюсь наружу. Несусь ко входу в здание, одновременно набирая сообщение сыну. В лифте получаю от него ответ, что он всё понял и с удовольствием поживёт у Марфы.

Выхожу из лифта и иду по длинному коридору к двери агентства. Слушаю цоканье своих каблуков по мраморному полу, как мантру повторяю про себя, что всё будет хорошо, и тревога, наконец, немного выпускает из меня свои острые когти.

Шелепов-старший ни о чём не знает, не подозревает, что я не сделала аборт. Но даже если догадался, в этом нет ничего страшного – десять лет ни я, ни мой сын никак не проявлялись на его горизонте и дальше не планируем! Так что, пусть депутат не беспокоится: ничего от него требовать не будем, и на наследство Олега претендовать не собираемся.

Почти успокоившись, толкаю дверь в свою приёмную и вижу прелестную картину. На диване для клиентов с вальяжным видом расположился – кто бы вы думали? – Вячеслав Говоров собственной персоной.

В руке у него чашка с кофе. Рядом, почти касаясь бедром его ноги, сидит наша секретарша Катенька и кокетливо улыбается.

Катюша, конечно, бесспорная королева красоты моего славного агентства недвижимости «Панорама». Четвёртый размер груди, натуральная блондинка, голубые глаза на пол лица. Рост идеальный – не дылда, но и не малютка – для мужика любой комплекции подойдёт, не вызывая чувства неполноценности даже у самых мелких. Опять же, свободна от брачных уз, детьми не обременена. Вячеслав тоже хорош со всех сторон. Понятно, почему вид у обоих довольный и томный настолько, что я начинаю чувствовать себя третьей лишней.

– А вот и Влада Сергеевна, – мурлычет Катюша и неохотно встаёт с дивана. Поправляет задравшуюся узкую юбку, вроде как пытается оттянуть её пониже, но странным образом поднимает ещё выше, чем было. Ну и, конечно, взгляд Вячеслава с интересом скользит по гладким ножкам…

– Чем обязана, господин Говоров? – произношу сухо. – Если вы по делу, то прошу в мой кабинет.

Не обращая внимания на его приподнявшуюся в недоумении бровь, перевожу взгляд на секретаршу и отдаю распоряжение:

– Катя, срочно мне распечатку звонков, затем сообщите всем, что завтрашнее совещание переносится на два часа дня. Мне сделайте кофе со сливками, и побыстрее, пожалуйста.

– Конечно, Влада Сергеевна, как скажете, – выдавливает из себя Катенька и семенит к двери, за которой у нас прячется кофейный аппарат, чайник и шкафчик с вкусняшками.

– Прошу, господин Говоров, – повторяю, делая приглашающий жест в сторону кабинета.

Иду к двери, чувствуя спиной обиженный взгляд Катеньки и непонятно какой – Вячеслава. А зачем мне разбираться в оттенках его взглядов? Сейчас перескажу ему вопросы Шелепова относительно инцидента в ресторане, и попрощаемся. Как раз рабочий день заканчивается. Я поеду домой, соберу Сашкины вещи для школы, учебники, тетрадки. Отправлю с курьерской службой к Марфе и займусь собой. Ванну ароматную расслабляющую приму, масочку сделаю, потом выберу какой-нибудь фильм и буду весь вечер смотреть его, лёжа на диване.

– Ты чего такая злая, Влада? – звучит за спиной вопрос, заданный небрежным тоном. Резко поворачиваюсь и почти упираюсь носом в грудь Вячеслава. Отшатываюсь, смотрю на него, не зная, что ответить…

Сегодня он одет не в водолазку, а в деловой костюм, до обалдения ему идущий. Тёмно-серый, под цвет глаз двубортный пиджак – последний тренд в мужской деловой моде, такого же оттенка брюки. Белоснежная рубашка и светло-серый, в тонкую розоватую полоску шелковый галстук. Сто́ящий баснословных денег, между прочим: недавно мы с Марфой выбирали подарок её брату и присматривались к этому галстучку известной дизайнерской марки. Не купили, ценник оказался для нас совершенно неподъёмным. Интересно, чем же Вячеслав Говоров занимается, что может позволить себе не только дорогущую машину, но и потратить на повседневную одежду целое состояние?!

С трудом заставляю себя оторвать взгляд от стоявшего напротив мужчины. Отворачиваюсь, бросаю сумку на стол и отвечаю:

– Устала. Что ты хотел, Вячеслав? Говори скорее, а то у меня много работы…

– Посмотреть на тебя хотел, – отвечает он. Ловит меня за талию, разворачивает и властным жестом притягивает, впечатывая в свою грудь. – Соскучился…

Глава 18

– Да ты что-о-о?! Как же я сразу не догадалась, что ты две недели не давал о себе знать, потому что скучал аж до невозможности! – язвлю в ответ.

Упираюсь руками ему в грудь и пытаюсь оттолкнуть. Ничего не выходит, физической силой мой случайный любовник не обделен. Даже через плотную ткань пиджака я ощущаю, как перекатываются мощные мышцы на его груди.

– Ты могла сама мне позвонить, – спокойно заявляет Говоров. Скользит ладонями по моей спине вверх, к лопаткам. Гладит их, и от этого простого движения у меня обрывается дыхание. Или это от возмущения – что значит «могла сама позвонить»?! Он меня за кого, вообще, принимает?! Еще за случайно оказавшимися в моей постели мужиками я не бегала!

– Идите в другое место бороться со скукой, Вячеслав Говоров. У Катеньки рабочий день скоро закончится, я даже отпущу ее с работы пораньше ради такого случая, – ощетиниваюсь и еще раз пытаюсь оттолкнуть прижавшего меня мужчину.

– Ревнуешь? – бархатно смеется Говоров и заныривает руками под мой жакет. Ведет ладонями по спине, сминая тонкую ткань блузки и разгоняя по коже предательские мурашки.

– С чего бы мне тебя ревновать? – возмущенно морщу нос и, совершенно забыв, что собиралась рассказать ему про встречу с Шелеповым, заявляю. – Извини, у меня много работы. Поэтому говори, что хотел и будем прощаться.

– Я не мог тебе позвонить, Влад. Две недели был в таких ебенях, где нет никакой возможности выйти на связь, – неожиданно говорит Вячеслав. Кладет ладони на мои ягодицы, толкает к себе, вдавливая в мой живот свой каменный пах. – Чувствуешь, не вру, что скучал.

– Две недели без женщины из любого мужика сделают такого вот «скучающего», – продолжаю вредничать. Обида меня, конечно, немного отпустила после его объяснения, но не до конца. И вообще, гордость женскую еще никто не отменял!

– Поехали ужинать, Влад, или я разложу тебя прямо здесь, поверх бумаг на твоем рабочем столе. – Пока я от возмущения хлопаю глазами, Вячеслав вытаскивает руки из-под моего жакета и отодвигается.

Очень вовремя – я едва успеваю поправить одежду, как дверь кабинета распахивается, и на пороге возникает Катенька с подносом в руках. Голубые глаза красавицы настороженно пробегаются по нашим с Вячеславом лицам и быстро обшаривают кабинет. Никак, ищут следы моего развратного поведения и страстных совокуплений прямо на рабочем месте.

– Катя, почему вы зашли без стука? – одергиваю ее.

– Я кофе вам принесла, Влада Сергеевна. Вы же сами сказали побыстрее подать, – секретарь кивает на поднос в своих руках. Переводит взгляд на Говорова и мурлычет. – Вячеслав, а вам сделать еще кофе? Или, может, чай? Я отлично умею заваривать…

– Ничего не надо, Катюш. И кофе унеси – мы с Владой Сергеевной уезжаем, – отвечает за нас обоих Вячеслав. Берет со стола мою сумку, и, приобняв меня за талию, подталкивает в сторону двери. – На шесть часов я забронировал столик в испанском ресторане на Сретенке. Как ты относишься к Мадридскому рагу?

– Отлично отношусь, если это предлагаешь ты, – отвечаю с милейшей улыбкой мгновенно проснувшейся во мне стервы.