Цитаты из книг автора «Брене Браун»

Отражение – это когда мы подаем пробную реплику, разбавляя разговор. Смещение – это фраза, которая может увести разговор с обвинения в сторону эмпатии. «Она такая шлюха. Не может быть, чтобы ее вот просто так взяли и повысили. Как ты думаешь, с кем она для этого переспала?» Отражение: «Я ее не настолько хорошо знаю». Эта реплика ставит вопрос: что мы знаем о человеке? Во многих случаях такой вопрос заставляет людей понять, что они не так уж и много знают о том, в кого метят. Или, на худой конец, может, они задумаются, что для перемывания костей не требуются факты. «Представляешь, она, кажется, выхватила игрушку прямо из рук у дочери?» Отражение: «Я не видела, как все было, – поэтому не могу сказать, что случилось».

Трудно не принимать участия в сплетнях и отвержении в момент, когда это происходит. Если мы находимся рядом с друзьями или коллегами, которые начинают на кого-то ополчаться или перемывать человеку кости, то как отказаться в этом участвовать? Это довольно сложная ситуация, потому что наши связи подвергаются опасности.

Для начала надо уточнить: это мы сами сплетничаем, или же мы являемся мишенью сплетни. Не могу сказать вам определенно, стыдно ли сплетничать о других людях. Это каждый решает для себя сам. Многим женщинам, которых я интервьюировала, сплетничать было стыдно, потому что они сплетничали из желания принадлежать к определенному кругу людей. Кроме того, сплетня мешала им проявлять сочувствие. Для других это был скорее предмет вины. Такие женщины описывали сплетню скорее как привычку, которая заставляет их чувствовать себя плохо. Я могу чувствовать стыд или вину по поводу сплетни – это зависит от того, зачем я сплетничаю, что именно говорю и как себя при этом ощущаю.

Стереотипы и ярлыки ограничивают нашу способность выстраивать связи. Когда мы думаем, что знаем кого-то благодаря принадлежности этого человека к определенной группе, мы выстраиваем отношения на предположениях. Мы упускаем возможность узнать других и быть узнанными. Для многих женщин ярлыки – это вечная борьба с предубеждениями общества, которое имеет о тебе заранее сложившееся представление.

Когда женщины говорят о том, что их сводят к стереотипу, и о том, что они чувствуют себя невидимыми, я вижу две разные проблемы. Первую я называю «заклеймили шепотом». Примерно так ее описывали участницы: тихий шепот за спиной; часть их жизни, которую используют, чтобы наклеить на человека ярлык. Например: Обычная мамашка. У нее рак. Которая в молодости отсидела. Та девушка с МДП[19]. Она в завязке. Та, у которой муж покончил с собой. Старая маразматичка. Феминистка. Ее муж бьет. Из тех, что живут в трейлерах. Она единственный ребенок. Живет на пособие. Она лесбиянка. Она мексиканка. Это которую два года назад изнасиловали. Когда вы говорите: «Она единственный ребенок», то есть констатируете это просто как факт, это еще не обидно. Но если вы говорите «Она единственный ребенок» – и этим объясняете ее поведение («Она настоящая эгоистка. Сами понимаете, единственный ребенок») – то это уже ярлык.

Вот самое четкое из найденных мной: «Стереотип – это чрезмерно обобщенная, жесткая характеристика, приписываемая людям, принадлежащим к определенной группе» [37]. Иногда мы со спокойной душой применяем стереотипы в разговоре, потому что используем их не из предрассудков и не желая кого-то очернить; мы просто хотим быстро и емко охарактеризовать человека.

Последний шаг в упражнении с журналами – ответить на вопрос: «Как вы чувствуете себя, будучи невидимкой?» Подавляющее большинство женщин отвечали, что они немедленно начинают винить себя: я невидима, потому что недостаточно хороша, или я невидима, потому что незначительна. Только когда мы начали говорить о критической осознанности, женщины начали понимать, что винить себя – разрушительное занятие, которое приводит к стыду.

Использование стыда и обвинения для защиты от стыда имеет смысл, если в отношении к вам приемлемо определение «стыдно, когда видно». Для многих из нас стыд – это выставление напоказ, обнаружение или страх обнаружения. Поэтому мы так стараемся спрятать наши слабые места, то, что могут высмеять или осудить. Мы боимся, что нас осадят, и не высказываемся. Мы стремимся выглядеть безупречно и сидим дома, спрятавшись под одеялом.

мы чувствуем стыд и маскируем его злостью. Более того, злость и обвинение, в основе которых заложен стыд, редко бывают выражены конструктивно. Стыд переполняет нас эмоциями и болью, и инстинкт стыда/обвинения/гнева выливается на кого-то другого. Если гнев и обвинение – одна из главных наших завес стыда, нам обязательно нужно понять и признать, что такова наша стратегия совладания со стыдом. После этого мы должны найти способ успокоиться и оставаться разумными. В таком случае мы непременно распознаем, что чувствуем сты

Надо ли говорить, что гнев, основанный на стыде, может создавать серьезные проблемы для межличностных отношений. Те, на кого он направлен, склонны рассматривать его как возникающий “на пустом месте”. Чувствуя, что разумного смысла тут немного, злополучная жертва задается вопросом: “С чего бы это?” Хотя такой защитный гнев может ненадолго умерить боль стыда, в итоге он, скорее всего, будет разрушать взаимоотношения между людьми – как в конкретном случае, так и в долгосрочном смысле. Защитное обвинение, под которым кроется стыд, и гнев могут постепенно привести или к уходу из отношений одного или обоих, или к усилению враждебности и взаимных обвинений. В любом случае в конце концов отношения, весьма вероятно, дадут трещину».