Глава 6

Едкое свечение панелей выедало глаза, монитор отражал искажённую маску, непрестанный стук клавиатуры мог привлечь внимание контроля, индикаторы давно горели оранжевым, требуя сделать перерыв, но Виэн не замечал усталости.

Оператор глубоко погрузился в недра городской сети в поисках ответов. Прерваться сейчас его не заставило бы и появление роты терминаторов. Прошло несколько часов с момента инцидента, но необъяснимое отсутствие беглеца в базах по-прежнему не находило объяснения. «NO_MATCHES_FOUND» постоянно всплывал перед глазами.

Поёрзал в кресле. Эргономический ложемент, призванный поддерживать осанку, терзал как заправское орудие для пытки. Сенсоры в подголовнике наверняка фиксировали микродвижения, интерпретируя падение концентрации, но плевать на производительность. В зале, полным серых лиц, он - единственный бодрствующий среди тысяч лунатиков.

Мерцающий курсор дразнил неподвижностью. Оставив поверхностные поисковые запросы, вызвал логи мониторинга. Копался в трафике, в логах датчиков периметра, в отчётах об аномальных скачках энергопотребления – в любом наборе записей, могущем иметь отношение к беглецу. Поиск песчинок в пустыне, ведомый не логикой, но нарастающей одержимостью.

На экран вываливался бесконечный поток данных — транзакции покупок, логи бессмысленных разговоров, анализируемые на предмет крамолы, количество шагов, регистрируемых плиткой тротуаров. Цифровая канализация города, куда сливали все отходы цифровой жизнедеятельности общества. Поток без фильтров, перерисовывающих данные в красивые трехмерные графики, сводило мельтешением строк с ума, но оператор намеренно отключил визуализацию. Нужны были исходные, сырые данные, не вычищенные автоматической корректировкой. Однотипные записи плыли перед глазами, но продолжал изучать строку за строкой, отыскивая невозможный паттерн.

Перед ним проносились текстовые каскады. Для любого из класса А – бессмысленная мешанина букв, но для него – типовая структура данных. За ней звучала музыка города: нагрузка энергосетей, мельтешение транспортных потоков, монотонное дыхание серверов жизнеобеспечения. Где-то в этом техногенном ритме звучит фальшивая нота. Тихая, едва различимая, но разрушающая стройность тотального контроля.

Искать то, чего нет – странное занятие. Когда мир построен на принципе тотальной регистрации, то само существование объекта подразумевает наличие идентификатора. Только у галлюцинаций не бывает ID.

И очень хорошо помнилось выражение лица на экране. Живой страх, определённый датчиками. Ярость. Галлюцинации не боятся и не испытывают ярости. Ошибается не память, а миллиарды строк кода, управляющих городом. Еретическая мысль заставляла руки летать над клавишами, обгоняя контроль безопасности.

Прочёсывал регистрационные метки до и после инцидента, сопоставлял каждый байт информации. И упорство было вознаграждено – наткнулся на странность. Не на отсутствие данных, на их игнорирование.

Сразу в нескольких отчётах о сканировании сектора «Дельта-8», проведенных после его вмешательства, обнаружились слепые зоны. Физический объект регистрировался, но центральный процессор тут же отбрасывал записи, не передавая на анализ и не присваивая им ни постоянного, ни временного идентификатора. Контроль не просто не замечал беглеца, но активно отказывался замечать. Исключал нерелевантным запросом. Так делает бюрократическая махина, выбрасывая документы в шредер, если те не вписываются в утвержденный шаблон.

Вывел на экран лог одной из единиц. 7B-23. Строка 4048: «Обнаружен биологический объект. Тепловая сигнатура: норма. Сердечный темп: 168. Уровень угрозы: расчет...». А дальше — обрыв. Строка 4049 пуста. Null. Void. Контроль вычислял уровень угрозы, но в момент обращения к базе данных за идентификатором процесс прерывался. Ни отказа в доступе, ни ошибки. Процесс исчезал, и база тут же забывала о его существовании. Наведённая цифровая амнезия. Глубоко встроенный защитный механизм срабатывал быстрее логики. «Не вижу зла, не слышу зла» — альтернативный принцип работы для самой продвинутой системы наблюдения в истории.

Мурашки пробежали стайкой по спине. Кажется, нашёл не ошибку – место, где всеобъемлющий механизм контроля давал сбой на самом фундаментальном уровне.

Рассуждаем логически. Для получения идентификатора надо обозначить интересующий объект. 7В-23 определил биологический объект набором физических параметров. Если скопировать параметры и задать запрос напрямую в центральный реестр — базу, где хранятся все коды, должен выдаться если не сам идентификатор, то хотя бы данные по относящейся категории. Проблема в том, что прямой запрос в реестр – грубое нарушение прав доступа.

Любопытство пересилило страх перед наказанием. Кроме того, в центральный реестр всё равно не зайти через парадный вход. Прав доступа уровня «Альфа» у обычного сотрудника нет, поэтому нужно использовать главную уязвимость любой безопасности - человеческий фактор.

Администраторы, спускавшиеся в сектор для настройки ядра, никогда не набирали сложные 64-значные ключи шифрования вручную. Они всегда копировали их из защищенного буфера обмена диагностических планшетов при подключении к терминалу. И наверняка никогда не очищали буфер после выхода.

Вызвал историю буфера терминала. Там висел мусор — обрывки логов, чьи-то идентификаторы. Но в самом низу, датированная позавчерашним числом, именно тогда, когда контроллёр одарил Улей визитом, висела длинная строка бессмысленных символов. Выделил её, скопировал.

— Надеюсь, ты - ленивый идиот, — проговорил он про себя, и нажал Ctrl+V в поле авторизации.

Звёздочки заполнили поле. Он опасливо оглянулся.

Сосед справа, номер 404, сидел с застывшим лицом. Беззвучно шевелил губами. Если сейчас ошибиться, заорут сирены, замигает сигнализация, и завтра 404ый усядется с такой же кислой миной, а на месте Виэна возникнет новый 403-ий. А нынешнего 403его переработают в органическое удобрение для гидропонных садов сектора Агро. Палец завис над клавишей ввода. Один удар сердца. Второй.

«Ну же, давай», — скомандовал сам себе и вдавил клавишу.

Окно авторизации мелькнуло и пропало.

Открылся интерфейс. Оператор торопливо вбил запрос:

«REQUEST_ACCESS: GLOBAL_COVENANT_REGISTRY_CORE».

Скопировал все вычисленные из 7В-23 параметры. Добавил фотографию после первого выстрела с перекошенным лицом. Помедлив, вписал идентификатор дрона, первым идентифицировавшим беглеца. Теперь сводка данных должна распознать личность, будь та хоть трижды засекреченной.

Строка зависла на миг, потом вспыхнула жёлтой ошибкой.

«ERROR_CODE: 7C-ALPHA-9. UNEXPECTED_PROTOCOL_BREAKDOWN. DATA_INTEGRITY_COMPROMISED. REBOOT_REQUIRED».

Вчитался в текст. Никогда не встречал такой ошибки. Не стандартный отказ в доступе из-за недостатка прав. Нарушение целостности. Отправленный им запрос вызвал внутреннее противоречие в самой архитектуре данных.

Терминал издал надсадный вой, компьютер застонал. Вентиляторы охлаждения процессора взвыли, разгоняясь до максимума, в попытке остудить чипы, перегруженные неразрешимой логической задачей. На соседних мониторах пошла рябь помех. Инстинктивно вжался в кресло, ожидая: сейчас сработает сирена и в зал ворвутся ликвидаторы. Но гул так же внезапно стих, как и появился.

Экран моргнул и стабилизировался. Интерфейс перезагрузился. Гладкая оболочка ОС «Гармония» исчезла, уступив место голому, чёрному экрану командной строки ядра. Походило на содранные обои, обнажившие грубую кирпичную кладку и гнилую проводку. Виэн находился там, где не бывало обычных пользователей — в подсознании системы. Ни подсказок, ни защиты от дурака. Неверное движение могло обесточить целый жилой район или открыть шлюзы канализации.

Забыв об осторожности, запустил глубокую диагностику ошибки, обрушившей интерфейс. Сзади послышался сухой шелест — патрульный бот-инспектор медленно поплыл вдоль рядов. Инстинктивно наклонился вперёд, перекрывая монитор локтем и разворачивая плечи, чтобы скрыть активное окно консоли. Подпёр ладонью подбородок, имитируя процесс глубокого раздумья, пока огонёк сканера не прополз мимо.

Ответ появился через две секунды и озадачил ещё сильней. Проблема не в запросе. Сбой ссылался на защищенный от записи лог-файл в корне ядре. Смог вытянуть метаданные. ERR_UNRESOLVED_001. Файл, не стёртый даже при Великом Очищении, содержал всего одну строку:

TIMESTAMP: 1471250477Z. ID: 0x7B2016A15 EVENT: ANOMALY_ANCHOR_SET. STATUS: PENDING.

Странная временная метка. Все виденные им раньше начинались с цифры 4. Эта же поставлена лет сто назад, когда ещё и о Великом очищении не слышали. Пожал плечами, обновил экран. Устаревший мусор, забытый маркер, конфликт параметров. Отбросил, но цифра зацепилась в памяти.

В школе им говорили – реальная история началась с Дня Основания. До него шла Эпоха Хаоса — годы эпидемий и неконтролируемой информации. События вековой давности относили к примерам мифологии, не обсуждаемой в приличном обществе. Найти активный файл с такой меткой равносильно нахождению живого динозавра. Прямое противоречие догме о полном создании мира после очистки от скверны прошлого. Если файл помечен Pending (Ожидание) - прошлое не умерло. Оно ждёт.

Погрузился ещё глубже в архивы. Обнаружил доступ к общей статистике работоспособности узлов за последние десятилетия. Все сектора сети имели предсказуемые показатели: плановые перезагрузки, пиковые нагрузки, логи о мелких сбоях. Все, кроме узла Ядро-01. Статистический призрак. Ни перезагрузки. Ни зарегистрированного сбоя. Ни байта в логах об ошибках. Ни запросов на обновление. Нереально. Любая техника, любая программа за такой срок должна потребовать обслуживания. Потратил минут десять, отматывая данные на временной шкале на десятки лет назад, но узел неизменно оставался предельно чистой линией на графике. Не работал, а существовал вне законов энтропии.

Попытался представить себе реальную конструкцию узла. Не потребляет энергию, не отдаёт тепло. Что за чудо-контур? Выработка 100%, в нарушение законов физики. Либо метрики лгали, либо устройство работает на давно утраченных человечеством принципах. Контраст пугал: город латали каждый день, а этот модуль оставался неизменно работающим со стопроцентной гарантией. Спящий бог, чьи сны управляют реальностью, пока мир вокруг гниёт и рассыпается.

Подумав, плюнул на бесплодное занятие – должно быть, логи с такого важного объекта скрыты для уровня доступа Альфа. Вернулся к анализу ошибки по данным РБЛ беглеца.

Ошибка и не в доступе. До доступа запрос не доходил, не успевал обработаться, выдавая критическую ошибку, призванную предотвратить дальнейшие действия. Выглядело ошибкой вроде деления на ноль – фундаментально неразрешимая задача, разрушающая программу.

Пока пытался осмыслить бессмыслицу, на общем вспомогательном мониторе, отображающем состояние периферийных сетей, вспыхнула новая точка. Очередная аномалия. Источник: Сектор Дельта-8, Подземные Коммуникации.

Сердце пропустило удар. Подземные Коммуникации. Катакомбы, куда направился беглец.

Активировал отчёт по мониторингу объекта, и на экране выплыли данные:

«NEW_DEVICE_DETECTED: UNKNOWN_TYPE. CONNECTION_STATUS: ATTEMPTING_HANDSHAKE. IDENTIFICATION_PARAMS».

Универсальные спектральные анализаторы, контролирующие целостность периметра, засекли нелегальную радиоактивность.

Современные каналы связи похожи на лазер — сфокусированные, шифрованные. Этот же сигнал - всенаправленный радиовопль. Устройство сканировало эфир на необычных частотах, в попытке найти базовую станцию.

Ему опять повезло. Недавно разгребал логи Дельты и изучил спецификации частотного плана. Тогда выглядело бесполезным мусором, но сейчас цифры сами всплыли в памяти. Выдвинул ползунок на 1800 МГц.

Ввёл команду в консоль, активируя режим «Legacy compatibility» — режим обратной совместимости, используемый для диагностики устаревших передатчиков в канализации. Почти наугад выбрал GSM/LTE из бесчисленного списка. Сеть на секунду поперхнулась, но послушно перешла на заданный режим.

HANDSHAKE VALID: LEGACY_PROTOCOL_STACK. CREATION_DATE: 2016_SEPT_12

Доступная сеть обнаружена устройством.

— 2016 год, — потрясённо шепнул он.

Дата подтверждала подозрения, невозможные даже гипотетически. Человек не выпал из базы данных. Его вообще в ней никогда не существовало.

Служба безопасности уже отреагировала на радиозагрязнение. Патруль получил вектор атаки на источник помех. Через минуту устройство запеленгуют с точностью до метра, и туда отправят Хищника.

Нужно заткнуть фонтан радиоволны. Но каким образом? На отсутствующее в реестре устройство позвонить не получится. Нужно обмануть. Заставить затихнуть.

Вывел на экран схему коммуникаций сектора «Дельта-8». В том коридоре находился сервисный узел связи. Ввёл команду перехвата управления.

INITIATE_SDR_MODE: NODE_D8_SUB. FREQUENCY: 1800_MHZ. EMULATE: BASE_STATION_LEGACY.

Рискованный трюк - заставить передатчик на квантовом шифровании деградировать до уровня примитивной радиовышки прошлого века. Программно-определяемая подсистема узла начала транслировать в эфир фальшивый идентификатор сети.

На мониторе мигнул статус: «HANDSHAKE_COMPLETED». Старинный телефон поверил в фальшивую вышку и подключился, прекратив паническое сканирование эфира. Канал установлен.

Непослушными пальцами набил сообщение. Не в мессенджер – на древнем устройстве наверняка нет нужной версии, а через служебный канал экстренного оповещения — Flash SMS (Class 0). Такое сообщение должно принудительно всплыть прямо на экране устройства поверх всех окон.

SEND_BROADCAST_ALERT -> ID_IMSI_UNKNOWN

TEXT: " НЕ_ВЫДАВАЙ_СЕБЯ!_ВЫКЛЮЧИ_УСТРОЙСТВО!"

Сообщение ушло. Тут же оборвал эмуляцию и лихорадочно стёр логи переконфигурации узла. Точка на мониторе исчезла — устройство отключено. Аномалия скрыта. Пока. К сетевому адресу устройства прилеплен скрытый маркер. Если устройство снова появится в сети, они обменяются координатами.

Трясло от всплеска адреналина. Подставить под удар статус ради тени на экране – на такое даже сумасшедший не идёт. Но мысль о том, что где-то там, внизу, контроль, буксуя, не может переварить одного-единственного беглеца, грела куда лучше, чем ежедневный паек. И очень хотелось разрастить эту ошибку до галактических масштабов.

Умный стул вздрогнул, меняя цвет подсветки на тревожный желтый. На краю экрана всплыло уведомление: «Внимание, Оператор 403. Зафиксирован критический уровень стресса. Сердечный темп 143. Рекомендуется немедленная медикаментозная коррекция. Штраф: 15 баллов РБЛ». Смахнул уведомление. Плевать на баллы. Плевать на коррекцию. Злая бодрость будоражила мысли.

Найдена не вульгарная ошибка, а настоящая трещина в матрице мира. Кто бы ни привёл сюда субъекта, не подчинённого правилам, этот поступок поставил под угрозу всю ложь, держащую общество мёртвой хваткой. Собственная аномалия представала не случайностью, а частью чего-то большего.

Завис перед пустым экраном, слыша треск рассыпающейся по швам реальности. Всё, чему учили о незыблемости тотального контроля, разлетелось вдребезги за час. Спасение подлежащего утилизации - акт государственной измены. И самое страшное — не чувствовал раскаяния. Наоборот, слегка гордился знанием правды, но не звучавшей из громкоговорителей на каждом углу, а настоящей. Как член тайного братства тех, кто ищет истину.

Горло сжало спазмом. Не ошибка идентификации. Человек возник из ниоткуда. Фантом, который не должен существовать. Но – найденный и реальный.

Иногда Виэн намеренно задерживался под датчиками, нарываясь на штраф, рассчитывая увидеть хоть единицу убытка. Безуспешно. Рейтинг застыл, превратив обладателя в статистический призрак, и никто не видел его провинностей. Мучила невозможность разделить с кем-то знание об аномалии. Чудо, а поделиться ни с кем нельзя. И сейчас, глядя на беглеца на экране, прекрасно осознавал свою мотивацию – единство. Родство. Если Контроль ослеп не только на его собственные грехи, но и на кого-то ещё - он не один в клетке. Не единственный сбой в тотальной лжи.

Грядущее пугало. Но оно же и манило с невиданной силой. Пробуждало волю к действию, десятилетиями вытравливаемую из каждого. И, самое главное, уверенность - мир вокруг вовсе не такой прочный, насколько хочет казаться.