Отзывы на книги автора «Герман Гессе»

Крошечного "Петера Каменцинда" не удалось прочитать так быстро, как хотелось. Дело не в том, что он скучный или тяжёлый, вовсе нет. Причина в неторопливом темпе, который с самого начала жёстко диктуется автором. Это ли не власть писателя над читателем? Чтобы пробиться через описания речек, гор и фёна, мне пришлось некоторые моменты зачитывать вслух медленно и "с чувством, с толком, с расстановкой" (кстати, берите на вооружение этот способ, если сражаетесь с каким-то особенено трудно поддающимся текстом). Если я читала про себя, то через пару абзацев внимание рассеивалось, внутренний взор уходил блуждать по каким-то воображаемым речкам и горам, так что приходилось встряхивать себя и через силу возвращаться обратно к тексту.

Впрочем, не стоит поэтому думать, что текст исключительно про природу. Природный мотив здесь тесно сплетается с мировоззрением главного героя, который чисто по-руссовски лучше дышит и ощущает на фоне облаков и зелёной листвы. А вообще история о молодом человеке, который ищет себя в жизни. Это первый роман Гессе, так что сразу становится ясно, откуда растут корни мотивов в его дальнейших произведениях: дружба, покровительство, одиночество, любовь. Здесь это пока ещё не так выпукло, проба пера, но автор узнаётся однозначно с первых строк.

Поначалу кажется, что сюжета у романа условный, его словно вырезали ножницами из ленты жизни, не позаботившись о том, чтобы начало было действительно зачином, а конец — логическим финалом. Однако приглядевшись понимаешь, что рамка у произведения "закольцованная", что было в начале, к тому Гессе и пришёл в конце. Тот же трактир, тот же дядя Конрад, те же Каменцинды. И ждёшь весь роман, что Каменцинд станет им, тем самым, написавшим великое произведение, издавшим гениальные стихи... Увы, это жизнь.

Тем не менее, роману я ставлю троечку. С Гессе от этого не убудет. Дело в том, что я сравниваю это произведение с другими творениями Гессе, которого очень люблю. И если на фоне многих зарубежных романов это была бы твердая четверка, а то и пятерка, то для самого автора — это добротная троечка. Пока еще, ведь это только начало. Прочитать "Петера Каменцинда" всем любителям Гессе определённо советую, иногда так интересно посмотреть, как выглядит бутон цветка, который распустится в прекрасное соцветие чуть позже.

Крошечного "Петера Каменцинда" не удалось прочитать так быстро, как хотелось. Дело не в том, что он скучный или тяжёлый, вовсе нет. Причина в неторопливом темпе, который с самого начала жёстко диктуется автором. Это ли не власть писателя над читателем? Чтобы пробиться через описания речек, гор и фёна, мне пришлось некоторые моменты зачитывать вслух медленно и "с чувством, с толком, с расстановкой" (кстати, берите на вооружение этот способ, если сражаетесь с каким-то особенено трудно поддающимся текстом). Если я читала про себя, то через пару абзацев внимание рассеивалось, внутренний взор уходил блуждать по каким-то воображаемым речкам и горам, так что приходилось встряхивать себя и через силу возвращаться обратно к тексту.

Впрочем, не стоит поэтому думать, что текст исключительно про природу. Природный мотив здесь тесно сплетается с мировоззрением главного героя, который чисто по-руссовски лучше дышит и ощущает на фоне облаков и зелёной листвы. А вообще история о молодом человеке, который ищет себя в жизни. Это первый роман Гессе, так что сразу становится ясно, откуда растут корни мотивов в его дальнейших произведениях: дружба, покровительство, одиночество, любовь. Здесь это пока ещё не так выпукло, проба пера, но автор узнаётся однозначно с первых строк.

Поначалу кажется, что сюжета у романа условный, его словно вырезали ножницами из ленты жизни, не позаботившись о том, чтобы начало было действительно зачином, а конец — логическим финалом. Однако приглядевшись понимаешь, что рамка у произведения "закольцованная", что было в начале, к тому Гессе и пришёл в конце. Тот же трактир, тот же дядя Конрад, те же Каменцинды. И ждёшь весь роман, что Каменцинд станет им, тем самым, написавшим великое произведение, издавшим гениальные стихи... Увы, это жизнь.

Тем не менее, роману я ставлю троечку. С Гессе от этого не убудет. Дело в том, что я сравниваю это произведение с другими творениями Гессе, которого очень люблю. И если на фоне многих зарубежных романов это была бы твердая четверка, а то и пятерка, то для самого автора — это добротная троечка. Пока еще, ведь это только начало. Прочитать "Петера Каменцинда" всем любителям Гессе определённо советую, иногда так интересно посмотреть, как выглядит бутон цветка, который распустится в прекрасное соцветие чуть позже.

Так вышло, что прочтение книги - и впечатления от неё - поделились на несколько этапов. В порядке возникновения, вот они:
1/4*
Читая "Нарцисса и Гольдмунда", впервые задумалась, а так ли хороша свойственная Гессе прямолинейность? "Игра в бисер" великолепна и неподражаема, она прочно вросла в список моих любимых, время от времени перечитываемых книг, и к ней у меня нет никаких претензий, а вот чем дальше продвигается знакомство с писателем, тем проще и однозначнее становятся произведения (вот что бывает, когда идёшь от поздних произведений к ранним, а не наоборот!). "Степной волк" впечатляет до глубины души, до дрожи, и то, что критика упорно сводит его к юнгианству, кажется такой же формальностью, как желание Джойса притянуть "Улисса" к "Одиссее" - но всё-таки надо признать, что "Волк" попроще "Игры" и очень многое выдаёт в лоб. Далее идёт "Сиддхартха" с его лайт-версией буддизма и однозначной интерпретацией, и вот тут впервые зарождается мысль о прямолинейности, а теперь я заполировала эту мысль "Нарциссом и Гольдмундом". Умные люди говорят, что тут опять Юнг и архетипы мужественности/женственности, но при желании можно с тем же успехом свести всё к банальному противостоянию Инь-Ян - я-то профан от философии, Юнга не читала, поэтому всё время представляла себе этот чёрно-белый круг (временами на его фоне всплывала пугающая физиономия Фрейда - там, где речь шла о матери).
В общем, я хочу сказать, что первая четверть книги далась со скрипом, потому как ощущение, что читаешь художественный пересказ какого-то философского учения, было очень сильным; а поскольку концепция этого учения знакома всем и каждому и звучит из каждого утюга, начинаешь скучать. Да-да, материнское начало, жизнь и смерть, чувственные наслаждения, эмоциональное восприятие мира; да-да, Дух-Отец, рациональность и логика. Я совсем уже подготовилась к тому, что это будет первое произведение Гессе, которому я не смогу поставить высокую оценку.

2/4
Но разве можно победить его очарование? Не знаю, как он умудряется это делать, но каждое из его произведений рано или поздно начинает сиять - иногда с первой страницы, иногда с середины книги. Только успеешь подумать: "Нет, такой Гессе мне не нравится" - и вот уже выделяешь целые абзацы, чтобы хорошенько обдумать их на досуге, а будущая оценка книге всё растёт и растёт. "Нарцисс и Гольдмунд" очень напоминает "Сиддхартху", особенно это касается жизненного пути главного героя (а ГГ я всё-таки считаю Гольдмунда; Нарцисс скорее служит контрастом, он меньше человек и больше символ, если можно так выразиться). Но помимо этого, на монастыре Мариабронн лежат отблески Касталии, в голосе Нарцисса слышится эхо Иозефа Кнехта - разве я могу устоять?.. Великолепные моменты узнавания: когда ты понимаешь, что Нарцисс приносит свою индивидуальность в жертву служения Духу, и тут же соотносишь это с "Игрой в бисер", где на основе этой идеи построена целая провинция мыслителей, где так же отказываются от индивидуального (и именно поэтому есть запрет на творчество, невозможное без личного) - это же удовольствие, находить корни своего любимого произведения! К таким же корням относится молитвенная епитимья, наложенная Нарциссом на Гольдмунда: в "Игре в бисер" молитву заменит медитация, а смысл останется прежним - "неспокойное и ненасытное "я" растворяется под сводами упорядоченности". Чем дальше читаю, тем ближе мне этот роман, тем радостнее мне от него.

3/4
Странно, до чего персонажи Гессе лишены эмпатии. Странно, потому что они живут духом, вечно находятся в поиске, в состоянии возвышенном, со стремлением понять мир. И при этом так беспросветно глухи к другим людям, временами прямо-таки тупы и бездушны, лишены не то что сопереживания, но даже способности понять. На примере Гольдмунда это видно очень отчётливо, и хотя к Гессе вообще нельзя подходить с обывательской точки зрения, не могу об этом не упомянуть, что хотя слово "любовь" - пожалуй, одно из самых часто встречающихся в романе, единственная настоящая любовь тут существует между двумя мужчинами. Хах.
В сущности, отсутствие эмпатии и эгоизм помогают герою идти своим путём, не отвлекаясь и не останавливаясь. Конфликт интересов сильно запутал бы ситуацию, возможно, поэтому писатель от него и избавился. Рядом с этой вынужденной бездушностью особенно впечатляющей выглядит идеальная дружба Нарцисса и Гольдмунда, пусть даже за этим прячется иносказательное единение духовного и чувственного в человеке, бог уж с ней, с символичностью.

4/4
К концу романа понимаешь, что самое главное и самое прекрасное, что ты получил - это ощущение экзистенциального кризиса, переданное так ощутимо, что у тебя захватывает дыхание и щиплет глаза. Ответы без вопросов, мучающие, наверное, каждого; страх смерти, желание наполнить свою жизнь смыслом, непонятная грусть, не имеющая имени, от которой прячешься в наслаждениях...

Вот живешь и бродишь по земле или скачешь по лесам, и что-то смотрит на тебя так требовательно и обещающе, пробуждая тоску ожидания: вечерняя звезда, голубой колокольчик, заросшее зеленым тростником озеро, взгляд человека или коровы, а иногда кажется, вот сейчас произойдет что-то невиданное, но давно чаемое, со всего упадет завеса; но время идет, и ничего не происходит, и загадка не решена, и тайные чары не развеяны, и вот, наконец, приходит старость, немощь, как у патера Ансельма, или мудрость, как у настоятеля Даниила, а все еще ничего не знаешь, но ждешь и прислушиваешься.

Точнее, самое главное - то, что изображён выход из этого кризиса. Возможность выхода, надежда на примирение с собой и миром, на то, что смысл всё-таки есть, сведенборговский такой смысл: искусство и знание. Это очень дорого стоит, потому что кошмар бытия, которое в любой момент может кануть в небытие - это знакомо каждому, об этом пишут многие, но многие ли дают надежду, да так, чтобы в неё можно было поверить? Закрываешь эту книгу и чувствуешь, что тебе стало немножечко легче.
И как замечательны размышления о творчестве, пусть даже в ключе этой "Инь-Ян философии"! Как точно и хорошо говорит Гессе о наполненности сердца, рождающей настоящие произведения искусства, о тайне, отмечающей лучшие из них, о том, как творчество соединяет противоположные начала... Если сам пробуешь что-то творить, поневоле прислушиваешься к мудрому голосу Гессе. И знаете, какое побуждение он вселяет? - нужно идти за тем, что поразило твоё сердце. Без сомнений, без страха; если ты встретил что-то, что потрясло тебя - иди следом. Твоё предназначение и твоя судьба оставляют такие следы.

>1

Совершенное бытие есть Бог. <...> Мы же преходящи, мы в становлении, мы являемся возможностями, для нас нет совершенства, нет полного бытия. Но там, где мы перешагиваем от потенции к делу, от возможности к осуществлению, мы участвуем в истинном бытии, становимся на одну йоту ближе к совершенному и божественному. Это значит: осуществлять себя.

Немного слишком прямолинейная, но всё же хорошая книга о становлении человека, преодолении страха перед смертью и осмыслении бытия. Очень небольшая, но заставившая почувствовать и тоску, и радость, о многом поразмышлять. Противоречивые впечатления остались, но так даже интереснее.

P.S. О переводах. Советую "Нарцисс и Златоуст", ибо сравнивала две версии, и эта понравилась больше, несмотря даже на то. что я не люблю, когда переводят имена персонажей.

Степной волк (остальное прочту позже)

Я очень плохо читала эту книгу: отдала ее kost26 , но как-то зайдя в гости не удержалась и начала читать. В гости стала заходить чаще: эта книга манила меня, завораживала - она ведь вскрывала десятки, а может сотни Гари во мне. Эти первые моменты узнавания были такие кисло-сладкие, а абзацы такие сытные... Но потом было лето, были вечно разгульные вечера и книга от меня отвернулась. Потому что ее нельзя так плохо читать.

Потрясающая книга. Очень емкая, очень провокационная, нужная. Я ее обязательно прочту еще раз, обязательно буду еще читать Гессе.

Удивительное дело: опубликованные рецензии на эту книгу носят разные оценки. Вот и моя 4 сюда тоже вписывается. Рецензия будет очень маленькой, так как и само произведение небольшого формата.
А знаете, почему 4? Потому что для меня был элемент незавершенности, не смотря на столь прекрасный финал книги, не хватало динамики. Из-за этого я читала быстрее, дабы была уверена, что в конце этих ста страниц будет и основная мысль, и идея, и некоторый сюжет.
Духовное развитие является таким же общим и естественным для всех, как рождение, физический рост и смерть; это неотъемлемая часть нашего существования.
Герман Гессе - вообще мастер слова, мастер идей. Как безупречно он обыграл истину, что каждый живёт в том мире, который сам построит (построил) вокруг себя. Самое удивительное, что до конца повествования в голове держится одна мысль, а потом она оказывается неправильной. Гессе удивителен, а его произведения не могут подойти ни под одну категорию. Для меня этот рассказ был вне жанра и вне времени. Совершенно никакой привязки, а только бесконечные странствия в поисках себя и своего "Я". И единственное, что я могла сказать Маше (моей советчице) - "необычно и понравилось".
Мягкость, это обволакивающее безвременье и невообразимая мягкость на протяжении всего пути. Это совершенно особенное, туманное, расплывчатое и неясное, с проблесками одновременно летнего солнца и зимним закатом на горизонте. Это путешествие вглубь себя, это осознание своих возможностей в текущей ситуации и жизненного плана, большего понимания себя и мира в целом, своего места в нём, осуществления важных выборов, переосмысления наличной ситуации, обращения к своим истинным потребностям, улучшения взаимоотношений между близкими людьми.
Ах, как я сильно желаю всем и себе обрести счастье и умиротворение, которое утолит нашу извечную жажду совершенства.

Если бы вам выпала удача приобрести какую-то суперспособность, какую бы вы выбрали? Я не знаю, но точно не умение читать чужие мысли. Это так скучно и так разочаровывает, что ну его, лучше не надо. А Гессе пишет приблизительно в таком режиме: поток сознания, то зацикленный на одной проблеме, то вдруг перескакивающий, без логики и смысла, на другой предмет (очень жизненно, да, но и нудновато). И если этот предмет тебя не касается, то вообще не интересно копаться в чужих мыслях и чувствах. По крайней мере так, как это происходит у читателя с Гессе. Поэтому напишу только об одной повести, которая хоть как-то меня задела и всколыхнула воспоминания. Остальные две я мучила несколько недель и страдала от моей несовместимости с Гессе. Итак,

«Душа ребенка».

Часто в песнях встречается мысль о том, как, мол, здорово было быть ребенком, и как плохо быть взрослым. Не знаю, не знаю. Либо у тех, кто так думает, напрочь отшибло память обо всех трудностях и проблемах растущего человека, либо это было поистине безоблачное и беспечное детство, в чем лично я очень сомневаюсь. Человеческая память избирательна – это давно уже не новость. Вот смотришь, бывает, на фотографию и вспоминаешь, как круто было на турслете вместе с одноклассниками. А то, что не было воды, света в комнатах, а одеяла не стирались там лет двадцать – вроде как уже и подзабыл. Со мной та же ерунда. Но снова стать ребенком я бы однозначно не хотела. Мне настолько комфортно и уютно с самой собой, начиная лет с двадцати, что я заведомо против таких диких фантазий. А вот как сложно было со взрослыми и с собой до этого возраста, я помню отлично. И больше мне этого не надо. Спасибо, наелись. И не то, чтобы у меня было какое-то особенно сложное и ужасное детство, нет. Но быть взрослым намного лучше, я считаю.

Небольшая по объему повесть Гессе «Душа ребенка» всколыхнула во мне множество воспоминаний, которые принесли с собой детские страхи и неуверенность в себе и окружающих. Но, надо признаться, я тоже стала забывать, КАК ЭТО БЫЛО. Поначалу все мысли главного героя меня бесили, и я упрямо твердила про себя, что Гессе – не мой автор. Но потом начали приходить они – воспоминания. Причем не столько о поступках, сколько об ощущениях, необъяснимых и странных. А Гессе смог их описать так удивительно ярко и точно, что просто нечего добавить. Талант? Талант! Но писатель он все равно не мой.

Когда впадаешь в тягучую череду дней-близнецов, то конечно хочется растормошиться. Вариантов разнообразить досуг много, я же остановлюсь на книге, т.к. в данный момент именно это произведение взбудоражило, встряхнуло и просто доставило немало удовольствия своим содержанием.

Герман Гессе "Степной волк".
С Гессе, немецкий писатель нач. XX в.,я уже была знакома, т.к. читала "Демиана". Форма изложения, язык, философские размышления тогда подняли настроение, хотя бы даже тем, что вторили моим собственным мыслям и сложившемуся на тот момент мировосприятию. Все эти мысли насчет самоидентификации, предназначения и т.п. волновали меня всегда и до сих пор.
И вот пару дней приглядывалась к книжечке в великолепном издании. Купила ее уже давно, но в то время меня захлестнуло волной фэнтези, так что руки дошли только сейчас.

Сюжет повествует о немолодом уже мужчине-одиночке, который добился своей цели - отгородился от общества и живет своим собственным распорядком, но по прежнему не счастлив, т.к. считает, что родился не в свое время, что искусство и его ценители вымирают. Он делит свою личность на две составляющие - человек и волк (где человек — доброе начало, волк же символ низменного,животного). Человек с задатками гениальности, растрачивающий свою жизнь на искусство страдания, вот кем он по сути является. Герой, настроенный на саморазрушение.

Действие происходит в XX веке, когда начинается индустриализация (появляется множество изобретений), политическая напряженность и т.п..Время непростое и книга отлично отражает внутреннее состояние человека того времени.
В мире яркой праздничной мишуры с рекламками на фоне конфликтов и войн, Гессе говорит об упадке культуры, о поверхностности и глупости,но потом показывает,что принимает это, не быть же всем идеальными да и одному человеку не под силу изменить мнение массы. Однако это не значит,что нужно опустить руки, нет, бороться нужно и важно.
Дело начинается, когда Гарри, главный герой, после очередного путешествия заселяется в аккуратный мещанский домик. Сам по себе неряшливый человек, но симпатизирующий чистоплотному мещанскому зажиточному быту, т.к. рос в этой атмосфере (но одновременно презирает все это, и в первую очередь в себе). Однажды, прогуливаясь по городу мимо полюбившейся старинной стены какого-то здания (полюбившейся тем, что была лишена рекламной пестроты ), он обнаруживает мерцающую вывеску "Магический театр. Вход не для всех - только для сумасшедших", которая зажигает в нем любопытство. С этого момента его жизнь завихряется каруселью удивительных событий - он натыкается на девушку с камелией в волосах(девушка легкого поведения), его поражает, что несмотря на бездну различий между ними, она его моментально раскусила, поняла все его метания и Гарри становится зависимым. Разве не чувствуем мы подобное, когда находим великолепного собеседника?
Девушка начинает обучать его простым радостям, которые он привык презирать или отмахиваться от них.

Вообще нужно сказать, что Гарри человек искусства: пишет статьи, много читает и изучает разнообразной литературы, пишет акварелью, тонкий ценитель музыки (Моцарт, Бах, Гендель). Книга дает нам возможность поразмышлять на основе философствований героя о жизни и смерти, искусстве, людях -это не даст заскучать.(Философия богата на образы,я наслаждалась и совершенно не уставала от чтения)
Меня особенно вдохновили фрагменты о музыке(до мурашек), впечатления героя от прослушивания Баха и Моцарта: холодная красота звезд, или ".., я взлетел в небеса и увидел Бога за работой,.."- эти характеристики показались мне весьма подходящими.(Правда в отличие от г.героя мне очень нравится джаз, книге джаз придает особую пикантность, бесовость, он выступает контрастом божественным образам классики)

Когда читала, книга мне напоминала "Мастера и Маргариту" Булгакова своей нестандартностью, мистичностью. Правда в "Степном волке" эту мистичность, наверно, правильней будет обозвать сюрреализмом, видением в кальянном дыме. Причем что ни видение, то умозаключение, вызывающее восторг и дрожь в коленках. (Особенно беседы с Бессмертными, ох, тут я и хохотала и пораженно охая округляла глаза).
Некоторые сцены обладали воздушностью и красотой, что я даже вспомнила то самое идеальное слово, которым можно их описать - "очарование"!

В общем, дорогие друзья, если вы замечаете, что слишком сосредоточены на себе, навязываете себе депрессию, или же вам ужасно скучно, не хватает содержательных бесед, пищи для ума, вдохновения, то я кричу вам - скорее читайте эту книгу! То, что доктор прописал!

*** О бумажном издании - как обычно делала интернет-заказ, так значительно дешевле, чем в магазине покупать. Издание от АСТ шикарное; обложка твердая, на ощупь и вид как тиснёные под ткань обои- красиво и приятно, бумага качественная (чуть шершавая, на такой печать не смазывается).

Когда впадаешь в тягучую череду дней-близнецов, то конечно хочется растормошиться. Вариантов разнообразить досуг много, я же остановлюсь на книге, т.к. в данный момент именно это произведение взбудоражило, встряхнуло и просто доставило немало удовольствия своим содержанием.

Герман Гессе "Степной волк".
С Гессе, немецкий писатель нач. XX в.,я уже была знакома, т.к. читала "Демиана". Форма изложения, язык, философские размышления тогда подняли настроение, хотя бы даже тем, что вторили моим собственным мыслям и сложившемуся на тот момент мировосприятию. Все эти мысли насчет самоидентификации, предназначения и т.п. волновали меня всегда и до сих пор.
И вот пару дней приглядывалась к книжечке в великолепном издании. Купила ее уже давно, но в то время меня захлестнуло волной фэнтези, так что руки дошли только сейчас.

Сюжет повествует о немолодом уже мужчине-одиночке, который добился своей цели - отгородился от общества и живет своим собственным распорядком, но по прежнему не счастлив, т.к. считает, что родился не в свое время, что искусство и его ценители вымирают. Он делит свою личность на две составляющие - человек и волк (где человек — доброе начало, волк же символ низменного,животного). Человек с задатками гениальности, растрачивающий свою жизнь на искусство страдания, вот кем он по сути является. Герой, настроенный на саморазрушение.

Действие происходит в XX веке, когда начинается индустриализация (появляется множество изобретений), политическая напряженность и т.п..Время непростое и книга отлично отражает внутреннее состояние человека того времени.
В мире яркой праздничной мишуры с рекламками на фоне конфликтов и войн, Гессе говорит об упадке культуры, о поверхностности и глупости,но потом показывает,что принимает это, не быть же всем идеальными да и одному человеку не под силу изменить мнение массы. Однако это не значит,что нужно опустить руки, нет, бороться нужно и важно.
Дело начинается, когда Гарри, главный герой, после очередного путешествия заселяется в аккуратный мещанский домик. Сам по себе неряшливый человек, но симпатизирующий чистоплотному мещанскому зажиточному быту, т.к. рос в этой атмосфере (но одновременно презирает все это, и в первую очередь в себе). Однажды, прогуливаясь по городу мимо полюбившейся старинной стены какого-то здания (полюбившейся тем, что была лишена рекламной пестроты ), он обнаруживает мерцающую вывеску "Магический театр. Вход не для всех - только для сумасшедших", которая зажигает в нем любопытство. С этого момента его жизнь завихряется каруселью удивительных событий - он натыкается на девушку с камелией в волосах(девушка легкого поведения), его поражает, что несмотря на бездну различий между ними, она его моментально раскусила, поняла все его метания и Гарри становится зависимым. Разве не чувствуем мы подобное, когда находим великолепного собеседника?
Девушка начинает обучать его простым радостям, которые он привык презирать или отмахиваться от них.

Вообще нужно сказать, что Гарри человек искусства: пишет статьи, много читает и изучает разнообразной литературы, пишет акварелью, тонкий ценитель музыки (Моцарт, Бах, Гендель). Книга дает нам возможность поразмышлять на основе философствований героя о жизни и смерти, искусстве, людях -это не даст заскучать.(Философия богата на образы,я наслаждалась и совершенно не уставала от чтения)
Меня особенно вдохновили фрагменты о музыке(до мурашек), впечатления героя от прослушивания Баха и Моцарта: холодная красота звезд, или ".., я взлетел в небеса и увидел Бога за работой,.."- эти характеристики показались мне весьма подходящими.(Правда в отличие от г.героя мне очень нравится джаз, книге джаз придает особую пикантность, бесовость, он выступает контрастом божественным образам классики)

Когда читала, книга мне напоминала "Мастера и Маргариту" Булгакова своей нестандартностью, мистичностью. Правда в "Степном волке" эту мистичность, наверно, правильней будет обозвать сюрреализмом, видением в кальянном дыме. Причем что ни видение, то умозаключение, вызывающее восторг и дрожь в коленках. (Особенно беседы с Бессмертными, ох, тут я и хохотала и пораженно охая округляла глаза).
Некоторые сцены обладали воздушностью и красотой, что я даже вспомнила то самое идеальное слово, которым можно их описать - "очарование"!

В общем, дорогие друзья, если вы замечаете, что слишком сосредоточены на себе, навязываете себе депрессию, или же вам ужасно скучно, не хватает содержательных бесед, пищи для ума, вдохновения, то я кричу вам - скорее читайте эту книгу! То, что доктор прописал!

*** О бумажном издании - как обычно делала интернет-заказ, так значительно дешевле, чем в магазине покупать. Издание от АСТ шикарное; обложка твердая, на ощупь и вид как тиснёные под ткань обои- красиво и приятно, бумага качественная (чуть шершавая, на такой печать не смазывается).

Ранее я читала замечательный роман -притчу Сиддхартха у данного автора, сегодня хочу рассказать впечатления от прочтения повести Германа Гессе “Путешествие к земле востока “
Слышала, что многим данное произведение кажется скучным, лично мне так не показалось,да здесь Гессе не засыпает читателя мудрыми мыслями на целую страницу, как В “Сиддхартха” , но эти мысли здесь есть, их просто нужно увидеть распознавать этот подход мне очень нравился

Рассказ о сюжете хотелось бы начать с цитаты:

“ «Ему должно возрастать, мне должно умаляться»

Эти строки  являются концовкой произведения и подводят итог, к которому приходит главный герой после всех своих бед и испытаний.

О главном герое книги – неком Г.Г. (примечательно, что инициалы главного героя совпадают с инициалами автора) – мы не знаем ничего. Это скорее образ: в странствие вместе с таинственным Братством отправляется человеческая душа. В этом проявляется глубокий символизм этого удивительного повествования. .

«…целью нашей была не просто страна Востока, или, лучше сказать, наша страна Востока была не просто страна, не географическое понятие, но она была отчизной и юностью души, она была везде и нигде, и все времена составляли в ней единство вневременного».

Сам брат Г. тоже не смог завершить свой путь в том паломничестве. Тем не менее он вспоминает дни странствия как самое светлое и великое, что было в его жизни...

«Наше путешествие в страну Востока и лежавшее в его основе наше сообщество, наше Братство - это самое важное, единственно важное, что было в моей жизни, нечто, в сравнении с чем моя собственная личность просто ничего не значит».

В какой-то момент Г. дошел до того, что усомнился даже в реальности Братства и своей причастности ему. Но несмотря на это, герой хочет написать историю Братства и описать свое паломничество. Он ищет способ восстановить связь с Братством и со всем пережитым и, может быть, вернуться на этот путь…

«…вы знаете, что, когда боль достаточно велика, дело идет на лад. Брат Г. доведен своим искусом до ступени отчаяния, того отчаяния, которое есть исход любой серьезной попытки постичь и оправдать человеческое бытие. Отчаяние – исход любой серьезной попытки вытерпеть … По одну сторону этого отчаяния живут дети, по другую – пробужденные».

Таковы слова еще одного главного героя, Лео – бывшего слуги и носильщика, впоследствии представшего теперь перед Г. как Первоверховный, как Судья. Когда-то пилигримы потеряли Лео в опасном ущелье, после чего многие из братьев не смогли продолжить свой путь. Г. помнит слова Лео о служении, сказанные им незадолго до расставания:

«Это закон служения. Что хочет жить долго, должно служить. Что хочет господствовать, живет не долго».

И вот теперь Лео – уже не носильщик, а Первоверховный Братства. Мы понимаем, что Лео простым носильщиком никогда и не был, и говорил о служении духовном – о полной самоотдаче Свету. Лео – олицетворение силы Льва, силы Братства.

Цель его исчезновения в ущелье – испытание братьев, с которым они не справились. Поэтому многие из них, и брат Г. в том числе, должны были восполнить свое понимание через недостающий земной опыт, чтобы осознать, насколько велика их тоска по Истине, и вновь вступить на путь, на сей раз полностью готовыми.

Спустя время Лео  и Г., снова встречаются
Лео показывает Г., насколько наивны и глупы его попытки записать историю Братства. Ему показывают архив всего мироздания, чтобы Г. ощутил все величие этого тайного Ордена, всю его полноту.

«…чтобы я восчувствовал, что такое Братство и что такое я сам».

В архиве мироздания, в отделе Г. стоит статуэтка, две человеческие фигурки с одной спиной: Г. и Лео. Вглядываясь в фигурку, герой понимает: он, Лео – Божественная Сила в нем самом – будет расти. Сам Г. – смертная душа – будет таять и растворяться в Свете…

Дорогие друзья! Путь брата Г. – это путь человеческой души к Богу. Этот путь никогда не бывает ровным, он неизбежно будет сопровождаться падениями, ошибками и неудачами. На нем всех нас будут непременно испытывать. Поэтому так важно идти, не сворачивая, с верой и преданностью, поднимаясь, вновь и вновь всегда видеть перед собою Цель.

Автор, осененный славой, почему-то получает индульгенцию литературной безгрешности, и почти все его произведения автоматически попадают в разряд шедевров. А магия имени, да еще подкрепленная Нобелевской премией, требует находить смыслы и творческие изыски там, где они, увы, отсутствуют. (На самом деле, в творчестве любого писателя действительно значимым бывает не более 20% созданного).
Повесть «Паломничество в Страну Востока», на мой взгляд, представляет из себя попытку написать нечто фантазийно-романтическое в духе Новалиса и Гофмана. И попытку, увы, неудачную.
Начнем с того, что литература – это не изложение фактов, пусть и вымышленных. Это всегда отображение, преломление происходящего через восприятие героев. Большая же часть «Паломничества…» - это повествование от первого лица, просто излагающего цепочку происходивших событий. И только ближе к концу появляются хоть какие-то диалоги и проявления чувств.
Далее. Характер героев должен быть раскрыт во всем своем разнообразии. Образы же, наполняющие «Паломничество…», подобны картонным односторонним фигуркам. Их мелодии не знают вариаций, а соединенные вместе они больше походят на звучание расстроенного оркестра.
Гессе пытался создать некий прообраз паломничества духа. Встречаемые по дороге артефакты служат не только вехами этого пути, но и способом путешествия во времени. Погружения в эпоху их создания. Кто-то посвящает этому всю свою жизнь, переходя в разряд Старейшин. Кто-то предает идею и отходит от Братства, возвращая кольцо с четырьмя камнями и погружаясь в мирскую жизнь, как это случилось с главным героем повествования. Но развязка становится ясной где-то уже на десятой странице – Братство вечно, как и его квест, а отщепенец вновь возвратится в лоно Ордена.
***
Процесс написания книги отнюдь не линеен. Крайне редко писатель садится и с чистого листа пишет главу за главой. Чаще всего, вначале набрасываются основные мысли, характеры, повороты сюжета. Затем записываются уже сформировавшиеся, «увиденные» фрагменты, пока еще не связанные в единую структуру. Наглядный пример этой стадии – недавно изданная «Лаура» Вл.Набокова. И наконец, наступает момент написания романа или повести, когда предварительные наброски обрастают связями, дополняются чем-то новым, вдруг пришедшим в голову, постепенно превращаясь в окончательный вариант.
Но процесс написания – это процесс. В нем всегда присутствуют полуфабрикаты и отходы - фрагменты или даже целые произведения, которые предназначены для дальнейшей переработки, и которые, если и должны публиковаться, то в посмертном полном собрании сочинений.
«Паломничество…», на мой взгляд, принадлежит именно к этой категории произведений. Это уровень зарисовки, которая должна была без остатка раствориться в «Игре в бисер», а отнюдь не самостоятельной повести.
***
Чтобы не заканчивать на минорной ноте, пара мыслей, которые мне показались интересными. Увы, они все касаются побочных сюжетных линий.

Дальше...

…нечто подобное происходит с любым историографом, когда он приступает к описанию событий некоей эпохи и при этом всерьез хочет быть правдивым. Где средоточие происшествий, где точка схода, с которой соотносятся и в которой становятся единством все факты? Чтобы явилось некое подобие связи, причинности, смысла, чтобы нечто на земле вообще могло стать предметом повествования, историограф принужден измыслить какой-то центр, будь то герой, или народ, или идея, и все, что в действительности совершалось безымянно, отнести к этому воображаемому центру.

А ведь таких, которые действительно пережили войну, совсем не так много. Среди тех, кто в ней «принял участие», далеко не каждый ее пережил. И даже если многие на самом деле ее пережили – они уже успели все забыть. Я думаю, что после потребности в переживании у человека сильнее всего потребность забыть пережитое.

Я должен был или написать свою книгу, или отчаяться, у меня не было другого шанса спастись от пустоты, от хаоса, от самоубийства. Под этим давлением возникла книга, и она принесла мне желанное спасение одним тем, что была написана, безразлично, удалась она или нет. Это во-первых, и это главное. А во-вторых: пока я ее писал, я не смел ни на миг представить себе другого читателя, кроме как себя самого, или в лучшем случае нескольких фронтовых товарищей, причем я никогда не думал о выживших, а только о тех, которые не вернулись с войны. Пока я писал, я находился в горячке, в каком-то безумии, меня обступало трое или четверо мертвецов, их изувеченные тела - вот как родилась моя книга.