Записки простодушного

4,3
13 читателей оценили
46 печ. страниц
2011 год
Оцените книгу

Отзывы на книгу «Записки простодушного»

  1. George3
    Оценил книгу

    Начал читать и не мог остановиться до конца. Правда стало неприятно, когда он стал поносить Советы, но поставив себя на его место, можно с этим смириться и не воспринимать так глубо его острую сатиру на бегущих из СССР голодных людей:

    «Будь моя власть, я бы на всех границах, через которые переваливают беглые советские граждане, стремясь в Белград, в Прагу и прочие места, - я бы на всех таких границах понастроил этакие предбанники, нечто вроде карантина, где беглецы подготовлялись бы к предстоящей сытой, безопасной жизни - постепенно, исподволь.»

    Не мудрено, что Аверченко впервые был опубликован в России только в 90-е годы прошлого века.
    На меня это произведение произвело большое впечатление тонким сочетанием искрометного юмора и глубокой сатиры, переходящей порой в гротеск, прямо на грани фола. Это проявляется сразу с «Предисловия Простодушного»- главного героя всего цикла миниатюр. Я много читал о жизни русских эмигрантов в Турции и, в частности, в Константинополе, но никогда в таком ракурсе, когда за внешней комической стороной происходящего скрывается глубокая драма людей, оторванных от родины.
    Интересно было следить как сам «Простодушный» по мере оседания в окружающей его среде постепенно терял свою простодушность, о чем автор сам пишет в заключении константинопольского периода жизни:

    Точно ли я теперь такой "Простодушный", каким был тогда, когда, ясным ликующим взором оглядывая пеструю Галату, высаживался на константинопольский берег в полной уверенности, что ожесточенная борьба хамалов из-за моих вещей - результат радости при встрече восточных поклонников с русским писателем. Точно ли я таков теперь, каким был тогда?..
    О, нет. Гляжу я искоса в зеркало, висящее в простенке, - и нет больше простодушия в выражении лица моего...
    Как будто появилось что-то себе на уме, что-то хитрое, что-то как будто даже жестокое,
    А может быть, эти резкие складки около губ - результат дорого приобретенной мудрости?
    Во всяком случае - умер Простодушный...
    Доконал Константинополь русского Простодушного.

    Не менее интересно и описание пражского периода жизни писателя. Он намного короче, в нем меньше сатиры, но уж слишком много дифирамбов чехам,по-вилимому, после сравнения с турками.
    Кажется, я подсел на Аверченко и не остановлюсь, пока не прочитаю всего.

  2. Elenita19
    Оценил книгу

    Аверченко не перестаёт меня удивлять и радовать. Он мне понравился после первых же прочитанных рассказов и эта книга тоже не разочаровала. А также и удивила.
    Что понравилось? Легкий, немного наивный юмор "Записок Простодушного" о жизни Эмигрантов в Константинополе. Казалось бы не новая тема, а рассказано интересно и смешно.
    Что поразило? Жестокая и болезненная повесть "Дюжина ножей в спину революции". Это совсем не сатира пусть и грубая, а самая настоящая боль об утраченном и разрушенном мире и жизни.
    Очень понравилось такое разнообразие и возможность узнать другого Аверченко.

  3. varvarra
    Оценил книгу

    Книга издана в 1992 году. Именно в 90-ые годы я и познакомилась с творчеством Аверченко и была очарована его юмористическими рассказами, даже помню, как звонко смеялась, читая их. Поэтому и взяла в руки "Записки простодушного", решив провести весело вечерок. Но... не тут-то было. Если "Дети" и "Пантеон советов молодым людям..." вызывали иногда улыбку, то остальное слишком горько и болезненно, чтобы назвать юмором. Сатира, сарказм - автор пытается показать нелепость революции и всего, что последовало: голод, разруха, холод...
    Видимо, я слишком изменилась за это время, чтобы сегодняшнее чтение напомнило мне то, прошлое... не напомнило.

  1. Жестокий это боксер – Константинополь! Каменеет лицо от его ударов.
    17 января 2014
  2. Доконал Константинополь русского Простодушного. Целый ряд лет еще промелькнет перед нами… Но все эти годы уже будут обвеяны мудростью, хитростью и, может быть, – жестокостью.
    22 марта 2019
  3. В тот же день я был на пароходе, куда меня приняли с распростертыми объятиями. Это действительно правда, а не гипербола, насчет объятий-то, потому что, когда я, влезши на пароход, сослепу покатился в угольный трюм, меня внизу поймали чьи-то растопыренные руки.
    22 сентября 2017

Автор