Цитаты из книг автора «Юхани Карила»

Человек может быть в чем-то уверен на все сто, но происходит какое-то незначительное событие, и все выглядит уже по-другому.

Инфекционные болезни продолжили свой путь в следующую деревню. Дороги заполонили призраки людей. Они запрудили главную дорогу села полупрозрачной массой. Монстры на коньках крыш наблюдали за призраками, которые разыскивали свои старые дома. А далеко на реке, в густом тумане у порогов, сидел на камне водяной и играл на баяне, напевая старинную печальную мелодию. Река вокруг водяного превратилась в поток тел. В ней не было воды, только тела, движущиеся против течения, влекомые невидимым транспортером, бесстрастные, мертвые. Только самые хладнокровные колдуньи были в состоянии наблюдать за карнавалом Духовой ночи, но в этой деревне больше не было хладнокровных колдуний.

Эта Юлияакко, ведьма, когда еще сама была соплячкой, сидела все, уткнувшись носом в книжки. Уже это должно было всех насторожить, ясно ведь – нечистый позабавился с ее душой. Никакой нормальный человек не будет столько читать.

вступила с ним в схватку и сумела свалить его на пол. Она вырвала у коргоруши сердце – кусок ржаного хлеба. Затем отволокла коргорушу на задний двор и сожгла его.

– Кто такой коргоруша? Сова объяснил, что это паранормальное существо, которое создается одним человеком, чтобы что-то украсть у другого человека. Затем он добавил, что не понимает, какому идиоту в наше время придет в голову делать коргорушу. Сова повернулся к Элине и спросил, как выглядел коргоруша. – Ну, такой журавль с руками. Элина рассказала, что коргоруша пытался украсть у нее телевизор. Элина

Янатуйнен лежала в кровати и думала. Она силилась понять, было ли то, что она пережила ночью, чем-то, что стоило позабыть как пьяный кошмар и бред, или на это, наоборот, стоило обратить особое внимание. Она проснулась от звука труб. Подошла к окну и выглянула во двор. Там двигалась процессия. Во главе ее шел медведь, несущий на спине обнаженную женщину с львиной головой. Женщина держала в одной руке гадюку, а в другой – поводья, которыми управляла медведем. Позади женщины крепкие паучьи ноги несли напоминающую брокколи композицию из головы кота, мужчины в короне и лягушки. Далее следовал домовый сыч на длинных аистиных ногах. Замыкал процессию гуманоид с лицом ребенка, расположившийся на спине одногорбого верблюда. Янатуйнен стояла у окна, пока голова кота не повернулась к ней, словно башня танка. Кот посмотрел на нее и мяукнул. Тогда Янатуйнен отошла от окна, отхлебнула воды из стакана на столике у кровати, вставила в уши беруши и вернулась в постель.

Одинокий заяц выбрался из леса и стремительно промчался через поселок, поставив на кон свою жизнь. От кого же он убегал? Из леса сюда устремились кудахтаны, нимфы и лешаки, эльфы, дубаки и тролли. И другие твари, зачастую не имеющие названия и даже обличья. Они то появлялись на улицах поселения, то исчезали в ночи. Некоторые забрались на крышу гестхауса и расселись на коньке, как вороны. Вскоре они заняли крыши всех домов в поселке и оставались там на страже ночи. На крыше муниципальной администрации уселось в ряд так много домовых, что, когда вновь прибывший домовой попытался пристроиться на одном конце конька, домовой на другом конце свалился вниз, потому что ему не хватило места. Они сидели неподвижно и терпеливо, как горгульи, комичные и трагичные одновременно. Домовые смотрели на север. На дорогу. По ней в поселок двигались мор и эпидемии. Они приближались поодиночке и парами, впереди были чума и корь, замотанные в замызганные меховые шубы. Пришельцы разбрелись по поселку и начали обходить дома, стучать в двери, выманивая людей красивыми голосами. Симо-Говнолюб проснулся. Он сразу понял, в чем дело, сорвал с себя штаны и натянул их на голову. Туберкулез склонился над канавой и принялся разглядывать лежащую на дне фигуру. Он не признал в закамуфлированном бродяге человека, развернулся и продолжил свой путь. Через ширинку Симо-Говнолюб разглядел, какой опасности избежал, и трижды возблагодарил Говенного Деда, поскольку именно туберкулез преследовал Симо уже несколько лет. Следом появилась проказа, обратившая к нему свое жуткое лицо. Симо-Говнолюб зажмурился и стал молиться. Армия монстров-захватчиков, заполонившая крыши, подняла глаза кверху. На фоне неба покачивались огромные фигуры. Гиганты, которых в Японии называют дайдарабочами[23], и еще более странные, не поддающиеся никакой классификации колоссы, которым было позволено пройти по этой земле.

Не спеши. Старуха Рийпи говорит, что она не знает, как хмурницу прикончить. Для этого нужен колдун, который понимает русских бестий. Такой, по слухам, есть в Савукоски, и за ним уже послали. Теперь только ждать остается.

тысячу лет назад жили. Старые и сильные ведьмы, частично их души остались на земле. И им нужен хозяин. Обычно хмурницы вселяются в животных. Тогда против них не устоять. Старуха Рийпи говорит, что хмурницы встречаются в основном в Сибири.

Люди спрашивали, может ли хмурница в человека забраться. Старуха Рийпи сказала, что в принципе может, но такое редко случается. – Они демоны настоящие, хмурницы эти. – Да, хотя старуха Рийпи сказала, что это духи народа юпиков, которые