Цитаты из книг автора «Андрей Курпатов»

Теперь, повзрослев, мы готовимся к ним заранее. Мы успеваем расстроиться или разочароваться еще задолго то того, как нечто неприятное произойдет в действительности. И даже если оно не произойдет вовсе, мы все равно расстроимся – превентивно, на всякий случай. В нашей памяти хранится множество отрицательных воспоминаний: наши страхи, ошибки, какие-то разочарования, неприятности, возникшие когда-то осложнения и беды. Пережив все это однажды, мы ждем появления подобных напастей снова и снова, в будущем. Но самое печальное состоит в том, что из-за отрицательных воспоминаний и прогнозов ухудшается наше настоящее – самое главное и самое ценное. Настоящее современного человека потерялось между прошлым и будущим, растворилось в их безжалостной схватке друг с другом. Между прошлым и будущим формируется своеобразная круговая порука, лишающая человека покоя.

подводим итоги. Вместо того чтобы реализовывать наши эмоции естественным образом (бегством, борьбой, слезами, смехом и т. п.), мы, как «законопослушные граждане», отсылаем их в свои же собственные мышцы, где они и оседают, как золото на счетах в швейцарских банках. Только вот золото ли это? Скорее радиоактивные отходы, своеобразная бомба замедленного действия. И это страшное оружие направлено теперь против нас.

как приниматься за дело, четко уясните себе то, чего вам нужно достичь. И

какому-то делу, мы должны знать и верить, иначе, как бы ни близка была цель, мы все равно обречены на неудачу. Сомнение, недоверие, непонимание – все это сделает даже самый простой путь непроходимым. Решайте сами: хотите – делайте, не хотите – не морочьте себе голову. Но если вы все-таки решились, то оставьте сомнения. Подумайте так: «Что я теряю? Не получится так не получится, а если получится, замечательно! Я получу то, что давно искал». Такая позиция применима ко многим жизненным обстоятельствам, а в данном случае она необходима как воздух.

прошу вас запомнить золотое правило «Трех П». Оно гласит: недостаточно просто Прочитать, недостаточно просто Понять прочитанное, нужно еще и Применить.

переносном смысле этого слова. Мы реагируем на жизненные неприятности, переживаем стресс – тяжелый и внезап

или внешне незначительный, но очень долгий, а в результате истощаются возможности нашего мозга. После ослабленный мозг начинает впадать в стресс от любой ерунды, и его состояние ухудшается дальше. В конечном счете, получается замкнутый круг. И как разорвать его, до самого последнего времени это было абсолютно непонятно.

видов – первая, вторая и третья: • ВСД развивается у человека, чьи желания не совпадают с его возможностями – хочу жить так-то, а вынужден вот так вот: живу в браке, а любовь – сторона третья; претендую на что-то, а мне комбинацию из трех пальцев показывают – короче говоря, все обычные истории; • ВСД может развиться у человека, который вынужден изменять свою жизнь, т. е. в силу внешних обстоятельств не может вести такую жизнь, какую он вел прежде, и потому должен перестраиваться, а это дело сопряжено с массой внутренних напряжений[11]; • третий вариант ВСД – это невроз, развившийся у человека, чье подсознание хранит воспоминание о каком-то ужасе, прежде пережитом (тут и криминал, и локальные военные конфликты, и бывшие, разрешившиеся уже проблемы со здоровьем). Но в любом случае «вегетативный приступ» («криз», «паническая атака») выступает здесь в роли «симптома» невротического расстройства. Что такое этот «симптом»? Симптом – это тот компромисс, то соглашение, к которому приходят наше сознание с нашим подсознанием в процессе своих непримиримых споров. Поскольку же спор этот, как уже было сказано, непримиримый, то, соответственно, и найденный компромисс не назовешь здравым. Скорее он напоминает знаменитое: «ни нашим, ни вашим». Симптом как бы задабривает обе стороны конфликта, не позволяя ни одной из них взять верх. И держится, таким образом, как своеобразная затычка. Убери симптом – и конфликт снова заявит о себе, а нам придется что-то с ним делать. Но лучше, согласитесь, решить стоящую перед тобой проблему, нежели мучиться неврозом, который закрывает собой эту «амбразуру». Рано или поздно эту проблему все равно надо будет решить, и раньше – лучше, чем позже.

Сознание и подсознание человека находятся друг с другом в отношениях, мягко говоря, странных. Первое декларирует, что нам «надо» или что мы «должны», а второе заискивающе шепчет наше же «хочу». К консенсусу эти два «брата-акробата» приходят редко и по проблемам, как правило, малосущественным, а вот кардинальные вопросы, я бы сказал, принципиальные, они решают невротическим вывертом, точнее говоря – с помощью невротического симптома. В своей книге «С неврозом по жизни» я рассказал о том, каковы причины наших неврозов. А причины здесь следующего характера – в нас начинает безобразничать один из инстинктов самосохранения. В целом, конечно, у нас один инстинкт самосохранения, но если приглядеться повнимательнее, то окажется, что он состоит из трех. Во-первых, индивидуальный инстинкт самосохранения, который отвечает за решение задач нашего собственного выживания. Во-вторых, инстинкт самосохранения группы, который содержится в нашей голове, но обеспечивает наше выживание в группе (а по своей природе мы животные стайные). Наконец, в-третьих, инстинкт самосохранения вида, т. е. инстинкт продолжения рода, или, проще говоря, – половой инстинкт. Все они живут-поживают у нас в подкорке, и их работа определена нашими генами. В сущности, наши гены требуют от нас – выжить, занять свое «место под солнцем» (т. е. в группе среди себе подобных), а также оставить потомство. Но требуют они так, словно бы мы были животными – без морали и нравственности, без условностей и предрассудков, тогда как мы живем со всем этим «добром», и никуда от этого не денешься.

Что ж, теперь, как мне представляется, вопросов к себе быть не может – мы знаем все, что должны знать. Нам известно, что является пусковым звеном (условным стимулом) нашего вегетативного приступа и паники (условная реакция), а также и то, что эту «патологию» закрепляет (положительное подкрепление). Кажется, что остается лишь избавиться от соответствующего условного рефлекса, и, право, это не составляет большой трудности. Впрочем, есть еще один вопрос, который на сей раз может быть адресован лишь психотерапевту, и в правильном ответе на этот вопрос заключается весь его профессионализм. Что за вопрос? Сейчас ответим.