Цитаты из книг автора «Вирджиния Вулф»

жить в присутствии реальности — это крайне увлекательн

Назовем несколько великих поэтов последнего века: Кольридж, Вордсворт, Байрон, Шелли, Лэндор, Китс, Теннисон, Браунинг, Арнольд, Моррис, Россетти, Суинберн — на этом можно остановиться. Все они, кроме Китса, Браунинга и Россетти, окончили университет, а из них троих только Китс, умерший молодым, в расцвете лет, жил в бедности. Это может показаться грубым, и это очень печально, но правда такова: теория о том, что поэтический гений дышит где хочет и равно расцветает в богатстве и бедности, крайне далека от истины.

Но если вы жертвуете хоть малейшим оттенком, хоть волоском с головы своего воображения, покоряясь какому-то Директору с серебряным горшком в руках или профессору с линейкой в кармане, — вы совершаете настоящее предательство, и самые страшные жертвы — богатством или добродетелью — покажутся в сравнении лишь комариным укусом.

Все это противопоставление полов, качеств, разделение на полноценных и неполноценных пристало скорее школьному этапу развития, где есть «стороны», которые надо занимать, и одной стороне надо непременно побить другую

я не верю, что человеческий дар можно взвесить, словно сахар и масло

Для творчества необходимо, чтобы мужское и женское начала заключили договор. Следует узаконить этот союз противоположностей. Чтобы мы почувствовали, что автор передает свой опыт во всей полноте, сознание должно быть полностью открыто. Необходимы мир и свобода.

Несмотря на это, начать мне бы хотелось с того, что мысли о собственном поле губительны для автора, — я подошла к письменному столу и взяла в руки листок бумаги, озаглавленный «Женщины и литература». Опасно быть только мужчиной или только женщиной; надо быть женственно-мужественным или мужественно-женственной.

я ищу в книге ту счастливую пору до рождения мисс Дэвис и мисс Клоф, когда писатель пользовался обеими сторонами своего разума.

то, что кажется мужчине тонким, глубоким, символичным, оставляет женщину в недоумении

Но что-то уже шелохнулось, повеяло, скользнуло по воздуху серебристым крылом.