Глава 1. Волк не спит

Полярный, 10 сентября 2035 года. 06:00 по мурманскому времени.

Генерал-майор Макар Палыч Фомин не любил будильники. Он просыпался за минуту до их треска — выработанная годами привычка человека, который трижды тонул, дважды горел на горящем корабле и один раз выбирался из затонувшей подлодки с переломанными рёбрами и лёгкими, полными воды.

— Пять минут шестого, — прошелестел динамик каюты. — Температура за бортом: плюс два. Ветер: северо-восточный, шесть метров в секунду.

— Спасибо, Алик, — буркнул Фомин, садясь на койку. — Не докладывай погоду каждое утро, как в роддоме.

Мичман Альберт Снегирёв на центральном посту усмехнулся и выключил микрофон.

Каюта командира бригады надводных кораблей на плавбазе — это вам не адмиральские апартаменты. Два на три метра, перегородка из рифленого алюминия, иллюминатор с видом на пирс, где у швартовых тумб, словно зверь на поводке, терпеливо ждал своего часа сторожевик «Гордый».

Фомин подошёл к иллюминатору. Посмотрел на корабль.

130 метров стали, 3400 тонн водоизмещения. Форштевень, задранный кверху, как у ледокола. Надстройки — рубленые, угловатые, покрытые радиопоглощающей краской. А за ними — то, ради чего Макар Палыч положил карьеру на алтарь споров с Академией Генштаба.

Четыре экспериментальных комплекса.

Фомин надел китель (не парадный, а полевой, с нашивками «Северный флот» и боевым шевроном — волк, скалящий пасть на фоне якоря) и вышел на пирс. Морозный воздух кусал щёки. Пахло соляром, ржавчиной и вечностью.

— Доброе утро, товарищ генерал-майор, — капитан-лейтенант Родион Журавлёв, командир БЧ-1, высокий, сутулый, с умными глазами библиотекаря, но с хваткой авианосца, протянул планшет. — Расписание выходного контроля. С 08:00 начинаем погрузку.

— Отставить погрузку, — Фомин даже не взглянул. — Я хочу пройтись по оружию. Лично.

Журавлёв вздохнул. Он знал эту привычку командира: перед каждым выходом в море Макар Палыч лично касался каждого ствола. Не из недоверия к экипажу. Из уважения к железу.

Они прошли на борт. Корабль жил своей утренней жизнью: матросы драили палубу, проверяли механизмы, в камбузе пахло гречкой с тушенкой. Фомин шёл быстро, и люди расступались перед ним. Не из страха — из инстинктивного признания старшего.

Послужной список генерал-майора Фомина

2006 год — курсант нахимовского училища получил первое ранение во время пожара на учебном корабле «Перекоп»: тушил отсек с учебными торпедами, получил ожог руки, но спас троих курсантов.

2011 год — лейтенант, командир БЧ-2 (ракетно-артиллерийской боевой части) на эсминце «Адмирал Ушаков». Во время учений в Баренцевом море отказала система охлаждения пусковой установки. Фомин лично полез в шахту с аварийной системой, в атмосфере, пропитанной парами окислителя. Потерял сознание, но систему запустил. Ракета ушла в цель. Получил первый орден Мужества.

2014 год — старший лейтенант, командир малого ракетного корабля «Рассвет». Корабль попал в девятибалльный шторм у берегов Норвегии. Волна сорвала крышку пускового контейнера, ракета «Калибр» оказалась на грани самозапуска. Фомин приказал экипажу покинуть пост, а сам остался и вручную заблокировал цепь пуска. За 15 минут до взрыва. За это — второй орден Мужества.

2018 год — капитан 3 ранга, заместитель командира атомного ракетного крейсера «Пётр Великий». Во время боевой службы в Средиземном море корабль был атакован неустановленными катерами (предположительно — дронами-камикадзе из Ливии). Фомин организовал круговую оборону, лично вёл огонь из 30-мм установки, сбил три из пяти дронов. Крейсер не получил повреждений. Получил звание капитан 2 ранга досрочно.

2022 год — капитан 1 ранга, командир бригады противолодочных кораблей Северного флота. В ходе учений «Север-2022» корабль под его командованием обнаружил и имитировал уничтожение атомной подводной лодки условного противника (американской «Вирджинии»), которая вошла в территориальные воды РФ. Американцы официально заявили, что их лодка «не нарушала границу». Фомин публично, в присутствии адмиралов, показал гидроакустические распечатки. Скандал замяли, но Фомина перевели в штаб. Он не захотел сидеть в штабе.

2025 год — генерал-майор, командир бригады надводных кораблей. Внедрил программу «Волчья стая» — тактику взаимодействия малых ракетных кораблей с дронами-камикадзе. Лично участвовал в походе к Северному полюсу на ледоколе «Илья Муромец» — проверял проходимость проливов для новых корветов. На льдине простоял 12 часов с обмороженными пальцами, но данные собрал.

2028 год — Сирия, Средиземное море. Бригада Фомина обеспечивала прикрытие авиабазы Хмеймим с моря. Отражена атака семи морских дронов-камикадзе. Фомин находился на мостике флагмана, когда дрон на скорости 60 узлов шёл в рубку. Макар Палыч не отошёл от штурвала, лично скомандовал манёвр «резкое торможение с разворотом» — корабль встал как вкопанный, дрон проскочил в десяти метрах и был сбит зенитным огнём. За эту операцию — Орден «За морские заслуги».

2030 год — бой у берегов Норвегии (секретно). Три корабля НАТО нарушили территориальные воды РФ в районе Шпицбергена. Фомин на сторожевом корабле «Неустрашимый» провёл операцию «Баренцево эхо»: без единого выстрела, манёврами и имитацией ракетной атаки, вынудил корабли противника покинуть зону. Генеральный штаб Норвегии подал протест. В протесте фамилия Фомина была упомянута 14 раз. Фомин повесил копию протеста на стенку в каюте.

2032 год — катастрофа на подлодке «Архангельск». Фомин не был на борту, но первым пришёл на помощь. Лично возглавил аварийно-спасательную группу на вертолёте Ка-27, спустился на борт умирающей субмарины в условиях девятибалльного волнения. Вытащил из отсеков 12 человек. Последним покидал лодку, когда она уже уходила под воду. При этом сломал три ребра и получил отёк лёгких. Третий орден Мужества.

Про таких говорят: «прошёл огонь, воду и медные трубы». Фомин пережил три пожара на кораблях, два потопления (один раз вместе с кораблём) и пятнадцать штормов, из которых четыре — с угрозой гибели судна.

Он не был штабным. Он был боевым. И когда в 2035 году ему предложили курировать испытания экспериментального сторожевика «Гордый», он продавил начальство личным визитом к Главкому ВМФ.

— Не отдавайте эту игрушку штабным крысам, — сказал он тогда. — Они её угробят в первом же походе. А если угробишь ты , а если я угроблю, то с пользой для флота.

Главком рассмеялся. И разрешил.