Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Летоисчисление от Иоанна

Летоисчисление от Иоанна
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
221 уже добавили
Оценка читателей
3.86

«Роман “Летоисчисление от Иоанна” написан по начальному варианту сценария фильма “Царь” (режиссер Павел Лунгин). Это рассказ об острейшем моменте русской истории: о противостоянии царя Ивана Грозного и митрополита Филиппа. Это время разгула опричнины, время лютых пыток и казней. Царь призывает в Москву друга детства, игумена Соловецкого монастыря Филиппа. Став митрополитом, Филипп видит свой долг в том, чтобы заступиться за жертв бесчинств, творимых по указке царя его приспешниками.

…У нас с Павлом Лунгиным несколько разные митрополиты. Для него Филипп – это идеальный человек эпохи Возрождения, а для меня – обычный, даже мужиковатый. Мой вариант – в книге, его – в фильме» (Алексей Иванов).

Лучшие рецензии
timopheus
timopheus
Оценка:
7

Чётко видно: это сценарий, адаптированный в роман. Поэтому слишком простой, "неивановский" язык, слишком просто всё и по сюжету, и по сценам, которые идеально соответствуют кинематографическим. Фильм я смотрел ещё на премьере, в кино ходил, и фильм мне категорически не понравился, потому что я считаю неправильным смешивать исторические события и аллегорический фарс, которым всё заканчивается. В книге этот момент смотрится чуть гармоничнее, потому что слова - не изображение, их можно по-разному представить. В целом - ну, книга. Ну, про царя. Ну, лучше в данном случае фильм посмотреть. 4/10.

Maple81
Maple81
Оценка:
4

Как правильно заметил автор другой рецензии, эта книга больше напоминает сценарий к фильму (хотя сам фильм я пока не смотрела). Перед нами проходят картины, на них подробно описаны виды, действия, одежда и прочие мелочи, но не очень мало уделяется внимания размышлениям. В фильм их вставить сложно, а в книгах они, обычно, присутствуют. Поэтому от книги осталось впечатление поверхностности и недосказанности. Придумано несколько ярких сцен пыток и казней, введен образ невинной девочки-жертвы для большей красочности, сцена бунта стрельцов из детства Иоанна. Да, для фильма это все было бы удачно отражающим царствование грозного царя, но для книги этого явно мало.
Мне бы хотелось увидеть более глубокий исторический анализ. Пусть, не слишком глобально, а хоть небольшими вставками-главами или даже абзацами, но показать царя более наглядно и со всех сторон. Дать какие-то подробности возникновения опричнины. Как часто делают в книгах, на фоне развития действия основных героев, отступая и рассказывая про исторические корни происходящего. Иначе это превращается в подростковую книгу приключения пары главных героев в тяжелую жизненную эпоху.

Читать полностью
elenacekova1
elenacekova1
Оценка:
4

В некоторых изданиях на обложке есть подзаголовок: по фильму Павла Лунгина «Царь». Конечно, не «по фильму» – сначала Алексей Иванов написал сценарий, режиссер Павел Лунгин его переработал и снял фильм, а писатель, как это бывает, решил дать еще одну жизнь своему творению и превратил его в роман. Я начала с книжки, потом посмотрела кино. Дело этим не ограничилось: долго изучала исторические сведения о персонажах романа, их родословные (интересно: потомки палачей и садистов, описанных в книге, судя по всему, «ответили» за грехи своих отцов – судьбы их ужасны).
В книге Алексея Иванова царь Иоанн – запутавшийся человек: некогда справедливый государь внутренне переродился, теперь он – юродивый с манией величия. Друг детства Федор Колычев (митрополит Филипп) его не узнаёт.

Филипп встал рядом с Иоанном на колени и, успокаивая, погладил царя по плечу.
- Покайся, Ваня. И тебе легче, и Господу, - тихо попросил Филипп.
Иоанн дернул плечом, сбрасывая руку митрополита. Федька дурак, он ничего не понял.
Кто должен каяться? Он царь. Он должен спасти свой народ. Не просто так спасти – на Страшном суде спасти. Для этого надо, чтобы народ в него верил. А в кого верят? В Христа. Где Христос перед Страшным судом? На земле. Кто, значит, он, Иоанн? Исус.
Народ должен верить в него, потому что он – Исус. Это в нём перед Концом Света воплотился Господь. Кто не поверит, те умрут.

В оставшейся части книги это и происходит: герои погибают один за другим, их казни изощренно разнообразны, зверства и издевательства палачей-опричников становятся всё более страшными...
Столкновение царя Иоанна, который претендует на духовное лидерство нации, и митрополита Филиппа – заканчивается предсказуемо.

Федька должен замолчать! Не потому, что сеет смуту. Не потому, что обличает. Плевал на это Иоанн. Федька должен замолчать, потому что он не способен увидеть в Иоанне отваги разрушать старые миры и дара созидать новые. Он оскорбляет Иоанна-творца, Иоанна-Исуса.

Митрополит низложен, избит, осуждён. Его племянник Иван Колычев на плахе под пытками отказывается признать вину дяди и платит за это головой.

Филипп наклонился и поднял голову Колычева. Федька Басманов от растерянности даже выронил веревку.
Толпа смотрела на владыку.
Филипп держал голову Колычева в ладонях – лицом к своему лицу. Кровь из головы капала на помост. Глаза еще бегали за опущенными веками, а губы прыгали, будто что-то договаривали.
- Твои уста не солгали, и мои не солгут, - потрясенно поклялся Филипп и поцеловал голову Колычева в дрожащие, тёплые губы.
Алексей Басманов вновь вопросительно посмотрел на Иоанна, показал окровавленный топор и кивнул на Филиппа.
Но Иоанн уже поднимался с кресла – устало и разочарованно. Он только бессильно махнул рукой и, сгорбившись, пошёл с паперти, не оборачиваясь.

Это далеко не самая страшная сцена романа, в котором Иоанн Грозный казни и пытки воспринимает как шоу, даже устраивает из них потеху для народа. И при этом видна другая сторона его личности: он высокообразованный и крайне религиозный человек (врезалась в память сцена из фильма: царь вместе с опричниками поют молитвы в храме – это сильно!). Вот уж верно говорил Митя Карамазов у Достоевского: «…высший даже сердцем человек и с умом высоким, начинает с идеала Мадонны, а кончает идеалом Содомским. Еще страшнее, кто уже с идеалом Содомским в душе не отрицает и идеала Мадонны и горит от него сердце его, и воистину, воистину горит, как и в юные беспорочные годы. Нет, широк человек, слишком даже широк, я бы сузил».
Во время чтения библиотечной книги заметила между страничек шелуху от семечек. Эти ужасы кто-то читал, лузгая семечки! Без комментариев.
Посмотрела фильм Павла Лунгина, который впервые был показан в мае 2009 года в Америке и только в ноябре – в России. Что в нём поняли американцы, хрустя попкорном и глядя на бесчинства русских варваров? Что увидели русские, кроме банального повторения истории?

«Народ безмолвствует» (А. Пушкин).

Фильм отличается несколько иной трактовкой образа Филиппа (его играет Олег Янковский), а Иван Грозный (Петр Мамонов) – именно такой, каким я его ожидала увидеть.

Каждому – своё: монахам, пожелавшим принять смерть вместе с Филиппом – последняя свобода спасённой души; царю с присными – последняя пустота вымершей Москвы.

Читать полностью
Лучшая цитата
Сизо-багровые, рябые стены и башни Кремля цветом напоминали перемороженную говядину.
В мои цитаты Удалить из цитат