Комиссар полиции Города у Подножия Холма, Томас де Майн сидел в удобном кресле, пил вкусный тёплый чай с травами, заваренный лично Майклом-Пьером де Сен-Мишелем и слушал историю, которая, возможно, позволит ему понять, как действовать дальше в сложившихся на данный момент, далеко не простых, обстоятельствах.
– Итак, что Вам известно, мой дорогой Томас, о нашем чудесном городе? Начнём нашу историю издалека.
– Ну, – протянул Томас, делая маленький глоток. – Наш город был основан несколько веков назад… То ли колдунами, то ли ещё кем-то…
Архивариус улыбнулся.
– Не совсем так. Город у Подножия Холма был основан порядка десяти веков назад. У его истоков стояли семь магических существ, которых можно видеть на нашем старом гербе… – Он отошёл в сторону и указал Томасу на находившийся под самым потолком старый герб. – Единорог, дракон, русалка, вепрь, энт, грифон и сфинкс. Конечно, некоторые считают это всё сказками, что этих существ никогда не было. Но подумай, Томас. Существует ли магия?
– Да, я сам видел.
– А значит, мы можем предположить, что существовали и древние существа, которых сейчас днём с огнём не сыщешь?
– Почему бы и нет, – кивнул Томас. – Вполне может быть.
Де Сен-Мишель снова улыбнулся.
– Так вот, возвращаясь к истории города. Прошло несколько веков, в город пришли люди. Предки, так сказать, нынешнего населения. И, если поначалу они слушались во всём создателей города, старались причинять минимум разрушений, то потом им это надоело, и они стали действовать сами. Всё постепенно стало меняться. Город терял ту часть магии, которая делала его привлекательным для всех остальных… Существа стали меняться. Если сначала они были добрыми ко всем, то теперь людская природа их отравила. И многие из них стали отъявленными негодяями.
Он снова вздохнул, сделал глоток из чашки и опять улыбнулся с какой-то загадочной для Томаса улыбкой.
– Многие, но не все. Дракон покинул черты города и отправился в северные земли Континента, да так там и сгинул. Или просто больше не показывался людям. Единорог, энт и вепрь переселились в леса, окружающие город и поделили его между собой. Энт выбрал для себя наиболее глухой участок леса, сам понимаешь, где энт – там и деревья. Где деревья – там и энт. Вепрь стал отчаянным маньяком и поклялся убивать всех без разбору, кто войдёт на его территорию – именно поэтому юго-восточный сектор леса никто не трогает уже долгое время. Единорог как был чистым существом, таковым и остался… В любом случае, о них ничего уже давно не было слышно. Последние свидетельства встречи с ними датируются позапрошлым веком…
Он снова замолчал и внимательно посмотрел на Томаса де Майна.
– А русалка, грифон и сфинкс? – Спросил тот. – С ними что?
– Русалка уплыла в моря. Тоже ничего не слышно, лишь изредка пресса, – архивариус с ухмылкой указал на стопку газет. – Собирает то ли слухи, то ли реальные свидетельства встречи с, как они выражаются, морскими чудовищами. Грифон, судя по сказаниям, был безмозглым, но очень сильным и злым созданием. Хорошим охранником. Не более того. Возможно, он где-то что-то охраняет. Кто знает?
На секунду в комнате повисло молчание.
– А сфинкс? – Повторил вопрос Томас де Майн.
– Сфинксы всегда любили историю, любят загадки и тех, кто любит расследовать те или иные события. Так что, – внезапно у архивариуса поменялся голос на более глубокий, словно бы шедший из самых глубин земли. – Я никуда не уходил и уходить не собираюсь…
Томас де Майн бросил короткий взгляд на архивариуса, а вернее того, кто им прикидывался и обомлел. Ему стало казаться, что он видит одновременно двух существ – и телесную оболочку в виде старого служащего и нечто божественное, нечто фантастическое, нечто, никак не поддающееся описанию… Лишь глаза. Только глаза Томас де Майн смог запомнить – мудрые, карие и отливающие золотом…
– Боже… – Прошептал Томас де Майн и тут же отключился.
Пришёл в себя Томас де Майн спустя пару часов всё в том же кресле, где и был. Перед ним сидел старик. Почему-то комиссар сразу понял, что это был уже настоящий архивариус, а не внушавший ужас и благообразность одновременно сфинкс.
– О! – Прошелестел де Сен-Мишель своим обычным тихим голосом. – Вы очнулись! Замечательно! А теперь, господин комиссар, немедленно объяснитесь! Почему Вы заснули в моём доме, моём кабинете, даже не дождавшись меня! И… – Он обвёл руками стол. – Почему Вы заварили мой чай сами?!
Томас де Майн на секунду замешкался. А потом сообразил, что не стоит рассказывать архивариусу обо всём, что здесь произошло и о том, с кем он вёл беседу. Старый служака просто не поймёт и ещё чего доброго решит, что комиссар сошёл с ума.
– Да так, – проговорил Томас. – Вас дожидался, вас всё не было, и я решил чайку попить. Очень он у Вас замечательный, господин де Сен-Мишель…
Старик улыбнулся.
– Ладно, чего уж там… А с каким вопросом Вы ко мне пришли сегодня, господин комиссар?
Томас задумался. С одной стороны, ему хотелось найти подтверждение истории об основателях города. С другой стороны, нужно было разузнать что-то о таинственных призраках… Да и замок на окраине города, в нескольких километрах к северу тоже не внушал спокойствия.
– Расскажите мне про замок, – наконец выдохнул де Майн.
– Про какой замок? – Хмыкнул архивариус, поправляя очки. – Тот, что к северу?
– Да. Именно он.
– Я рассказывать о нём ничего не буду. Не хочу, – заартачился старик. – Возьмите книги по истории и прочитайте там. Всё написано. Чётко и хорошо.
Томас де Майн хмыкнул. Перед ним действительно был настоящий де Сен-Мишель – старый, брюзжащий и вечно недовольный всем вокруг.
– Спасибо, господин де Сен-Мишель. Выход я найду сам и провожать меня нет никакой необходимости.
Когда Томас де Майн вышел на улицу, он глубоко вдохнул вечерний осенний воздух. Скоро. Очень скоро всё должно проясниться… Он засунул руки в карманы и вдруг обнаружил там какой-то конверт, надпись на котором убористым почерком гласила: «Комиссару полиции Томасу де Майну от того, с кем он разговаривал и потерял нить повествования».
Аккуратно вскрыв конверт, Томас обнаружил несколько сложенных вчетверо листов, исписанных столь же мелким и аккуратным почерком. Найдя чуть поодаль небольшую скамейку, Томас сел и начал читать письмо, обращённое к нему.
Уважаемый господин комиссар!
Как Вы поняли, я не совсем человек. Вернее, совсем не человек и мне уже несколько тысяч лет, но я не могу оставаться в стороне от всего, что происходит вокруг. Ведь если тёмные силы добьются успеха, то пострадают все и всё – магический мир, обычный мир, люди, природа, технологии… Согласитесь, господин комиссар, веская причина для тех, кто хочет, чтобы всё оставалось так, как есть?
Я знаю, для чего Вы на самом деле приходили в Архив. Чтобы узнать правду о замке к северу от города, об Анжелике Смит, о призраке из замка, о котором ходят легенды и слухи…
Я расскажу Вам всё, господин комиссар. Или, по крайней мере, попытаюсь.
Первое. Замок к северу от города. Когда-то там жили мы все, основатели города. Но, постепенно, как я уже говорил город менялся. Менялись и все, кто в нём жил. И в один прекрасный (вообще-то нет) день, замок у нас был отнят колдуном. А нас как раз тогда и изгнали из города. Поселившийся в нашем доме маг практиковался чёрной магией и навсегда осквернил его. Правда, во время проведения очередного ритуала что-то пошло не так и он умер. Хоть и ненадолго. И вернулся уже в виде злобного призрака, всячески старающегося вернуть себе телесную оболочку. Есть некое поверье, в которое он, по всей видимости, верит. Если отнять жизни у десяти сирот, похожих друг на друга, то высвободится энергия, равной по силе которой нет и никогда не было и любое желание выполнившего сей ритуал, исполнится. Подчеркну, любое. Именно поэтому ты ни в коем случае, комиссар де Майн, не должен допустить, чтобы была убита мисс Смит…
Второе. Анжелика Смит. Под этим именем она известна тебе. Но её настоящее имя совсем иное. Я уже распорядился от лица того, чьё тело я периодически использую. В твой кабинет доставят материалы по Приюту на Холме, по его воспитанницам, которые считались пропавшими без вести… Я думаю, что ты с лёгкостью всё сопоставишь и сделаешь верные выводы.
Третье. Самое важное. Мисс Смит ты обязан защищать. Она – ключ ко всему мирозданию. Если она погибнет… Можно будет сказать, что погибнет и весь мир. Я умею ненадолго заглядывать в будущее и один из возможных вариантов связан с тобой и с ней прочными нитями. Сейчас ты поможешь ей справиться с навалившимися неприятностями, стрессом, отчаянием… Потом ты поможешь ей в её наиважнейшем поиске. Ближе к конкретным действиям, ты всё поймёшь. Ты поймёшь и то, как должен действовать и как должен говорить и, самое главное, ты узнаешь С КЕМ ты должен говорить.
Напоследок, хотелось бы пожелать, чтобы ты не воспринял всё это как блажь, помутнение рассудка, вызванного потреблением травяного чая… Чай, к слову, настоящий. Из личных запасов архивариуса и я ничего туда не подмешивал. Он умеет делать прекрасные напитки
С пожеланиями удачи и везения,
Сфинкс Маарг’хаал.
Томас де Майн внимательно прочитал письмо сфинкса и задумался. Впрочем, всё то, что он мог сегодня узнать, он уже узнал. И письмо лишь подсказывало ему дальнейший порядок действий.
Когда он вернулся в свой кабинет в Центральном полицейском управлении, на его столе стоял большой деревянный ящик с пометками о том, что данный предмет передан ему в пользование до завершения расследования. Заверялись пометки подписями архивариуса де Сен-Мишеля и ещё нескольких людей.
Томас де Майн открыл ящик, сдул пыль и обнаружил в нём несколько документов. Среди прочих и метрика на маленькую девочку.
– Имя: Ан-Же-Лик А-Сми, – прочитал де Майн. – Понятно, почему имя переиначили… Так, посмотрим, что ещё тут есть…
Через некоторое время де Майн обнаружил, что Анжелика Смит была оставлена в Приюте на Холме при загадочных обстоятельствах восемнадцать лет назад. В дверь Приюта позвонили, а когда служанки выглянули на улицу, то не обнаружили никого, кроме маленького тельца в розовом свёртке, крепко сжимавшего в неокрепших ручонках отчаянно мокнущее под грозовым дождём письмо.
К слову, само письмо тоже было здесь. Томас де Майн аккуратно, стараясь не порвать ветхую бумагу, вскрыл конверт, достал текст письма и наскоро пробежал его глазами. Впрочем, ничего нового здесь почти не было, разве что… Разве что подпись казалась знакомой и в то же время какой-то чужеродной, неземной. Примерно такие же чувства комиссар испытал после беседы со сфинксом…
Он присмотрелся в красивый вензель ярко-золотого цвета, с красной окантовкой по бокам. И внезапно он вспомнил, где мог видеть такую подпись.
– Не может быть! – Ахнул Томас. – Так значит, что она…
– Что она – кто? – Услышал Томас голос и поднял взгляд.
Перед ним стоял один из его подчинённых. Иногда выполнял всякую мелкую работу, иногда помогал в расследованиях.
– Вы ведь об Анжелике Смит? – Улыбнулся подчинённый. – Так она – кто? Из этих, эм-м… падших девок?
Томас резко вскочил и отвесил парню оплеуху, от чего он отлетел в сторону.
– Что за рукоприкладство, комиссар де Майн! – В этот момент в помещение вошёл начальник участка. – Бьём подчинённых? Тебе мало проблем с нераскрытыми делами? Хочешь ещё дисциплинарное взыскание? Я могу это устроить. Уж очень ты мне надоел…
– Никак нет, главный комиссар Блок. Не бьём. Воспитываем.
Главный комиссар переводил взгляд с Томаса на парня и обратно. Наконец, махнув рукой, сказал:
– Ладно. Ты не первый год уже работаешь. В целом нормально. Разбирайся сам. Но мусор хранить на столе не очень подобает комиссару полиции. Уберись.
– Есть, главный комиссар.
Когда начальник ушёл, Томас протянул руку парню.
– Ты уж меня извини, Энди. Сам понимаешь – навалилась куча всего и вообще…
– Да понимаю я, – произнёс он, поглаживая место удара. – Теперь синяк будет… Но ничего, – мигом оживился он. – Скажу своим, что получил его на задании от очень коварного бандита…
Томас де Майн улыбнулся. Он испытывал к этому парню странные чувства. С одной стороны, он его ужасно бесил своими выходками, излишней пытливостью и активностью, которые могли быть весьма опасными… С другой стороны, он сотню раз помогал Томасу и прикрывал именно тогда и именно там, где надо было.
– Ладно, – произнёс Томас. – Посмотри на вензель. Он тебе ничего не напоминает?
Энди вгляделся в вензель и с каждой минутой его глаза расширялись всё больше.
– Так это значит, что Анжелика Смит на самом деле не человек, а…
– А кто? В смысле, «не человек»?
Томас де Майн поднял глаза и увидел, что перед ними стоит сама Анжелика Смит и буравит их обоих своим взглядом и благодушное настроение из них словно бы улетучивается, уступая место напряжению, взволнованности и некоему отчаянию…
– Я ещё раз спрашиваю, что значит, «на самом деле не человек»…
Томас де Майн переглянулся с Энди и сказал:
– Вот то, что было при тебе, Анжелика, когда ты поступила в Приют. Посмотри вещи, может быть что-то и узнаешь…
О проекте
О подписке
Другие проекты