Глава 3. Старая экономика нового мира

Утро принесло результаты битвы – иначе бойню я назвать никак не мог, ведь слишком много людей принимало в ней участие. Это уже не стычка возле Южного форта и не нападение на Нички. Сотни людей попытались показать нам наше место.

Первый результат наутро – я был все еще зол. Отчасти потому, что я не спал, работая вместе с остальными. Закончили тушить горящие дома – их было достаточно после обстрела зажигательными снарядами. Кроме того, одна из полыхавших башен развалилась прямо на строения неподалеку, запалив три разом. В пылу сражения почти некому было этим заниматься, а местные тушили здания вдалеке от места боя.

Так что тушили до самого утра – и даже сейчас, когда лучи утреннего солнца медленно пронзали небо, треск углей еще слышался громче, чем голоса некоторых людей поблизости. Из тех, кто таскал ведра без устали, но сейчас уже едва стоял на ногах.

– Если будет еще одна атака, – Фелида подошла ко мне, протерла лицо, размазав грязь по нему еще больше, – наши просто не выстоят.

– Сам вижу, – мрачно проговорил я. Эйфория от обилия пленных постепенно улетучивалась. – Пора перестать играть втихую. Надо заявить о себе громко. Нужен посыльный.

Нашли мальчонку из тех, кто был еще слишком мал, чтобы волокать ведра весом почти в пятнадцать кило, но уже достаточно большого, чтобы отправить одного через реку.

– Доставишь письмо Отшельнику, – сообщил я. – Скажешь, что я жив. Что все в порядке. Но нужны люди для пленных.

Подробности я записал в лист бумаги, который сложил вчетверо и тут же воспользовался свечой, которую поднес кто-то из местных:

– Запечатать надо! Документ правителя!

Я вскинул брови, но тут же залил уголки воском, а потом приложил к еще горячему пятну большой палец, чтобы прижать бумагу поплотнее. Надо было подумать о чем-то более серьезном, чтобы ставить печати.

Злость мою смягчило несколько факторов. Местные жители, в отличие от Атолока и его жены, не вынашивали никаких коварных планов, готовые помочь практически в любом начинании. Я смотрел на уставших вояк, видел измученных местных – кому-то уже было время вести скот на выпас, но они все еще таскали ведра, несли веревки, тащили тела.

Чаще это были не бездыханные мертвяки, а просто потерявшие сознание люди. Мощь молнии была смертельна для одного или двух человек, но если удар рассеивался по толпе, если он уходил в землю по большей части, то через несколько часов или сутки пострадавший приходил в норму. Во всяком случае, я так думал – живых примеров этому не имелось пока что.

Второй фактор – победа в принципе. Неожиданно и ожидаемо одновременно. Неожиданно потому, что массу нападавших такого рода я не ждал. Ожидаемо потому, что я уже привык к победам и не ждал какого-то иного исхода. То, что пришлось пользоваться магией – отдельный разговор.

К десяти утра подсчет живых и мертвых был завершен. Наши войска потеряли двадцать семь человек безвозвратно и еще столько же ранеными. Вражеская армия лишилась более сотни бойцов, которых теперь еще надо было куда-то деть. Пленными в виде здоровых и раненых Рассвет получил больше полутора сотен человек.

Я не мог радоваться в открытую, но понимал, что три сотни рук равны каналу, равны расширению каменоломни – словом, всем тем сложным работам, на которые я бы не хотел посылать своих жителей.

Но при этом нужен был жест, знак, символ того, что сторона Рассвета – правильная. Если бы даже и не привлечь людей, то хотя бы не оттолкнуть их.

– Похоже, что ни металла, ни оружия нам не видать, – Левероп подошел ко мне, уверенный, что все кончилось.

Весь его вид показывал, что он, хоть и устал, но не видит продолжения в Просторе. Деревня должна была отдохнуть, а нам надо было отправиться дальше, но оставить случившееся, как есть, я не мог.

– Эброн привезет нам то, что нужно, но у нас будет отличное торговое предложение, – я криво усмехнулся. – Сегодня к вечеру, когда все немного передохнут…

– Ударение правильно поставил, братец? – послышалось со стороны Фелиды.

– Твои насмешки сейчас совершенно неуместны, – возразил я. – Поедешь со мной. И ты, Левероп, тоже. А еще нам понадобится двадцать человек сопровождения, не больше. С оружием, но в обычной одежде. Так, на всякий случай, – добавил я, глядя на растерянные лица Фелиды и Леверопа.

– Что за торговое предложение? – продолжил телохранитель.

– Может, лучше… – начала сестра, но я посмотрел на нее так, что она сама притихла, не рискнув больше не то что острить, но и говорить вовсе.

– Не думал, что я так страшен, – добавил я.

– Не страшен, я просто не понимаю, чего ты хочешь, – нахмурилась она.

– Поймешь, – последовал короткий ответ, не объясняющий ей ровным счетом ничего.

В Просторе отыскали несколько телег, а когда выяснилось, что их недостаточно, отправили гонцов в соседние деревни. И в Западные Холмы, и в Излучину отправились люди не по двое и не по трое, а целыми делегациями.

– Куда столько! – воскликнул я, глядя, как собирается вторая группа – первая только что отбыла на север.

– А вдруг не поверят! – крикнул мне в ответ мужчина, взявший с собой палку покрепче.

– Для убедительности взял? – икнув, спросил его второй в группе.

– Я ж и говорю! Чтобы убедить! – и для эффекта стукнул импровизированным посохом в землю.

На север ушли семеро, на юг – почти десять человек, причем и мужчин, и женщин. Вернулись они за полдень, но привели с собой несколько жителей из других деревень, которые любопытства ради прибыли посмотреть на сотни пленных – их еще никто не забирал.

Я почувствовал себя живой статуей – каждый из тех, кто приходил в деревню, старался поймать меня взглядом, как бы я не уворачивался от них. К моменту возвращения ушедших те, у кого остались силы – и кто успел поспать несколько часов – взялись за разбор завалов.

Телеги прибыли чуть позже, причем их количество было достаточным – часть осталась в Просторе для собственных нужд. Я приказал загрузить в телеги сложенные тела погибших воинов Мордина. Складывали аккуратно, в одежде, но без оружия – оно нам и самим нужно.

– Так вот оно какое твое торговое предложение! – воскликнула сестра.

– И мы предложим обмен сегодня же! – торжественно заявил я. – Но сперва… Попрошу всех собраться! Всех! ВСЕ-Е-ЕХ!

На одну, еще не загруженную телегу, я забрался, как раньше взбирался на любые другие импровизированные возвышенности. Люди уже начали собираться и, что меня особенно порадовало, начали кликать тех, кто не слышал.

Центральная улица Простора начала заполняться людьми. Кто-то прихрамывал, кто-то пришел с оружием. Собрались местные и гости, простые жители и мои солдаты. Не пришли только те, кто смотрел за пленными, связанными настолько крепко, что их попросту оставили кого сидеть, а кого лежать на земле.

Люди собрались быстро, организованно. Первые ряды уставились на меня, ожидая слов. Я не стал томить.

– Все вы могли убедиться этой ночью, что мирного решения не будет. Просто не может быть! – и не делая пауз, добавил: – Не может, потому этого не хочет Мордин. А если бы вы год назад принадлежали Пакшену – суть не поменялась бы. К сожалению, я вынужден сообщить вам еще одну новость про Атолока и его жену. Они решили присоединиться к нашим врагам.

Тут мне пришлось сделать паузу, чтобы собраться с мыслями. Неправильные слова могли оттолкнуть от меня большую часть Заречья, если не все его целиком.

– Буду честен: их вина не в том, что они решили остаться с Мордином. А в том, что они сделали это подло, скрыв свое истинное лицо, прикидываясь верными. Понимаю, что не все приветствуют Рассвет на своих землях. Как бы мне не хотелось увидеть всеобщее ликование – я пойму ваши желания и не буду держать вас. Если вы хотите покинуть Простор или любую другую деревню, чтобы отправиться в земли Мордина – я не буду вас держать.

Теперь я еще раз взял паузу, чтобы информация уложилась в головах моих слушателей. Небольшую, секунд на пять. Информации надо уложиться, а не производить вопросы, в которых я утону, как камень в устье Крали.

– Но, если вы решитесь на это, подумайте, куда вы пойдете. К кому. К людям, которые так же вероломно, как и Атолок предал нас всех, напали ночью, неожиданно, без переговоров. И если бы они, – я снова повысил голос, – напали бы исключительно на солдат Рассвета – я бы понял и это. Но они обстреляли весь Простор. Объявили врагами не только тех, кто перешел через Нируду, чтобы заселить деревни и города по южному берегу реки, но и тех, кто остался здесь. Решив вернуться, вы докажете, что люди, погибшие этой ночью, умерли зря. Даже если умерли из-за стрелы, что сорвалась на них с неба совершенно неожиданно.

Замолчав, я внезапно понял, что больше ничего не нужно говорить. Все уже сказано. Что надо донести – я донес.

– На этом – все, – и спрыгнул с телеги.

– Кратко! – нахмурилась сестра.

– Собирайте караван! – крикнул я таким приказным тоном, что люди буквально дернулись исполнять.

Толпа начала расходиться. Кое-кто попытался ко мне пробиться, чтобы задать вопросы. На несколько я даже ответил, в основном стараясь избегать конкретики – слишком уж близко к теме защиты селений были вопросы. Вполне вероятно, это могли быть шпионы Мордина или те самые, кто собирался сбежать в ближайшее время.

Новая экономика требовала новых решений. Новых для меня. Я планировал предложить тела погибших бойцов Мордину в знак доброй воли – и чтобы местные не тратили силы на копку братских могил.

Колонна телег направилась на восток. По моим расчетам мы должны были еще дотемна добраться до Оплота, миновав наши деревни. Можно было направиться туда через Южный форт, но я решил пойти напрямик.

Левероп и Фелида сидели на телеге вместе со мной, но мы не разговаривали. Я думал, они, вероятно, тоже. Планировать что-то было нельзя – прошлая ночь отлично показала, что ситуация может повториться, а подготовиться к ней было нереально.

Мы сидели на первой телеге – прочие ехали позади, и сама колонна растянулась почти на сотню метров, если не больше. Пыль с дороги подымалась в воздух. Мне было жаль тех, кто шел в хвосте.

– Сто-о-ой! – Левероп привстал, глядя далеко вперед.

– Что ты там увидел? Что? – я тоже поднялся на ноги, ожидая, что перед нами окажется еще одна огромная армия, которую предстоит победить силой двадцати воинов, телохранителя и руны. И еще сестры, способной той же самой руной свалить с ног любого.

Северные проблемы тоже оставались – вдруг это не армия Мордина, а армия Пакшена – селений, которые отделились от него. И, быть может, мне стоит опасаться не тех, кто впереди, а тех, кто остался на фланге?

– Посты.

– Посты нам не помеха, – заявил я и потребовал шляпу, как у фермера – соломенную, а до кучи еще и балахон.

И хотя мне надлежало свариться в коже, которую сверху прикрыл еще один слой одежды, я предпочел замаскироваться, чтобы во мне не признали правителя Рассвета. Поймать стрелу, не успев понять, что происходит, в мои планы не входило.

– Двигаемся дальше, – приказал я, когда маскировка полностью меня скрыла.

Небольшой ров на дороге заставил нас остановиться через считанные десятки шагов, когда до поста оставалось лишь в два раза больше. Солдаты взялись закапывать, а нам навстречу поспешили постовые с оружием в руках. Впрочем, они вскоре замерли на месте, увидев, что людей в нашей колонне не слишком много.

– Кто такие? – окрик должен был звучать в два раза громче и в четыре раза более грозно, но я услышал самый обычный вопрос.

– Мы – торговцы, – ответил я, стараясь, чтобы никто больше не вовлекался в беседу.

– Торговцы? – рука с мечом дрогнула, но не опустилась. – У нас нет торговли с вашей стороной.

– Какой – вашей? – я слегка приподнял поля шляпы и посмотрел на постового. Тот не узнавал во мне правителя Рассвета – и это было хорошо. – Нашей!

– Нашей? Нашей?! – солдат изобразил робкое подобие радости, но так и не осмелился выразить ее ясно на своем покрытом пылью лице, как будто ждал, что я сейчас крикну «шутка» – и намеки на радость смоет волной разочарования.

– Именно так, – я кивнул.

– Так… а… Южный форт?

– Дело времени.

– А что везете? – в разговор влез второй постовой.

К этому времени подошли еще пятеро – я обратил внимание, что в сторону Мордина не убежал никто. Ни один. Воевать, кажется, они не собирались.

– Товары, которые не пригодились. Сдаем обратно, – добавил я. Вдруг не поняли.

– Не пригодились? – засомневался постовой. – Что это за товары такие?

– На днях привезли несколько сотен, – начал я.

Семерка постовых начала рассматривать телеги с еще большим любопытством. Возницы сидели тихо, мои воины тоже не возникали.

Пока шел разговор, канаву благополучно закопали. Вероятно, рыхлая почва более подошла бы для посадки растений – за последние дни дорогу мучили всеми способами.

– Мы бы хотели взглянуть, что вы везете, – с легкой робостью заявил постовой. От былых намеков на браваду не осталось и следа.

Тому причиной были взгляды сопровождающих – все же, как ни старайся, люди, которые когда-то были профессиональными военными, имеют особый взгляд. С таким можно заставить замолчать или даже полностью изменить мнение на противоположное.

– У вас есть соответствующее разрешение? – решил поумничать я, а заодно и время потянуть.

– Есть! – вот тут уверенности постовому было не занимать.

– Хорошо, – я привстал, чтобы меня было видно моим людям. – Если я скажу, что здесь – около сотни тел, что ты сделаешь?

Спросил я громко, уверенно, но балахона и шляпы не снимал. Эффект получился потрясающий.

– С… Со… Сотня тел? – заикаясь, спросил самый разговорчивый из постовых.

– Может больше. Может меньше, – сказал я и спрыгнул с телеги. – Я решил, что раз они нам не пригодились – надо бы вернуть. Похоронить, как следует. Чтобы не лежали далеко от дома.

– А… – осекся постовой. Остальные и вовсе ни слова не смогли произнести. Кажется, я добился нужного мне эффекта.

Левероп тихо ухмылялся рядом, осматривая лица людей, которые должны были останавливать врагов, а теперь с колонной «торговцев» им помешали справиться всего лишь несколько слов.

– Так мы проедем? – настойчиво спросил я.

– Но ведь вы не торговцы, – туповато протянул постовой. – Мы не можем вас пропустить…

– Не позволите вернуться телам на родину? Они скоро пахнуть начнут, – предупредил Левероп.

Постовой взялся переминаться с ноги на ногу, а потом взялся одним лишь взглядом просить помощи у соратников. Первый пожал плечами, второй отвернулся, прочие молча встали за их спинами – и никакой помощи.

Нашему сопровождению не пришлось даже оружие доставать – а его было предостаточно, чтобы обеспечить защиту всей колонне.

– Вроде мирно… – услышал я тихий голос.

– Надо бы проверить.

– Так посмотрим!

Из группы выделился первый постовой, воткнул меч в землю:

– Мы ничего не имеем против вас, но мы хотели бы убедиться, что вы действительно везете… то, о чем говорили, а не…

– Мы не знали о нападении на Простор! – перебил его соратник. – Не знали ничего!

– Звучит, будто мы собираемся мстить исключительно вам семерыми, – ответил я.

– Не собираетесь? – удивился постовой.

Я промолчал. Лишь когда Левероп по моей молчаливой просьбе сел на место возницы и тронул телегу, я ответил:

– Мы несем сюда мир, а не новую войну. Если хотите – отправляйтесь с нами. Нам надо только оставить тела.

Постовые потоптались на месте, а потом они кивнули почти одновременно, все семеро. Тогда я еще раз убедился – старая экономика. Возвращенные тела, не возвращенные пленные. Товар. Ресурс. Для нового мира.