Цитаты из книг автора «Брене Браун»

. Участницы говорили о том, как важно сближаться с людьми, которые поддерживают наше стремление к искренности. Иногда эти люди разделяют наши мысли или духовную жизнь, но это не самое важное; гораздо важнее, чтобы они разделяли наше стремление быть искренними, а не только убеждения или ценности

Наш глубочайший страх – не страх несостоятельности. Нет, наш самый глубокий страх – это страх того, что мы сильны сверх всякой меры. Нас пугает наш Свет, а не наша Тьма. Мы спрашиваем себя: да кто я такой, чтобы быть блестящим, роскошным, талантливым, потрясающим? В самом деле, а кто вы, чтобы НЕ быть таким?

Одним словом, человек, склонный к стыду, увязает в эмоциях, а склонный к вине – способен идти вперед.

Исследователи выяснили, что женщины часто употребляют спиртное, чтобы улучшить настроение, стать более уверенной в себе, снизить напряжение и меньше стесняться. Доктор Нора Волкова, директор Национального института по изучению злоупотребления наркотиками, называет алкоголь «социальным лубрикантом». Вспоминая собственное прошлое, могу сказать, что это очень точное название. Как и многие девушки, я начала «пить для общения» в старших классах. К колледжу сигарета и пиво у меня в руках были как социальные щит и меч.

стыд, или боязнь того, что будет стыдно, уводит нас от нашего истинного «я». Мы говорим людям то, что они хотят услышать, или не высказываемся, когда нам хотелось бы. В свою очередь, мы чувствуем стыд за свою нечестность, за то, что мы не высказываем своих мнений и не занимаем важную позицию

Стыд порождает стыд. Когда мы жертвуем подлинностью в попытке управлять тем, как нас воспринимают другие, мы часто попадаем в опасный и обессиливающий порочный круг:

Мы не можем быть собой с окружающими, если считаем себя неполноценными и недостойными общения. Невозможно быть настоящим, если стыдишься того, кто ты есть и во что веришь.

Стыд часто мешает нам показывать окружающим себя настоящих – он пресекает наши попытки быть искренними. Как мы можем быть настоящими, если отчаянно пытаемся управлять и контролировать тем, как нас воспринимают другие? Как можем честно высказывать мнения и в то же время говорить людям то, что они хотят услышать? Как мы можем отстаивать то, во что верим, и одновременно стараться всех ублаготворить, чтобы они не разозлились и не отвергли нас?

Иногда я описываю свое исследование стыда как исследование силы связей и опасности разобщения. Разобщение – это и источник стыда, страха, обвинения, и их следствие. Изолирование, осуждение других, обвинение, гнев, стереотипы и ярлыки – все это формы разобщенности. Но есть и иная форма разобщения, часто более болезненная и приводящая в замешательство: чувство разобщенности с самим собой. На нас так влияет то, что думают о нас другие люди, и мы так стараемся быть теми, кем нас хотят видеть другие, что мы теряем свое чувство идентичности.

«Она такая противная. Я не удивляюсь, что он от нее уходит». Отражение и смещение: «Я, честно говоря, мало знаю о нем и об их браке. Но она мне нравится. Как ты думаешь, мы можем что-нибудь для нее сделать?» Мы подчеркиваем, что не знаем, что происходит, и что лучше помочь, чем сплетничать. «Сьюзи такая идиотка, просто больная на всю голову. Ты с ней никогда не работала?» Отражение: «Работала пару раз. Идиотизма вроде не замечала». Мы даем право собеседнику иметь свое мнение, но не соглашаемся с ним.