Отзывы на книги автора «Алексей Атеев»

- Пора попить крови христианских младенцев! – весело сообщил Фишкин.

Эта книга ничем не хуже иностранной мистики, того же самого Стивена Кинга, что часто упоминалось. Но неповторимый русский колорит превращает эту книгу в пародию. Специально это получалось у автора или нет, но ощущение от книги похоже на ощущения от посредственных российских сериалов, битвы экстрасенсов или НТВшной чернухи родом из русской глубинки.

Из-за этих ощущений я решила провести мысленный эксперимент и заменяла в голове все русские имена и названия на иностранные. Если применить этот фокус, то все сразу теряет комичный оттенок, получается спокойным, приемлемым и даже таинственным. Наверно это говорит лишь о моих проблемах и о том, что я слишком привыкла воспринимать такой жанр от иностранцев. Но все же, иногда клюква слишком усердно лезла наружу, и когда на арене появились типичные российские бабушки ситуацию стало невозможно спасти.

Итак, в один прекрасный момент книги автор знакомит нас с двумя очень интересными персонажами. Двумя бабками-близнецами, которые косвенно принимали участия в событиях, порожденными тайными силами. И именно тут автор явно поймал кураж. И у меня сложилось впечатление, что либо у него о ч е н ь хорошее чувство юмора, либо этот парень конченный. Атеев во истину постиг сущность среднестатистической российской приподъездной бабки. Не исключаю, что для этого ему даже пришлось втираться к ним в доверие, слишком уж они реалистичны. Но в их описании автор явно увлекся и с юмором, и с хохломой, если вы понимаете, о чем я. Бабки вышли слишком гротескными, а события, связанные с их участием слишком карикатурными и комичными. Метафоры в том же моменте просто рвали мне душу:

Огромные, тяжелые, как картечь, слезы пробивали в толстом слое пудры заметные дорожки, как пробивают весенние ручьи толщу льда. Пудра скатывалась в грязные катышки, отчего создавалось впечатление, что лицо Хлудовой загадили голуби.

Но придираться к обрусению этого жанра можно сколько угодно, а книга кажется действительно удалась. И эта история, кажущаяся очень американской, в русской реалити все же прижилась, хоть и неловко. Книгу было читать очень интересно. Съедена она была буквально за день. Сюжет периодически удивлял, а угадывался лишь совсем в редких случаях. Расстроила меня лишь концовка, которая получилась слишком сумбурная или явно намекающая на вторую часть. Я честно скажу: я чего-то не поняла.

В итоге могу посоветовать эту книгу как развлекательное чтиво между серьезными произведениями, от которых надо отдыхать. Сильной смысловой и моральной нагрузки текст не несет, а, следовательно, и думать над книгой много не придется.

И на последок диалог, без которого книга, события которой происходят в России, разумеется, не смогла бы обойтись.

- Чего надо?
- Дело есть.
- Какое в четыре часа ночи дело?
- Выпить принесли, - вмешался Дима.
- Выпить? – Грозные интонации тут же сменились на удивленно-радостные. – Это клево!

Здравствуй милый потенциальный читатель! Если ты уже взялся читать мой отзыв, значит автор или даже книга чем-то тебя привлекли (ну или ты сумасшедший, который попал в рабство "Долгой прогулки"). Перед тобой книга странная, в ней действительно есть демоны и даже шаманки/колдуньи. Так по мере развития сюжета автор перескакивает с обыденности до мистики фантастики. Эту книгу ругают за это, но уверяю не все так плохо, задумка автора довольно привлекательна и необычна. Но есть в этой книгу один но огромный минус. Диалоги. Вот хочется взять и треснуть Атеева. Ну не говорят так нормальные люди! И если вы не доверяете мне, просто откройте книгу на любой страничке и прочитайте разговор, сами все увидите,сами все поймете.

Как наверное и большинство читателей я когда-то мечтала написать книгу. Такую что бы крутая до опупения и интересная всем и каждому. Скажу больше, я ее даже начинала писать парочку раз. Но все сводилось к тому что Федя пошел в бар, сказал привет Марусе, повернул голову направо и увидел злодея *это дословно))*. Знаете, чувствую что-то родное в Алексее. Как итог вся эта история прошита белыми нитками, некоторые даже торчат откуда не лень и поверить в нее не реально, даже не реально испугаться хотя бы парочку раз. Если в воображении нарисовать темный покинутый дом, зеркала на месте входных дверей да еще чертей рядом, то очень даже жутко. Но описать все это достойно - наверное непосильная ноша для автора. Может виной тому отсутствие писательского таланта (сказал кахатарыч со своим то Федей), а может я в кой то веке стала слишком требовательной, может начну таки воротить нос хоть от кого-то и задрав нос повыше писать, что это не литература вовсе и мне жаль тратить время свое драгоценное.

Дорогой потенциальный читатель, на самом деле все это фигня. Пусть я не верю ни единому слову, пусть ворчу и пугаю тебя, но книга при всей ее внешней какашести каким-то совершенно непостижимым образом захватывает и вот ты уже ждешь что же там, за поворотом, что нового подкинет сумасшедшая хвантазия автора. А еще лучше наплюй, наложи кучку на всех и просто читай если уж бил заинтересован.

В рамках ДП выбрала из всего творчества Атеева эту повесть по ряду причин. Во-первых, признаюсь, действительно хотелось побыстрее «отстреляться» с жанром, от которого далеки мои читательские предпочтения. Во-вторых, на лайвлибовской страничке автора утверждается, что Атеев, довольно критично относясь к своему творчеству, выделяет в нем именно повесть «Мара». Ну и, в-третьих, была надежда на то, что все же форма малой прозы даст возможность автору книг в жанре хоррор не затягивать повествование и не распыляться на ненужные подробности «ради объема», рассказ будет максимально концентрированным и увлекательным.

Конечно, я не наивный читатель и вовсе не ожидала от автора ужастиков родом из России 90-х годов чего-то запредельного, мозговышибательного, не говоря уже о (не к месту будь помянуто) высокохудожественном. Отбросив высокие требования, рассчитывала, по крайней мере, на какое-то стремительное развитие событий, лихо закрученный сюжет и хотя бы пару-тройку жутковатых моментов. Для пущего эффекта взялась за книгу примерно в полночь и... уснула, еле добравшись до середины. Дочитывать пришлось уже днем.

Я даже не знаю, что написать об этой повести. Уныло, тягомотно, а главное – увы, ну нисколечко не страшно. За сто страниц всего пара эпизодов, претендующих на «ужас-ужас», но и здесь приходится подавлять зевоту. А ведь какой, казалось бы, смачный сюжет: главный герой в рабочей поездке «цепляет» себе Мару – демона сна, или суккуба. С тех пор он теряет ощущение границ сна и реальности, не понимает, что с ним произошло на самом деле, а что было лишь кошмаром. А отсюда и до помрачения рассудка рукой подать...

Ну... вот тут волей-неволей и пожалеешь о том самом таланте, на который вроде изначально и забила, – какой интересной могла бы стать книга под пером профессионала. В этом же случае – ну никак, просто никак. Кошмары не кошмарны, сны не сюрреалистичны (тьфу ты, еще одно слово, упомянутое не к месту), как только начинает происходить что-то хоть сколько-нибудь страшное – главный герой просыпается. Ну оно и понятно – проще вовремя «разбудить» героя, чем ломать голову над описаниями сцен леденящих душу кошмаров. Даже в качестве передышки между «серьезными» книгами или для чтения в метро я бы такое не порекомендовала. Есть куда более увлекательные книги для развлечения и отвлечения.

Писать об этой книге что-то еще – значит, просто толочь воду в ступе. Ни на какие литературные анализы и уж тем более креатив это произведение вдохновить не может. И не надо. Прочитать – и забыть, благо, хоть объем небольшой.

Вы не поверите - я хохотала до слез.
И ведь есть же над чем.
Хоть автор и позиционировал книгу как мистику, ан нет, тут можно посмеяться.
Глубокой ночью, в самый холод, тьму и дождь - главная героиня отправляется на кладбище, припомнив старые детские страшилки, чтобы попросить некую девицу Амалию послать ей значит шикарного жениха.
И ведь послала Амалия жениха, только не такого как нужно героине.но плевать Амальке на Верины сопли с высокой колокольни ибо женишка то она скорее себе приглядела, а не наивной Верке, все быстрее порабощая разум Веры.
А Вера встретила себе жениха о котором мечтала, а Амалии это не понравилось.
Вот и начинается "крестовый поход" Веры и ее жениха против призрака Амалии фон Торн.

И ведь знаете, офигенная книга. Мозг откровенно расплавился, работать перестал совершенно и укатил в отпуск вместе со всеми проблемами. Я смеялась над Вериными приключениями от души и периодически вздрагивала от страха, если автор закручивал что то мистическое.

Лучшая из книг Атеева, которые я прочитала до настоящего времени.

Автор издательской рецензии книгу, похоже, только бегло просмотрел. Никаких "трупов в пустующем кафе" я там не нашла, прорицатель из психбольницы в убийствах тоже не подозревался.

Первая часть книги читается на одном дыхании - тут тебе и изображённые с юмором позднесоветские реалии провинциального города, и жутковато-загадочные истории о местной психбольнице, в которой якобы держали тронувшихся умом советских генералов, и приключения в этом антураже, и история о судьбе человека, наделённого пророческим даром.

Вторая часть проигрывает по сравнению с первой. Дочь прорицателя, к тому времени уже покойного, приезжает к главному герою, сперва оплакивает смерть отца, а потом начинает кадриться и поливать покойного грязью, предлагая ехать искать отцовский дневник, чтобы потом "продать за кордон" - герой с ходу соглашается. Дальше начинается уже неоднократно использованный автором сюжетный приём - "поехали к моей знакомой, она немного странная, магией увлекается, зато интересно" - а потом выясняется, что к этому имеют отношение тёмные силы. Финал, увы, тоже невнятный.

А ведь это можно было так развернуть... Концовки в стиле, "что там было - неизвестно, но ходят слухи..." больше подходят для реалистических романов, а в мистике, где читатель ожидает, что если добро не победит, то хотя бы зло будет наказано, хочется другого, более простого и поучительного финала.

«Это совсем не то, что вам кажется…» гласит надпись на обложке. Я все думаю, неужели кто-то в издательстве оказался честным и человеколюбивым настолько, что пытался как-то предупредить доверчивого читателя?

Итак, девочка подбирает на кладбище старинную монету. Очень быстро находка пошла по рукам и, в конце концов, оказалась в совсем для нее не подходящих. Вор по кличке Скок, часто почему-то именующийся как «наш герой», по закону подлости появляется в нужное время в нужном месте и становится владельцем древнего амулета. Все вокруг довольно шустро соображают, что к непонятным делам, которые стали происходить, амулет имеет самое прямое отношение. Конечно, на нем же есть пятиконечная звезда и надпись на латыни, а еще, как прочитал один коллекционер буквы по кругу «natas». Да ладно бы речь шла о простых людях, но в это как-то сразу начинает верить человек, занимающийся церковными разоблачениями и считающий, что все на свете можно обосновать логически. Еще один эффект от «волшебной палочки»? Выясняется, что амулет исполняет желания, но только самые низменные. Тут, честно говоря, я надеялась на что-то более психологическое, а все оказалось до обидного банально и примитивно.

Дело происходит в начале 60ых гг прошлого века в Соцгороде, представляющем из себя, по мнению автора, «очаг цивилизации». Пожалуй, это и есть самый страшный, по совместительству, единственно страшный момент во всем произведении – повседневная жизнь обычных людей. Может быть, угнетающий является более верным определением, чем страшный. Потому что в этом сером и унылом городе буквально в воздухе чувствуется беспросветная безнадега, из которой невозможно вырваться. И это речь идет о среднестатистическом честном работяге, а не об обитателях окраины Карадырки. По сравнению с этими трущобами все остальное может показаться царскими палатами. Вообще, исходя из аннотаций к книгам Атеева, у меня сложилось впечатление, что он не особо старался разнообразить свои произведения. По крайней мере, в большинстве из них упоминаются именно такие места. Ну и правильно, зачем выдумывать что-то новое, это сколько времени можно сэкономить, используя старые наработки! А если в середину книги вставить краткий пересказ другой, так вообще хорошо. В данном случае речь идет о «Псах Вавилона». Да, к концу Атеев не удержался и все-таки написал про вампиров с зомби, тем самым окончательно пустив все под откос.

Может, не все так плохо и я зря навожу тень на авторское мастерство? К примеру, в одном месте даже удачная шутка вышла. Вот она:

Возможно, читатель, занятый острыми коллизиями сюжета, уже позабыл о существовании главного персонажа нашего повествования

Сам себя не похвалишь… Если серьезно, про острые коллизии Алексей Григорьевич явно преувеличил, раз так в -дцать. Сейчас, когда прошло уже некоторое время после прочтения, мне вообще уже трудно вспомнить, что же там такое происходило. Ну не летающие куски вареной колбасы и бытовых приборов вокруг них (такое тоже было), автор имел в виду, правда?
Еще я категорически не согласна, что каждый человек в мыслях может запросто пожелать причинения физического вреда или смерти другому. Не хочу в это верить и не буду.
Совсем не понравилось. Произведение по объему небольшое, всего 350 страниц, а по ощущениям во время чтения тянет на все тысячи, просто нескончаемое. Не знаю, наверное, такие книги тоже нужны зачем-то. Судя по оценкам, ее даже кто-то любит.

Слушал аудиокнигу. Чтец: Андрей Кравец

Первые две книги не слушал и не читал. Даже не знал, что это серия. Прослушал только «Город теней», потому, что Кравец читает. Честно скажу, местами затянуто. Но в целом книжка понравилась. Особенно в тех моментах, когда герои под землю спускались. А финал напомнил мне песню группы Король и Шут «Мёртвый анархист»))

Возможно есть спойлеры!

И главное, для чего все это затеяно? Кому нужно и зачем? Вот чего я до сих пор не могу понять.

Нет ничего хуже, чем разочаровываться в книге. Хотя, казалось бы, начало многообещающее: старинная рукопись, клад, пропавшая деревня, мистические исчезновения, раскопки, склепы, тайны, юная барышня, опытный сердцеед. Изначально автором были заложены все компоненты захватывающего произведения в жанре хоррор, но как-то не сложилось.
Первый знак вопроса у меня загорелся в голове, когда я увидела словосочетание «наш герой» (кстати, это словосочетание встречается в книге 41 раз плюс производные – многовато на мой скромный читательский вкус). Во-первых, это сразу сбило остроту восприятия, моментально упростило произведение, как, например: Жили-были, долго ли коротко, скоро сказка сказывается да не скоро дело делается и т.д., то есть стало понятно, что можно слишком многого не ждать. Во-вторых, Жора Лесков далеко не мой герой и негоже автору решать этот вопрос за читателя.

Не знаю кому как, а мне было очень трудно читать, не смотря на то, что написано до безобразия примитивно-разговорным языком. Примерно с пятой главы я насильно заставляла себя читать. И только ближе к концу я поняла причину. Дело в том, что я настроилась на определенный жанр: стучать зубами и дрожать от страха под пледом и когда я этого не получила мой мозг стал упорно сопротивляться тратить время на всякую ерунду. Мне долго не давал покоя вопрос: что же я читаю? В какой-то момент я для себя поняла, что книга – это просто глум или стеб (кому как нравится) и когда далее я стала находить подтверждения своим выводам - процесс пошел гораздо быстрее.

А что еще могло придти в голову, когда читаешь такое?

Пока омоновцы оттаскивали к автобусу своих раненых, пока милиция, ощетинившись стволами, укрывалась за машинами, черные не предпринимали никаких действий, словно чего-то ожидая. Когда противоборствующие силы определили свои позиции, над толпой черной нечисти, неожиданно для сотрудников правопорядка, да и для всех жителей микрорайона, напряженно следивших за происходящим, появились рукописные плакаты на русском и английском (!) языках. В свете прожекторов ясно читалось: «Зомби всех стран, объединяйтесь!», «Zombies of all countries unite!». Кроме того, имелись и транспаранты типа: «Переименовать Светлый в Темный!!!», «Мы тоже живые!» и «Свободу зомби!».

Еще раздражали эти, не побоюсь этого жестокого слова – дурацкие… ой! Нет-нет, сказочные!!! фамилии и имена: Асмодей Чернопятов, Чернобоков, Белояров, Кокуев и т.д.

От этих откровений закружилась голова:

– Прямо как в сказке про Кощея Бессмертного.
– А он и есть Кощей. Когда-то был Чернобогом, но с течением времени имя его поменялось, как поменялись и другие имена. Добрые боги стали святыми, злые – чертями, лешими, водяными, марами. О них стали слагать сказки. Но в каждой сказке, как известно, заложено зерно истины.

– А какая она была, Василиса-то?
– Ну, какая... Красивая, умная...
– Это я знаю. Это все знают... А характер?
—Ну... Помнится, рыбу она любила. Кушать то есть. Блюда разные из рыбы. Заливное из осетра, щуку фаршированную, селянку, налимью печенку... Понимаешь, давненько дело происходило. Всего и не упомнишь.

– Так, ясно. А другие жены у тебя имелись?
– А как же! И не одна.
– Кто, например?
– Елена Прекрасная – раз, – «Толик» стал загибать пальцы, – Марья Искусница... Потом э-э... Варвара Краса – длинная коса. Та еще дурища. Целыми днями перед зеркалом сидела да волосы расчесывала. Слова путного, бывало, от нее не дождешься.
– И сколько же всего их было?
– Так сразу и не сочтешь. Десятка два, наверное.

Натужная какая-то вышла книжонка: интрига рассыпалась не успев завязаться, Главные Герои какие-то противоречивые (не получилось у автора вылепить характеры), переход на персонажей русских народных сказок вышел нелогичный, примитивные диалоги. Более грамотный читатель найдет еще большие нескладушки.

Засим заканчиваю свой монолог, я и так слишком много написала для этой книги…

Тайны, мистика, масоны,
Розенкрейцеры, шпионы,
Секты, магия, СС,
КГБ, телекинез,

Калиостро, Сен-Жермен,
Престарелый джентльмен,
Древо жизни, злые боги,
Тамплиеры, педагоги,

Вечный жид, волшебник-брат
И сестренка-телепат,
Пуп Земли, секретный план,
Воскрешенный уркаган.

Тут и сказочке пипец,
Стрёмный скомканный конец.
Должен вам признаться сразу:
Я едва не выпил яду

От досады на себя,
Что три ночи и три дня
Эту книжицу мусолил,
Мозг себе взорвать позволил.

Сохраните лучше кэш.
Не читайте этот трэш.

1971 год. Крым. Медведи в шапито начинают вести себя странным образом. Дрессировщик вспоминает цыганские легенды. Зверское убийство неподалеку. Этот же год. Москва. Честный журналист, которого просят раскрыть убийство человека. И еще один, охотник из рода Охотников. Или он сделает то, что должно, или же его убьют. Такая традиция. И опять географическая и уже временная смена картинки: тридцатые годы, городок ссыльных Югорск, и легенда вогулов о медведе-оборотне, Консыг-Ойке. Мог ли преступление совершить медведь, существуют ли оборотни? Заманчиво? Да не совсем.
Вызывает трудности жанровое определение книги: детектив с элементами мистики, попытка бытописания нравов советского времени, социальный роман... Намешано всего понемногу и очень поверхностно.
Как детектив книга крайне слаба: практически с самого начала известно, кто, что, как и почему, и даже оживление действия во второй части книги и появление намека на загадку ситуации не спасает. Поиски убийцы ведутся примерно так: метание из пункта А в пункт Б или С или даже Д по произвольной траектории, использование подсказок незнамо кого плюс ругань в адрес гомосексуалистов и поглощение огромного количества пива и иных горячительных напитков. Внутренней логики повествования нет, при необходимости дальнейшего развития событий в нужном автору направлении из ниоткуда появляются ничем не мотивированные подозрения и догадки.
Как книга о советском времени… Мог ли обычный ребенок в 1971 году знать о врагах народа? Могли ли проводится фотосессии ню в музее в это же время? Действующие лица практически любой разговор начинают с хамства или грубости. Ну или же с деланным пафосом в случае советской золотой молодежи.
Социальный роман? Не будите древнее зло, оборотни среди нас? Для социального романа такого слишком мало, а для детектива – слишком много.
Ну и отдельно – о языке книги. Тут скорей не незнание автором языка, а некоторая языковая небрежность и стилистическая разнородность текста.

Голова, конечно, поболит и пройдет, а что будет с Россией — этот вопрос не давал покоя Пантелееву.

Болото вспучилось, и по нему гуляла невысокая, без пенных гребешков черная волна, перехлестывающая гать. Возвращаться не представлялось никакой возможности.

На одной тахте лежала, прикрыв голову книжкой, какая-то фигура.

Не обращая внимания на урон, пытливый исследователь ухватился за железную перекладину пожарной лестницы, подтянулся и ступил мужественной ногой на ее первую ступеньку.

Шерсть на коте вставала дыбом, и он застывал словно вкопанный, пока мальчик смотрел на него, но стоило отвести взгляд, и кот опрометью шарахался прочь.

Под лучом выскочившего неведомо откуда солнечного зайчика глаз Олимпиады сверкнул.
— Ну, заходи, миленок, — проворковала она.
И Иона шагнул в бездну порока.

— Вот здесь, — показал Рубинштейн очерченный мелом силуэт на полу, — здесь она и лежала, Марья Ивановна. Здесь ее настигла подлая рука убийцы. Золотая была старушка.

Недолог век медведя в нашей стране. От силы лет сорок. ... Еще короче жизненный срок тех мишек, которые обитают в районах, населенных так называемыми национальными меньшинствами (…). Правда, нужно отметить, что и после прихода Советской власти жизнь северян не особенно изменилась. Пить, правда, стали больше. Медведи, конечно, не пьют, но разве от этого им легче?