Цитаты из книг автора «Виктория Чуйкова»

Я страшно рада! Она рада, а у меня шок! И что значит ее «страшно»? Это она испугалась? Неужели я так подурнела? Ну, тогда, как понимать то, что она меня узнала, а я ее нет? «Страшно». Ха! Я имя вспоминала весь наш разговор… Страшно ей. Да уж…. А может ей и правда страшно, что я вот такая, ну ни чуточку, а она что вширь, что в рост? «Страшно рада!» – это утверждение или? Нет, правда, у меня вопрос, что мы все имеем в виду, говоря: «страшно рад», «ужасно красив»? Рад так, что лучше бы не встречались? Красив настолько, что просто ужас? Типа – не хотел обидеть, но ты ужасен? Или вот еще, наше постоянное, думаю всеми любимое: «безумно счастлив»! Как вам оборотик? «Безумно счастлив!» Счастье стукнуло так, что все, капец, больше и не надо!

У меня такая классная подруга! Я ее просто обожаю! Очччееень люблю…. когда месяцами не вижу и редко-редко слышу.

Я – стерва?! Да, я – стерва! А кому от этого плохо? Не мне, однозначно. Ибо стерва я только для вас. Для себя же я самая, самая…!

Между Мужчиной и Сном много общего. Главное – оба исчезают, как только появляются проблемы.

Любовь – как чашка ароматного чая. Должна завариться, настояться и только тогда она доставит удовольствия. Желаю испить ее во всех оттенках.

Ах ты, женщина…. Звала, требовала, зазывала. Имя мое много раз повторяла. А как пришел, так не люб. Жена! Зачем Господа в свидетели звать, если сама хотела? Ангела ей подавай! Распутница! – Удар, второй. Любаша уже не понимала, кровь ли в висках, или это ОНО ее поучает. Боль появилась во всех ее клеточках и концентрировалась в сердце. А он продолжал: – Ладно, мы еще встретимся. Но на моей территории!

Отче наш! – повторила Любаша шепча. Когтистая рука легла на рот, оставив попытки убрать одеяло. Это было неприятно до рвоты. Сжав губы, чтобы гнусность не залетела внутрь, Любаша старательно, выводя каждое слово, смотря в горящие и насмешливые точки – глазницы, продолжила: – Господи! Прости меня грешную, неграмотную, глупую! Пощади! Не ради чего-то, а ради детей! Научи, Господи, праведности! Ниспошли молитву спасения. Верни ангела хранителя, ибо обидела я его делами своими, необдуманными. – хохот и вот она уже слышит, как одно колено, между ее ног, уперлось, давая свободу рукам.

«Вы живы – продолжала думать Вел, ведомая осторожными руками Дэна. – А вот я – пока еще жива! Блондинка права… – ОНО живет у меня за спиной, и противостоять ему я не смогу. Сама не смогу. Она не шутила….

Глупая ты, бежала бы, пока есть время. Я никогда, ничего, никому – не прощаю! Я, пока, добра к тебе, глупенькой овечке. Но уже начинаю выходить из себя. Ты посягнула на МОЕ, без приглашения забралась в МОЮ жизнь и взбалтываешь так устраиваемое МЕНЯ бытие. Эд МОЙ, сколь бы не сопротивлялся. Он РОЖДЕН ДЛЯ МЕНЯ! А ты, как бы ни пыжилась, как бы ни старалась задирать нос, всего лишь слабое творение. Невзрачное, бедненькое, маленькое и трусливое. Все твои страхи покажутся забавой, по сравнению с тем, что будет! ОНО найдет тебя! – Татт засмеялась, увидев, как Вел глубоко вздохнула, пытаясь возразить, но Тат уже разглядела страх, усиленно подавляемый девчонкой. – ОНО уже за спиной у тебя, ты только чувствовала, изредка видела, теперь же окунешься в него. Даже нет, ты нырнешь в него с головой! А Эд ничего не сможет сделать.

Ах, Татти! Смотрю на тебя и лишний раз убеждаюсь – 90/60/90, это не интеллект, а всего лишь код блондинки. Однако у тебя и этого нет! Мелка ты как-то.