Цитаты из книг автора «Виктория Шваб»

Ее мир медленно расцветает под дыханием магии. А этому миру все дается слишком легко.

Она толкнула его к перилам. Прикосновение холодного камня смешалось с жаром ее тела. Он слышал биение ее сердца, чувствовал, как энергия бурлит в ней и перетекает к нему. Они повернулись, словно схваченные танцем, и он прижал ее к стене, покрытой морозными узорами. У него перехватило дыхание. Она до крови впилась зубами в его губу, рассмеялась, а он все равно целовал ее. Не от отчаяния, или надежды, или на прощание, а потому что хотел. Хотел ее целовать. И целовал, пока холодная ночь не отступила, а его тело не вспыхнуло жаром. Целовал, пока огонь не развеял страх, гнев и тяжесть в душе, пока не вернулась способность дышать. А потом задохнулись оба. И когда они отстранились друг от друга, он чувствовал у себя на губах ее улыбку.

Их притянула друг к другу могучая сила, подобная гравитации, и он не знал, кто из них тянет, а кого притягивает, знал только, что столкновение неизбежно. В этом поцелуе была вся Лайла.

– Я его не выбирала, – сказала она, отводя Келла от края. – Просто мне нужно было сбежать. Она шагнула прочь, но он ее не отпустил. Привлек к себе, отгоняя холод. – Ты когда-нибудь перестанешь убегать? – Я бы хотела, но не знаю как. – Она прижалась к нему. Рука Келла скользнула по ее плечу. Он приподнял ее голову, прижался лбом к ее лбу. – Могла бы для разнообразия остаться… – прошептал он. – Или ты мог бы… – отозвалась она, – сбежать со мной. Слова повисли облачками тумана, и Келл невольно потянулся к ее теплу, к ее голосу. – Лайла! – Это имя пылало у него в груди. Ему хотелось поцеловать ее. Но она поцеловала первой. В тот последний – и единственный – раз она просто на миг коснулась его губ на прощание, а потом ушла. На этот раз все было иначе.

– Да. – Он почувствовал ее пульс. Их сердца бились в унисон, слаженно и сильно. Ему не хотелось отпускать ее.

Келл рывком распахнул двери во внутренний дворик. С минуту постоял на пороге, подставив лицо ледяному дыханию ветра. Потом, как будто холод так и не помог унять его злость, выскочил в зимнюю ночь. На пороге балкона его поймала чья-то рука, и он, не оборачиваясь, понял – это она. Пальцы Лайлы горели жаром, и искра этого огня передалась ему. Он не оглянулся.

– Алукард Эмери – никчемный человек без чести и совести! Единственное, что у него есть, – это бездна обаяния. И тебе взбрело в голову связаться именно с ним…

– Помнишь главное правило магии? – настаивал он. – «Равновесие в силе. Сила в равновесии». – Он взял ее руку и нахмурился. Вены на тыльной стороне ладони были гораздо темнее, чем должны были быть. – Ты не соблюдаешь равновесия. Берешь и используешь, а магия рано или поздно с тобой поквитается.

– Но я не Стейсен Эльсор, – она показала на бальное платье. – Я Дилайла Бард. – Истина – лучшее прикрытие. Морщинка между его бровями стала глубже. – Да ладно тебе, не дуйся, проиграл так проиграл.

– Не знаю, – честно ответила она. – Я не понимаю, кто я такая, чем живу, на что способна. Наверное, просто хотела узнать себя получше.