Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Море, море

Море, море
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
536 уже добавили
Оценка читателей
4.5

Классический, удостоенный Букеровской премии роман «самой английской писательницы» XX века, одна из вершин психологической прозы автора. Герой книги Чарльз Эрроуби, режиссер, немного актер и немного драматург, уходит на покой в зените славы. Он отрекается от волшебства театра, чтобы стать отшельником. Правда, он – отшельник-сибарит и живет не в пещере, а на комфортабельной вилле на берегу моря. Профессионал до мозга костей, Эрроуби и здесь не может отказать себе в удовольствии срежиссировать жизнь окружающих его людей в прекрасных декорациях морского пейзажа.

«Море, море» – роман о море страстей человеческих.

Лучшие рецензии
sandto
sandto
Оценка:
78

Во-первых, спасибо marfic - благодаря ее рецензии я прочел эту книгу.
Во-вторых - любая книга, вызывающая эмоции, заслуживает внимания...

Внимание: графоманство и много цитат.

В далеком 1978 году Аирис Мердок получила Букера за "Море, море" (кроме того, она шесть раз побывала в финалистах Букера). В том же 78 году я учился ходить, весьма успешно с этим справлялся, в качестве премии за это мне полагалась сушка или другое хлебобулочное изделие. Закончив в 2011 году читать последний абзац Моря я крепко задумался и почесал макушку – имею ли я моральное право на рецензию заслуженного автора и любимого многими романа. В результате малодушно решил, что это будет вовсе не рецензия – я просто поделюсь с вами своими впечатлениями и эмоциями. Рецензии сами по себе полезны в большей степени тем, кто еще с произведением не знаком. Мои же впечатления никакой пользы никому не принесут, может, только позабавят - особенно тех, кого Море не вдохновило, а укачало, как меня.
Нелепица.
Можно даже глаголом - ну не лепится!
Даже не знаю, с чего начать.
Какие многоярусные конструкции, сложносочиненные и сложноподчиненные предложения, перегруженные пунктуацией, как ослик на бухарском рынке. Зачастую при чтении я останавливался и обращался к себе – может, вы, голубчик, зануда и педант? А может, вы просто лох какой-нибудь? Чего придираешься к мелочам и деталям? Но мой внутренний адвокат не дремал – вспомни, говорил он, - открывая книгу, ты предвкушаешь приятные детали, "вкусные" описания, красивый язык... В не меньшей степени ты желаешь видеть внутреннюю логику сюжета, живых персонажей, которых можешь представить, которым можешь сопереживать, которых можешь ненавидеть.
Ведь за это мы ценим литературу, а не только за морализаторство и страсти человеческие, не так ли? Я же спотыкался на каждом эпизоде, пытаясь увязать все в единый режиссерский замысел. Постоянные противоречия между поведением персонажей и их характеристиками, выписанные автором с тщательностью и деталями, не увязывающиеся в цельный правдоподобный портрет.
Сначала приезд Рози, потом Лиззи, затем опять Рози, затем внезапно появляется Хартли, затем Титус, затем опять мешанина из ненужных приездов и отъездов... Напоминает езду по старой разбитой проселочной дороге - то кочка то ямка. У меня возникла только одна ассоциация – с мексиканской мыльной оперой в той же заштампованной ипостаси, как Россия представляется в голливудских фильмах развесистой клюквой. Когда я дошел до места, где Хартли висит на крюке (простите!) я испытал радость избавления. Как же горько было узнать, что это сон Чарли. Ждал, когда закончится этот мелодраматический фарс, но нет, все только усугубилось - на протяжении 100 страниц ничего не происходит, какие-то люди бездарно проводят дни в ничегонеделание и старческой (sic!) рефлексии.
Поехали дальше. Давайте улыбнемся на дорожку

«Для интеллектуалов, ценителей искусства, роман и о любви и о кулинарии, просто о жизни и мистике»

Цитата

«Я посмотрел на моего кузена — при ярком сумрачном свете он, как и все вокруг, был виден до жути отчетливо»

. Офигеть, мистичненько.
Роман для гурманов... или, может быть, Роман для гурманов? Иначе как изысканным гурманством не назовешь употребление варенного репчатого лука в качестве гарнира, а так же для угощения им званных гостей. Или вот из текста пример "сибарита и гурмана" - взять коврижку, сбрызнуть лимонным соком и вымочить в йогурте - ммм, как освежает мои представления о кулинарии! Гордон Рамзи оценил бы по-достоинству. И это практически все кулинарные изыски на страницах романа. Далее в разных вариациях вы встретите сыр, консервированную ветчину и консервированные сосиски, а также овсянку и яйца. Особенно заинтриговало блюдо "яйцо-пашот в омлете" - я знаком и сносно готовлю то и другое по-отдельности, но вот чтобы так искусно соединить их... Цитата

"Пишу это после обеда. На обед у меня было яйцо-пашот в горячем омлете, потом окунь, тушенный с луком и капелькой порошка карри, а к нему — немножко кетчупа и горчицы."

Показательно описание попойки Чарли с другом Перри. Кстати, наш главный герой не любит, когда его называют Чарли, именно поэтому я так и буду его называть из собственной мелочности. Итак, что мы имеем – два половозрелых мужчины проводят вечер, упиваются виски, и, внимание, не могу сдержать слез -

"И мы с ним провели длинный отдохновенный вечер, наелись восхитительного карри (моего приготовления, Перри готовить не умеет) с рисом и салатом из свежих овощей, а потом долго лакомились фруктами и песочным печеньем... Потом перешли на кофе, виски и рахат-лукум."

Нет, если бы это был вечер двух брошенных подруг, я бы ничего не имел против, но так-то чё?.. Больше напоминает дневник Бриджет Джонс.
Я с ностальгией вспоминаю описание блюд и кухни у Ирвинга в "Последняя ночь у Извилистой", хотя сам роман там вторичен и не интересен. Как уютно было все описано у Ф.Флегг в "Жаренных зеленных помидорах...". Я даже рецепты из этих книг пользую в жизни. И категорически отказываю себе в удовольствии читать "Русскую кухню в изгнании" Вайля/Гениса, иначе родные потом боятся встречаться с весами напольными, механическими, поддиванными, 1 штука. Что еще насторожило, так это сетования, что море рядом, лодки сохнут у пристани, а рыбы свежей нигде не купить.
Ладно, оставим наболевшее, перейдем на личности :)
И сразу цитата:

"я ни разу не воспользовался своим положением, чтобы уволочь женщину в постель. Пусть в наши дни признаваться в этом не модно, но я не наделен повышенной сексуальностью, а прекрасно могу обходиться без «половых сношений». Иные наблюдатели даже подозревали меня в гомосексуализме, потому что у меня не было беспрерывной смены любовниц. я не бабник.

Ок! Но тут же недалеко по тексту о молодой актрисе после вечеринки -

"... мне хотелось подцепить очередную в коллекцию"

То ли Чарли любит сам себе противоречить, то ли автор с мужской логикой незнаком, то ли я... И в вдогонку – он опять себе льстит:

"После той, первой, девушки все женщины казались мне суррогатом. А может быть, я просто равнялся на шекспировских героинь..."

– это кто, Хартли шекспировская героиня?!!! или Клемент?! или может Лиззи с Рози?! Муссчина, не льстите себе!
В этом месте я забрел в психологический тупик:

«А вот перед моим шофером Фредди Аркрайтом я всегда чувствовал себя виноватым, потому что однажды он на меня наорал, а не потому, что я вызвал его гнев, заставив три часа ждать голодным, пока сам обжирался в отеле «Коннот». Чувство вины часто порождается не самим проступком, а нареканиями на него».

Сильно сомневаюсь. Не верите, попробуйте кого-нибудь упрекнуть по-делу раз 10 подряд.
Ладно, надоело мне брюзжать, буду закругляться.
Напрашивается какой-то серьезный итог.
«Море, море» не обладает ни глубокой цельностью, ни завершенностью. В нем есть много чего-то, кого-то с кем-то, даже развитие, а вот кульминация, кульминация, кульминация... Эх, все не наступает кульминация, ведь как-никак всем главным кульминаторам уже за 60 лет и как-то смотрятся все страсти нелепо и жалко. Опустошение и безысходность.
Цитата:

"Один из секретов счастливой жизни — непрерывно доставлять себе мелкие наслаждения, и если иные из них можно получить с минимальной затратой денег и времени – тем лучше."

И что после? Ни детей, ни любви, ни уважения... В итоге единственным живым персонажем мне показался брат Чарли.
Чем закончить? А ничем – пустой роман, некрасивые персонажи, бессмысленный отзыв, разочарование…
Доставайте из чуланов ваши плети и розги, цельтесь в меня тухлыми помидорами - я готов:)
Пойду-ка заварю женьшень-улун и откопаю с полки мою любимую The Ebony Tower.

----

Читать полностью
marfic
marfic
Оценка:
68

Какие чудесные в своей точности и тонкости человеческие портреты. Какие необременительные, но очень настроенческие- сродни прочитанному недавно Тургеневу - пейзажи. Воистину, эта книга достойна звания классики. По крайней мере для меня она таковой стала.

Мердок не заигрывает с читателем, не тешит его мнение о собственном уме, однако на cтраницах есть место и "сублимации", и тонким рассуждениям о природе человеческой, об искусстве, которые, порой, если читаешь уставшим и несобранным, могут заставить перечитать абзац несколько раз - как умный и сосредоточенный на произносимом собеседник будет приковывать твой взгляд и заставлять не только нелепо кивать на его рассуждения, но и отвечать на немые вопросы, приходить к выводам, в общем - думать.

Впервые я поняла, что бесповоротно влюбилась в этот роман тогда, когда главный герой начал рассказывать о театре, актерах, режиссуре. Воистину, это было прекрасно.

А какие поэтичные описания внешности? Не скупо, как пишут большинство современных авторов, но и не вычурно, как писали в 19 веке закладывая черты характера в черты лица.

Эта книга - что та жемчужина, которую однажды раздобыв уже не хочется ни терять, ни хоть на минуту выпускать из рук - так приятно ее присутствие в твоей жизни, часы с ней наедине превращается в сладостный праздник, которого ждешь весь день, а когда он наконец настает - места себе по началу не находишь - то хватаешься за отдельные фразы, то глубоко погружаешься в повествование, то выныриваешь чтобы подумать как прекрасна эта книга...

Герой безжалостно, но в то же время беззлобно описывает все ипостаси любви: тут и любовь-страх к своей матери, и снисходительно нежная любовь к неудачнику-добряку-отцу, и любовь-одержимость, болезненная привязанность до самой смерти к Клемент, и мазохистическая, рабская любовь-преклонение Лиззи к Чарльзу, и любовь-страсть-болезнь к Розине... Впрочем, сам герой все их любовью не считает, лишь таинственно ссылается на единственную любовь, бессексуальную, юношескую, в начале романа она для меня была лишь романтизированная, придуманная любовь, не имеющая ничего общего с настоящей. Впрочем, таковой и осталась. Однако мастерство автора в том и проявляется, что она не вкладывает свои мысли в уста и мысли героя, а создает, как Творец, человека, а потом человек этот уже живет своей жизнью. Ведь, скажем, в Замке на песке была совсем другая любовь, совсем другие герои, другая вселенная. Нет, положительно, Мердок - одна из титанов прозы. Еще и англичанка. Для кого-то это ничего не значит, для меня значит многое.

И напоследок два слова о Чарльзе. Чудак, сумасшедший, ставший для меня реальным человеком, он прочно вошел в мою жизнь.

Читать полностью
foxkid
foxkid
Оценка:
62

Как же я откладывала книгу Айрис... Одно было желание: не разочароваться в ней. Первая ее книга понравилась безумно, потому и тяжко было брать вторую, а вдруг не то, а вдруг промах? Но нет, и я думаю, Айрис теперь попала в список моих любимых авторов. Она воистину прекрасна.
60-летний театральный режиссер решил найти уединение в маленькой деревушке на берегу моря. Он купается, бродит по берегу, немножко возится с домом и с головой погружается в свое хобби - кулинарию (за описания продуктов и блюд, мне кажется, можно карать жестко - я истекла слюной, настолько вкусно все расписано).
Но от прошлого не убежать, и все оно, прожитое и непрожитое, вторгается постепенно: друзья, любовницы, первая и несбывшаяся по сути любовь. В итоге у Чарльза есть шанс чему-то научиться, что-то исправить, что-то понять в своем прошлом, сделать что-то, что раньше не мог.
Однако, мало что у него вышло. Из детства тянется зависть и соревновательность к двоюродному брату. И Чарльза прорывает в конце концов, он выплескивает свою обиду. Пожалуй, самое лучшее, что с ним стало - осознание, что он всегда завидовал тому, кто был его другом, кто готов его спасти в любую минуту. Второй положительный результат - понимание, что не за все его поступки полагается похвала, что не за все его готовы гладить по голове. Это его мнение, что он всегда прав и что всегда будет, как он сказал, рушится, огромный кусок самомнения, который Чарльзу пришлось разжевать и выплюнуть, вот его урок на старости лет. Но по сути, надо сказать, книга не дает никаких выводов.
Хартли, несчастная забитая женщина, с головой ушедшая в абьюз, из которого может уйти только в другое подчинение - это сферическая викитимность в вакууме. То состояние, в которое уходит жертва психологического и физического насилия, когда она уже не в силах выйти из круга и готова терпеть унижения всю жизнь, потому что не знает другого, потому что считает, что другого не заслужила. Это настолько показательный персонаж, что на нем можно в вузах обрисовывать, как оно. Надо сказать, она могла бы в итоге остаться с Чарльзом, потому что он предлагал по сути другую форму насилия, и не более, а это то, к чему она привыкла. И тут тоже Чарльз никакой не молодец, потому что занимается причинением добра, результат закономерен.
Лиззи, с ее болезненной привязанностью, с ее стремлением сорваться, даже когда не совсем звали, предложить всю себя тому, кому это не нужно, ее безумно жалко, но в то же время и она и Чарльз вызывают ощущение брезгливости. Она - тем, что готова бесконечно унижаться, вдруг ее примут. Как нелюбимая собака, привязанная к хозяину. И он, готовый играть ее чувствами сколько угодно, потому что нет в нем понимания границ, нет осознания того, что можно и того, что нельзя. Театральная среда аморальна, несколько раз подчеркивает Чарльз, но и он сам не менее аморален в своих мыслях, поступках, бесконечном себялюбии.
На самом деле в результате нет ничего - Чарльз не достиг какого-то катарсиса, яркого осознания, он просто продолжает жить после того, как история дошла до логической развязки и разрубила многие узлы. Что ж, престарелый режиссер живет, где-то хуже, где-то лучше, но это жизнь, а в жизни обычно так и бывает. Все течет, все меняется, и все кажется бесконечным как море.

Читать полностью
Лучшая цитата
Создатель милостиво наделил нас способностью поглощать пищу. Всякая трапеза должна быть пиром, и да будет благословен каждый новый день, приносящий с собой хорошее пищеварение и бесценное чувство голода.
В мои цитаты Удалить из цитат
Другие книги подборки «Новые поступления классики »