Отзывы на книги автора «Андре Жид»

Невероятное повествование о влюбви.
История начинается вполне тривиально. Молодой человек влюблён в свою кузину.
Они знакомы с детства, они чисты и добродетельны.
Их любовь - своеобразное зеркало, в котором они отражают друг друга.
Любовь, как объект счастья, отдается на заклание, приносится, как дар богу.
Самопожертвование ради себя самого, ради самой добродетели, как наивысшего проявления счастья..
Чересчур перепутаны ее чувства к джерому и богу..
Они как-будто соревнуются за любовь в ее сердце и душе..
Она приносит свою любовь к джерому в жертву добродетели, богу.. ради спасения себя самой и джерома..
Рассмотрение высшей точки счастья, ровно за минуту до.. его свершения.. замереть в этом состоянии.. продлить его навседа .. и умереть..
Умереть от счастья, что смогла побороть «низменную любовь», выбирав любовь вечную, непорочную..

Эта книга о любви, настолько возвышенной и одухотворенной, что главные герои боятся осквернить ее проявлением чувств. Проходят года, но они во всем видят препятствия для свадьбы. Время летит безутешно и вот главная героиня больна и умирает весьма молодой. Наш герой с глубоким разочарованием смотрит, на сестру своей возлюбленной. Которая была так раздосадована отсутствием взаимности ее чувств, к лавному герою, что в порыве гнева вышла замуж, буквально за первого кто сделал ей предложение. Оценив этот шаг, как самую большую глупость, он был сильно поражен, что она счастлива в браке и имеет пятерых детей. А он обречен, до конца дней ходить наполненный печалью.

Эта книга о любви, настолько возвышенной и одухотворенной, что главные герои боятся осквернить ее проявлением чувств. Проходят года, но они во всем видят препятствия для свадьбы. Время летит безутешно и вот главная героиня больна и умирает весьма молодой. Наш герой с глубоким разочарованием смотрит, на сестру своей возлюбленной. Которая была так раздосадована отсутствием взаимности ее чувств, к лавному герою, что в порыве гнева вышла замуж, буквально за первого кто сделал ей предложение. Оценив этот шаг, как самую большую глупость, он был сильно поражен, что она счастлива в браке и имеет пятерых детей. А он обречен, до конца дней ходить наполненный печалью.

Вообще, самоценные книжки (эх, проходил через мои руки Фейхтвангер 1937 г.и., но деньги были нужнее), но интереснее читать их сплитом и - по крайней мере именно в этом издании (не знаю, что в последующих) - в порядке Жид - Фейхтвангер - послесловие - предисловие.

Так будет гораздо удивительнее и познавательнее, чем если читать Ф., уже зная всё, что в предисловии написано.

А вообще, на фоне читанных недавно записок иностранцев о второй половине 1920-х у нас — будто совсем уже другая страна. Да так, наверное, и есть.

Он думает о своем новом жизненном правиле, которое недавно сформулировал: "Если ты не сделаешь этого, то кто же сделает? Если ты не сделаешь этого сейчас, то когда же сделаешь?" Он думает "о великом, которое предстоит совершить"; ему кажется, что он идет навстречу великому. "Великое", – повторяет он. Если бы только ему узнать, в чем именно оно заключается!.. Покамест он знает только, что голоден: вот он у рынка. В кармане четырнадцать су, и больше ни сантима

Это книга о фальшивомонетчиках. Кроме прямого значения тут есть еще и контекстное: фальшивомонетчики — это люди, которые со временем "выцветают", становятся блеклыми, ненастоящими. И нет им цены больше. Они — пустышки. Напыщенные пустышки, коварные, хитрые... И их в обороте очень много. Подобно тому, как фальшивая монета рано или поздно обесценивается, становясь куском метала, должны обесцениваться и люди-фальшивки, но, увы…

— Эти чувства звучат фальшиво, как медные бляшки, но они имеют хождение. А так как известно, что "худшая монета вытесняет лучшую", то писатель, который вздумал бы предлагать публике полноценную монету, показался бы ей пустословом. В обществе, где каждый плутует, честный человек производит впечатление шарлатана. Предупреждаю вас: если я возьму на себя руководство журналом, то лишь для того, чтобы бороться с условностями, вскрывать фальшь всех красивых чувств и обесценивать те долговые обязательства, которые называются словами.
– Черт возьми, очень хотел бы знать, как вы возьметесь за это.
– Предоставьте мне свободу, и вы тотчас увидите. Я много размышлял над этим.
– Вы останетесь непонятым, и никто не пойдет за вами.

Мир наполнен фальшивомонетчиками. И многие из них процветают именно благодаря этим негативным качествам. Кому сейчас нужна искренность? И какова она в наши дни? Этим вопросом задается каждый герой книги, у каждого можно чему-то научиться. Ведь по сути даже у плохих людей (фальшивомонетчиков) есть своя философия и логика, своя искренность. В нашем мире все перемешалось, слишком многое обесценилось, слишком многие обесценились. Какие они сейчас — настоящие чувства, если мы так часто являемся заложниками обстоятельств?
Грань между фальшивой монетой и настоящей столь тонка, что фальшивка давно стала игрой и забавой под названием «заметят или не заметят?», не отличишь так просто. А замечаешь, когда уже слишком поздно.
Грань между настоящими людьми и фальшивыми сейчас очень шатка. Сложно быть кем-то одним. Еще более сложно быть настоящим и рассмотреть вокруг настоящих. Люди продолжают стирать эту грань, а потом сами же разочаровываются: в чувствах, искренности и жизни. Мы все спешим жить: обретать опыт, жить самостоятельно, по каким-то собственным правилам и главное — как можно скорее! Зачем? Ведь даже просто не достигнув определенного возраста, можно натворить массу непоправимых глупостей, как в своей жизни, так и в чужой... Зачем мы так спешим куда-то, стоит ли оно того? Разве не спешка — самый решительный шаг в сторону общества фальшивомонетчиков?
Молодые и старые, опытные и менее опытные, настоящие и фальшивые — все летим в одну пропасть, потому что вынуждены сосуществовать, там, где на деле должны быть распределены четкие границы… Такова наша безграничная Вселенная, но я верю, что душа и внутренний мир каждого человека как раз являются главными путеводителями на дороге жизни, где сталкиваются такие разные люди.

Знаете, о чем я думал? О том, что в течение этой жизни мы не можем постичь по-настоящему, что такое тишина. Даже наша кровь производит в нас непрерывный шум; мы не различаем его, потому что с детства к нему привыкли… Но, мне кажется, есть вещи, есть гармонии, которые нам не удается слышать в течение нашей жизни… оттого, что их заглушает этот шум. Да, мне кажется, что лишь после нашей смерти мы будем в состоянии слышать по-настоящему.

Очень жаль, что в наше время повесть "Тесные врата" Андре Жида не просто забыта и обделена вниманием, а имеет даже какую-то негативную реакцию. По сути, если отбросить любовную составляющую, то книга гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Да, в ней много диалогов, событий и писем, свидетельствующих о казалось бы нешуточных страстях. НО! Абсолютно не планируя и не настраивая свой мозг на глубокий анализ, он тем не менее идёт сам собой поскольку автор Андре Жид всколыхнул не просто романтические струнки, но и в какой-то степени взял за горло. Нет, комка в горле нет, удушающих слёз тоже, а вот мощнейший катарсис явился сам собой. Думаю обусловлено это чётко выраженной духовно-религиозной идеей! Никак не меньше. Ведь уже чуть ли не с первых страниц, автор лейтмотивом по всему произведению проносит мысль : "Подвизайтесь войти сквозь тесные врата".
Да, именно с этой фразы пастора по сути и начинается произведение, хотя до этого нам предстоит небольшое вступление. И было бы упущением не привести целиком, монолитно так сказать всю проповедь. Нет, она не на 100 страниц, поэтому не может быть утомительной. Итак..
...Пастор прочитал сначала весь стих полностью. "Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их". Пастор вернулся к начальным строкам, и теперь я увидел тесные врата, которыми следовало входить. В моём тогдашнем состоянии они пригрезились мне отчасти похожим на машину для прокалывания стальных листов, я протискивался туда, напрягая все силы и чувствуя страшную боль, к которой, однако, добавлялся привкус неземного блаженства. Одновременно эти врата были и дверью в комнату Алисы, и, чтобы войти в неё, я весь сжимался, выдавливая из себя остатки эгоизма...
Как можно увидеть из состояния главного героя Жерома, он не шёл на поводу у своего тела, а долгим и тернистым путём пытался достучаться до сердца Алисы. А ведь у Алисы была родная сестра Жюльетта и мы невольно ощущаем любовный треугольник. Но на самом деле там всё куда сложнее. Как раз тот случай, когда за деревьями надобно увидеть лес. И как можно осуждать Алису за то, что она так мучит и себя и его. Сейчас бы у нас сказали, что крутит "динамо", а тогда на романтический возглас Жерома :
- На что мне Небеса, если я не смогу обрести там тебя ?
Алиса, приложив палец к губам отвечает :
-Ищите прежде Царствия Божия и правды его!
Вот такие вот нравы, который были нормой жизни. И когда людям становилось плохо, невмоготу, Господь их поддерживал. В данном случае не только пастор, но и родитель сестёр, выступает никак удушливый и навязчивый морализатор, а как человек тонко чувствующий ситуацию и готовый её принять :
"Дети мои, Господь узнает образ свой, даже если он разбит на тысячу осколков. Поостережёмся же судить о человеке по олному-двум эпизодам". К чему он это сказал ? А к тому, что в повести есть один персонаж, не буду называть его имени, который несёт в себе неоднозначную трактовку. С одной стороны он (или она) читателю может быть крайне неприятен, а с другой стороны нет ничего лучше, чем усмирить свой гнев и постараться не осуждать того человека.
Квинтэссенцией повести являются письма Жюлетты, в которых подводится некий итог жизни. Они своего рода исповедь и занимают не одну страницу. А как вы хотите ? Исповедь не может быть сиюминутной. Этот долгий и длительный процесс. Но по правде говоря, читаются эти письма легко, без напряжения. Оставляют же после себя философское послевкусие. Для всех романтичных натур, это произведение большой подарок. Так мне думается...

Если прочитать "Фальшивомонетчиков" по диагонали, то может показаться, что это произведение до ужаса банальное. Какие-то картонные персонажи, не характеры даже, а типажи. Постоянно в кустах находится какой-нибудь рояль или чудесное совпадение, чтобы увязались вместе все сюжетные линии. Линии, кстати, тривиальны до безумия, зато их пошловатый драматический характер так сильно концентрируется, что к середине книги начинаешь недоумевать - как, и всё это вокруг одной компании? Все эти драмы, события, совпадения, фальшивки и прочее? Начало, кажется, спипикано у "Семьи Тибо"... И вот, когда картон навяз в зубах, вдруг понимаешь, что так и надо, так и задумано, тем более, что автор скоро это подтверждает напрямую. "Фальшивомонетчики" - сами по себе фальшивая монетка из повествования, ненастоящий роман, а текст, который им прикидывается. Соответственно, как и в тексте фальшивые монетки тёрли, пока они не становились прозрачными, так будет и с произведением, его прозрачная ненастоящая основа начнёт вырисовываться сразу, как на это обратить внимание.

Чисто по-дадаистски: нарисована трубка с надписью "Это не трубка". Ведь это изображение трубки. Написан роман с мыслью "Это не роман". Получилось нечто вроде реалити-шоу, где Жид показывает нам, как пишутся романы и как они могут писаться. Вот он фигачит и фигачит одну сцену, потом говорит: "Нет, ерунда, надо было по-другому написать, потом напишу иначе". Или говорит, что последняя сцена слишком слабая. Или что этот диалог совершенно не нужен. Или что персонажи прописаны слабо, потом надо всё подчищать. Или... Тысяча ещё таких "или". Мы погружаемся вслед за автором в обычно сокрытую кухню приготовления романа, то есть, застаём не готовое произведение, а пока ещё даже недоразмороженный полуфабрикат. автор над ним корпит потихоньку, но до конца так и не доводит, бросает на стадии полуготовности.

В этом полуфабрикате, тем не менее, сокрыта масса новаторских ходов. Например, многочисленное раз за разом обыгрывание названия, все трактовки которого, тем не менее, можно собрать воедино с одним общим "идеальным" смыслом. Очень интересен "матрешечный" роман "Фальшивомонетчики", который создаётся одним из главных героев, собственно, большую часть внутриписательской кухни мы видим благодаря вставкам из его "дневника". От произведения начала двадцатого века не ожидаешь ещё, что тот текст, который ты держишь в руках, будет писаться с тем же сюжетом внутри самого себя.

Самое же обидное вот что: роман намеренно утрированный, грубоватый, недоделанный, со слабо прописанными сценами, сюжетом и персонажами. И это так задумано, монета специально отлита фальшивой. Однако даже при всех этих недостатках оказывается, что этот сырой текст из рук Жида оказывается гораздо лучше, чем многие тексты, в "нефальшивости" и полной готовности которых ты уверен. Этого Андре, наверное, не мог предположить заранее. Как и того, что большая часть аудитории будет принимать эту специально многократно подчёркнутую фальшивку за чистую монету, даже если при ней соскрести всю позолоту.

Страдая ерундою с ишиасом
Естествоиспытатель и масон
Был вынужден в семействе уживаться
Весьма богобоязненных персон.

Крыс истязая именем науки
И атеизма знамя вознося,
Отбил он как-то раз Мадонне руки —
И пошатнулась убеждённость вся.

Он, исцелённый арматурой божьей,
Отныне очи устремил горе,
А посему лишён поддержки Ложи
И в результате крупно прогорел.

Его свояк, потомственный вельможа
А также бонвиван и графоман,
Намаразмил сумняшеся ничтоже
Академичный, вроде бы, роман

(По мнению отца, большую лажу)
И ко всему впридачу отыскал
В замызганной квартирке бельетажной,
Как оказалось, брата-байстрюка.

Маман того со многими грешила,
А он по жизни выработал план
Посредством внутримышечного шила
Глушить в себе геройство и талант.

Быть может, и дала б плоды метода,
Не обратись в религию свояк,
Освободив вакансию урода,
Без коего немыслима семья.

Кому ж, как не герою, это место
Подходит лучше всякого поста:
Намеренно грешить за всё семейство,
Которого внезапно частью стал!

Тут как на зло, а может, просто к ряду,
Ещё один возьми да подвернись
Свояк, что как типаж был зауряден,
Зато самоотвержен как папист...

Так, видно, повелось во время оно:
В том, что судьба хватает за грудки,
Не бесы искусители виновны,
А разного калибра свояки.

И ежели, с родителей кончиной,
Они уже семейства во главе —
Искать другой не надобно причины,
Тем более, что их отнюдь не две.

И дело не в мошеннической касте
С довольно артистичным главарём,
Мы просто рыбы — символ христианства.
И, словно рыбы, с головы гниём!

Понять, что мир прогнил, не нужен сканер.
Но сами мы, конечно, ни при чём.
Секрет сокрыт в кавернах Ватикана,
Где Папа вероломно заточён.

И есть престол занявший узурпатор.
Назвался головой — ответ держи
За нашу страсть к унынию, разврату,
Чревоугодью, алчности и лжи!

Хоть я и не настаиваю, будто
Всё это в свой роман хотел вложить,
При этом основательно запутав,
(Хотя как знать?) французский классик Жид.

P.S.

Конечно, отзыв спойлерами грешен,
Но, в свете вышесказанного мной,
Я в этом аки агнец незамешан,
Поскольку найден, кто всему виной! :)

Страдая ерундою с ишиасом
Естествоиспытатель и масон
Был вынужден в семействе уживаться
Весьма богобоязненных персон.

Крыс истязая именем науки
И атеизма знамя вознося,
Отбил он как-то раз Мадонне руки —
И пошатнулась убеждённость вся.

Он, исцелённый арматурой божьей,
Отныне очи устремил горе,
А посему лишён поддержки Ложи
И в результате крупно прогорел.

Его свояк, потомственный вельможа
А также бонвиван и графоман,
Намаразмил сумняшеся ничтоже
Академичный, вроде бы, роман

(По мнению отца, большую лажу)
И ко всему впридачу отыскал
В замызганной квартирке бельетажной,
Как оказалось, брата-байстрюка.

Маман того со многими грешила,
А он по жизни выработал план
Посредством внутримышечного шила
Глушить в себе геройство и талант.

Быть может, и дала б плоды метода,
Не обратись в религию свояк,
Освободив вакансию урода,
Без коего немыслима семья.

Кому ж, как не герою, это место
Подходит лучше всякого поста:
Намеренно грешить за всё семейство,
Которого внезапно частью стал!

Тут как на зло, а может, просто к ряду,
Ещё один возьми да подвернись
Свояк, что как типаж был зауряден,
Зато самоотвержен как папист...

Так, видно, повелось во время оно:
В том, что судьба хватает за грудки,
Не бесы искусители виновны,
А разного калибра свояки.

И ежели, с родителей кончиной,
Они уже семейства во главе —
Искать другой не надобно причины,
Тем более, что их отнюдь не две.

И дело не в мошеннической касте
С довольно артистичным главарём,
Мы просто рыбы — символ христианства.
И, словно рыбы, с головы гниём!

Понять, что мир прогнил, не нужен сканер.
Но сами мы, конечно, ни при чём.
Секрет сокрыт в кавернах Ватикана,
Где Папа вероломно заточён.

И есть престол занявший узурпатор.
Назвался головой — ответ держи
За нашу страсть к унынию, разврату,
Чревоугодью, алчности и лжи!

Хоть я и не настаиваю, будто
Всё это в свой роман хотел вложить,
При этом основательно запутав,
(Хотя как знать?) французский классик Жид.

P.S.

Конечно, отзыв спойлерами грешен,
Но, в свете вышесказанного мной,
Я в этом аки агнец незамешан,
Поскольку найден, кто всему виной! :)

«Фальшивомонетчики» – это паутина героев. Их очень много, и они все каким-то образом друг с другом связаны.
Попробую обозначить основные темы, которые поднимаются в книге. Во-первых, это писательское мастерство, создание романа и литература в целом. Во-вторых, крушение семей – неверность, непонимание отцов и детей. В-третьих, нетрадиционная ориентация. В-четвертых, дружба. В-пятых, скажем так, жестокие игры и аморальные (а зачастую и преступные) поступки. Конечно, тут и других тем хватает, но для себя я выделила именно эти.
Следить за сюжетом интересно, хотя порой не разобраться, кто чей брат, сват и т.д. Даже главного героя выделить сложно. Еще и повествование ведется от разных лиц, а временами и сам автор вклинивается. Думаю, правильнее будет в число главных героев включить нескольких персонажей – Оливье, Бернар, Лаура и Эдуард. Хотя параллельно с ними мы узнаем еще много разных историй. Каждого персонажа трудно отнести к разряду белых и пушистых. Даже если на первый взгляд они такими кажутся. В любом из них есть место пороку, противоречиям, перегибам, человеческим слабостям. При этом однозначно отрицательные персонажи выделяются легко, но, как вы уже поняли, стопроцентно положительных, нет.
Пожалуй, наибольшее сочувствие во мне вызвала история старого учителя Лаперуза и его внука Бориса. В этом много драмы, лишений и рока.
А вот метания беременной Лауры были для меня скучными.
Любопытно, с какой легкостью многие персонажи идут на аморальные поступки. Без раздумий и особых сожалений.
Кстати, название и аннотация говорят о преступлениях, но тут нужно понимать, что они здесь всего лишь ненавязчивый фон. Про них как-то вразброс и вскользь. Некоторые даже до конца не будут доведены. И вообще, название здесь, скорее, о душевной фальши. хотя монеты фигурируют. И не только они.
Еще нужно учесть, что несколько центральных персонажей – подростки.
Откровенно гомосексуальных сцен в романе нет, но жирные намеки на такие отношения есть.
В общем, это книга – калейдоскоп, с быстро сменяющимися героями, локациями, событиями. При этом рефлексии и философии в ней тоже хватает. Роман знаковый в истории французской литературы, относится к метапрозе. С ним стоит познакомиться, он может захватить, но для меня основным минусом стало то, что из-за обилия персонажей, я не сумела глубоко проникнуться их историями.