X

Утреннее обращение Хоука внесло определенный хаос в, и без того хаотичный, распорядок дня Эльзы. После появления нового человека – Исайи Гуфо, лидера частной военной компании «Белый Орел», во дворце стали сновать солдаты в доспехах, на груди которых был изображен символ этой организации. Когда Анна успела выдать им лицензию на право создать подобную организацию и, главное, откуда у тех оказались деньги на экипировку – было непонятно. Ясно было только одно – Анна твердо намерена полностью разрушить все старые устои. Раньше, кроме армии ЮКИ и некоторых членов Ордена, никто не имел право носить боевые доспехи и стрелковое оружие, но теперь появилась частная организация, имеющая все права делать это. А это значит, что о демилитаризации полисов можно забыть. И, как появилась одна такая организация, появятся и другие. Конечно, Анна находила объяснение своим поступкам. Всегда находила. Но, чем больше она разрушала старые устои, тем в большей степени содрогались устои самой Эльзы.

– Оставьте нас, – произнесла девушка, обращаясь к бойцу с белым орлом на груди. – Леди-Регент велела мне допросить задержанных.

Боец, лениво окинув девушку взглядом, повиновался ее словам. Александр и Август содержались в бункере дворца, том самом, что с трудом восстановили после атаки в декабре. Том самом, что одним лишь движением кисти разрушила Стелла, вселив немыслимый страх в разум Эльзы перед этой семьей. Однако Хоуки были далеко, а Анна была рядом, и страх – кажется, единственное, что осталось в душе Эльзы – заставлял ее повиноваться Леди-Регент. Ведь, в противном случае, ее просто уберут. Пока она жива, пока она подчиняется – она может хоть что-то сделать… для себя.

Два, некогда складских, помещения бункера быстро оборудовали под тюремные камеры. По правилам Ордена, особо опасных людей следовало держать одетыми в специальные тюремные робы – костюмы фиксирующие конечности, обязательно с фиксацией ошейника на цепь к стене. По ошейнику пускался специальный кабель и трубка от тюремного блока. Этот блок представлял из себя небольшую по размерам коробку, от которой по проводу к ошейнику подводился ток, позволяя быстро усмирить свою жертву, а по трубке подавался раствор лекарства прямо в кровь, погружая заключенного в своеобразный «анабиоз». Подобные меры заключения использовались лишь временно – Орден не любил лишать людей свободы, считая это бессмысленной тратой средств. В некоторых случаях, впрочем, подобное наказание все еще действовало. Но, как правило, заключенного либо отправляли на работы разной тяжести, либо казнили, если преступление было слишком серьезным, и человек представлял угрозу обществу.

Эльза замерла перед дверьми. В камере слева находился в заключении Александр, в камере справа – Август. Обе камеры закрывались металлическими непрозрачными дверями – в первую очередь потому, что изначально не создавались для тюремного заключения – но невозможность видеть заключенного сквозь дверь никак не мешала – они и без того были ограничены в действиях. Эльза коснулась рычага левой двери и, прикрыв дверь за собой, зашла внутрь. В небольшом помещении, с единственным тусклым источником света, на тонком матрасе лежал Александр в грязно-белой тюремной робе. Ошейник с цепью, вдоль которой тянулся кабель, поднимался вдоль стены к закрепленному на ней блоку. На глазах у мужчины была повязка. Эльза подошла к блоку, приложила свою карточку и нажала на кнопку, прерывая подачу лекарства, выводя заключенного из туманного состояния. Она сняла с его глаз повязку и помогла подняться – без рук подниматься из положения лежа, когда тебя стягивает тюремная роба, было непросто. Девушка взяла стул от дальней стены и села на него перед Александром, дожидаясь пока пустые глаза короля наполнятся разумом.

Через несколько минут туман из глаз Александра исчез, он заморгал и, оглядевшись, уставился на Эльзу.

– Кто… – прошептал он, все еще приходя в себя. – Ты кто такая?

– Меня зовут Эльза, – спокойно ответила она. – Я прислуживаю Леди-Регент – вашей бывшей супруге…

– Да… – кивнул Александр. – К сожалению, это был не сон…

– В ваших же интересах, Александр, сотрудничать с нами, – продолжила Эльза. – Вы все еще остаетесь Королем для многих. И ваши слова все еще имеют силу. Через несколько дней состоится Sanctum Consilium, на котором вам предстоит выступить…

– Эльза, – перебил он ее, странным образом рассматривая. – Ты Эльза, да…? Жена Августа…

Девушка нахмурилась – вероятно, Александру вводилась усиленная доза препарата, и времени на возвращение к нему разума требовалось больше. Анна обезопасила себя таким образом от побега короля. Даже если кто-то попытается его спасти, первое время им придется тащить Александра на себе – что не так-то просто. Однако, если Анна хочет, чтобы Александр выступил перед Советом, придется потратить немало времени на подготовку мужчины – если совет заметит хоть намек на «туман» в разуме Короля – Анну обвинят в манипуляции, что в стенах Ордена каралось крайне жестоко, независимо от титула.

– Все верно, – кивнула Эльза. – Вы понимаете, что я говорю?

– Что вам нужно от меня…? – с трудом выдавил Александр.

– Через несколько дней состоится Священный Совет, – вновь начала Эльза, увидев проблески сознания. – на котором вам предстоит выступить с поддержкой действий Леди-Регент. Тогда с вас будут сняты все обвинения, и вы сможете вернутся к нормальной жизни. Вы откажетесь от престола и права кровного наследия. Признаете Вольный Ветер новой правящей партией и отдадите свой голос в пользу Леди-Регент… – Александр начал странно смеяться, перебивая девушку, на что Эльзе пришлось чуть повысить голос. – Вы возьмете Орден под контроль и реорганизуете его в политическую партию… Что смешного?! – вспылила она.

– Может быть… – начал Александр, закашляв. – вы и убедите народ, этим выступлением… Но Совет? Вы в самом деле думаете, что Лорды… что правящие семьи и наши Крестоносцы… Вы правда думаете, что они поверят в искренность моих слов?

– Ваша задача убедить их… – начала было Эльза, но Александр вновь рассмеялся.

– Эльза… – заговорил он, вновь прервавшись на кашель. – Вы знаете одно из правил Ордена… «Единство в различии»… Вам известно, что это значит?

– Это одна из «мудростей» вашего отца, – Эльза с насмешкой показала кавычки. – Как по мне – откровенная бессмыслица.

– Мой отец… – Александр на мгновение задумался. – Да… вы правы… Многие его слова казались и мне бессмыслицей… Это ли не показатель, как высоко человек поднялся от нас, простых смертных? Орден – это не Король или Королева… Это не Гранд-Магистр… Это определенная идея, цель, к которой стремятся все наши братья и сестры единожды окунувшись в глубинное озеро, – взгляд Александра стал яснее, а брови нахмурились. – Эти люди… Лорды, Магистры, Рыцари… Они идут не за мной и, уж тем более, не за королевой… – Александр поднял взгляд на Эльзу. – Они идут за целью, что преследует Орден. Следуют за стремлением, что породил в их душах мой отец. Мои слова – ничего не значат. Хоть сотни раз я клянусь, что поддерживаю ваш глупый переворот… все это не имеет смысла.

– Лорды старой школы – возможно, – кивнула Эльза. – Но сейчас многие уже думают о другом. Идеи Ордена стали устаревать, мысли наших людей стали меняться. И вы удивитесь, как много Лордов согласятся с Леди-Регент…

– Тогда вам не повезло, – перебил ее Александр, немигающим взором смотря девушке прямо в глаза. – Я желал решить вопрос мирно. Хотел провести с вами переговоры. Хотел найти компромисс, как всегда пытался… Но отец был прав. Есть люди, разговаривать с которыми нет смысла… И теперь, когда моя глупая миссия провалилась… Он утопит эту землю в вашей крови… Вы не знаете его так, как знаю я… Не видели того, что видел я… Хоук справедлив. Но справедливость жестока. Ваш отказ говорить со мной приведет лишь к войне, в которой вы проиграете, едва вступив в нее…

– Он не станет этого делать, пока вы у нас в заложниках, – возразила Эльза, на что Александр разразился смехом.

– Это почему же? – смеясь, спросил он. – Потому что я король? Потому что я его сын? – он улыбнулся и покачал головой. – Я же говорю… вы не знаете моего отца.

– Потому что вы – единственный наследник, – спокойно ответила Эльза. – Олдермены Хоук не имеют права занимать престол. А если ваш отец захочет поменять это правило – весь мир отвернется от него, ибо это один из Священных Законов.

– Я не единственный наследник, – улыбнулся Александр. – У меня есть сестра, или вы забыли?

– Стелла не имеет супруга, – покачала головой Эльза. – к тому же, ее репутация запятнана Инквизицией, и она не сможет править. Да и никто из Совета Лордов не воспримет ее как правителя, считая ее слишком бесчувственной и жестокой…

– Это не так, – перебил Александр с ухмылкой. – Она заключила союз с юношей по имени Декстер. И мой отец, на правах олдермена семейства Хоук, даровал ему право наследования власти, нарекая его Принцем Хоук…

Эльза вздрогнула.

– Так что, – продолжил Александр, ухмыляясь. – даже если вы убьете меня… Даже если я произнесу глупую речь, на вашем глупом совете, который даже не возымеет легитимности, ведь, как я знаю, Лорд Пардус поддерживает моего отца и просто не явится… Даже если вы все это сделаете… Принц Декстер – будет следующим наследником Королевства, по праву союза с кровной наследницей королевской семьи – Стеллой, – Эльза нахмурилась и все еще молчала, пока Александр продолжал. – Видите? Я же говорю… как только вы вступите с моим отцом в войну… то тут же проиграете.

– Это правда… – прошептала Эльза, слегка улыбнувшись. – ваш отец действительно прибыл в Британию… И даже устроил кровавую резню в Форте Клайд. Но, вот незадача – ему не удалось получить армию. Под его началом – лишь крохи, не способные даже сравнится с мощью армии, что подчиняется нам. Так в каком же месте мы проиграли?

– Армия…? – Александр откинулся назад и прислонился спиной к стене. – Считаете, что для победы нужна только армия? А много ли воинов было у него, когда они с моей матерью покоряли планету? Вы боитесь, не так ли? Ваша армия огромна – никто не станет с этим спорить. Но сколько из них действительно воевали? Сколько солдат из ваших легионов, действительно вкусили битвы? И есть ли у вас стратег, достаточно опытный, чтобы победить моих родителей?

Эльза вновь нахмурилась, а Александр, замолчав, лег на матрас и закрыл глаза.

– У вас ничего нет, – спокойно произнес он. – Вы делаете вид, что контролируете ситуацию, но этой фальшью меня не убедить. Я не стану ничего говорить на вашем глупом совете. Не нравится? Так убейте меня.

Эльза встала, надела повязку на его глаза, вновь включила подачу лекарства и вышла из комнаты. Сломить, некогда мягкотелого Александра, оказалось сложнее. Человек, ранее всегда стремившийся к переговорам, всегда шедший на уступки, вдруг разочаровался в этом способе решения проблем. Как не вовремя. Но он прав – в этом вина только Анны, что вместо диалога, она взяла его под стражу, давая понять, что на этих переговорах есть только ее мнение, ее требования и ее пожелания. А потому Александр дрогнул. Дрогнул в последний раз и обернулся в камень. Он уже считал себя проигравшим. Уже погибшим. А потому ничего не боялся – зная, что ему есть замена. Зная, что где-то там, за морем, его родители и сестра готовятся к войне. Александр был прав. В его выступлении на Совете нет никакого смысла. Пусть Анна и верила в обратное, но Лорды не станут поддерживать ее, если узнают, что есть другой вариант. Что есть другой наследник.

Вольный Ветер казался единственным правильным вариантом для Совета Лордов лишь потому, что эта партия родилась из недр самой королевской семьи. Анна, будучи Королевой, выступила с заявлением, что эта партия – необходимое изменение. И альтернативы не было, ведь Александра она заклеймила предателем и террористом. Ее дочь, как и она отреклась от престола, а Стелла не могла быть наследницей все из-за тех же обвинений в терроризме, а также особенностей своего прошлого, когда она возглавляла Инквизицию. Все. Единственный выбор пал бы на новую систему, новую партию, выбор подогреваемый пропагандой среди народа о необходимости этих перемен. И все – победа. Ведь тогда, любые действия Хоуков рассматривались бы как желание вернуть власть. Народ бы отвернулся от них, Лорды отвернулись бы от них. И все бы шло так, как этого хотела Анна…